autobiography, huh?

Прожив большую часть времени в бегах, Нил научился некоторой бдительности, и поэтому он с уверенностью мог отметить, что человек, сейчас протягивающий листок Эндрю, был одним из тех людей, которых однозначно стоит обходить стороной. По лицу Миньярда можно было сказать, что тот тоже это понял или узнал когда-то давно, — было ощущение, что Эндрю знал этого мужчину. Всё в теле Миньярда кричало о помощи, скованности и страхе, и Нил не знал, как реагировать на это. Он мог лишь наблюдать за сменой эмоцией на лице Эндрю, которую было сложно уловить из-за ужаса, поглотившего глаза Миньярда, — он был доминантой, которая перекрывала все остальные эмоции, оставляя на лице лишь эту. Нил узнал в этом себя: он чувствовал себя так же, когда смотрел на своего отца. Будто ты загнанный в клетку зверёк, не способный ни на что и готовый лезть на стены от своей беспомощности и бесполезности. Именно эту эмоцию сейчас видел Нил на лице Эндрю, она была слишком явная, чтобы её не различить. Особенно для Джостена. Оставалось лишь гадать, почему именно этот мужчина вызвал такую сильную эмоцию в Миньярде. Нил поднял взгляд на Дрейка, внимательнее его рассматривая, гадая, какого сорта плохих людей он может быть. Он не был похож на отца Нила — он точно не был убийцей, но в его глазах полнилось… желание? Брови Нила поднялись от удивления, парень не хотел признавать, что его домыслы могли бы быть правдой, но Дрейк будто смотрел на Эндрю как на мясо, добычу. Джостен свёл брови к переносице, переводя взгляд на Миньярда. Нил стал свидетелем того, как Эндрю с огромным усилием пытался вернуть самообладание, всё так же оставаясь неподвижным и смотря Дрейку прямо в глаза. Джостен наблюдал за тем, как желваки играли на лице Миньярда, как он сводит челюсти от ярости, охватившей его. Он опустил взгляд под стол и увидел побелевшие костяшки Эндрю — с такой силой он сжимал кулаки. Нил хотел позвать охрану, чтобы выпроводить этого человека, потому что чего-то хорошего от него явно не стоило ждать. Реакция Эндрю на него говорящая, Джостен даже сказал бы, кричащая. Этот человек был однозначно угрозой, от которой стоило избавиться. Нил повернулся, чтобы позвать охрану, но голос Эндрю его опередил. — Следующий и последний на сегодня! Нил ужаснулся, не смея повернуться, чтобы увидеть лицо Эндрю. Джостен хотел верить, что дрожь, так тщательно скрываемая, в голосе Эндрю ему послышалась. Кем, чёрт возьми, был этот Дрейк, что он так повлиял на Миньярда. Нил повернулся к Эндрю, на лице которого было привычное безразличие и равнодушие к происходящему. Джостен даже представить не мог, каких усилий ему это стоило. Нил перевёл взгляд на Дрейка, губы которого расплылись в похотливой ухмылке. Он смял листок, который минуту назад протягивал Эндрю, будто ему и вовсе было всё равно на этот автограф, и произнёс: — До встречи, Эй Джей! — после сказанного он развернулся и удалился, скрываясь из виду. Нил проводил его взглядом и с облегчением выдохнул, поворачивая голову к Эндрю. Тот неотрывно смотрел в одну точку, то ли пытаясь успокоиться, то ли прийти в себя, — Нил не знал. Джостену протянула листок последняя в очереди девушка и мило улыбнулась: — Для Мэг, — смущённо произнесла она, заправляя выпавшую прядь волос за ухо. Нил кивнул и выдавил из себя улыбку, взял лист и быстро расписался, отдавая девушке. Та засияла и убежала, счастливая, — Нил только этого и ждал. Джостен поспешно повернулся к Эндрю, не зная, как помочь, поэтому просто попытался сделать то же, что и Миньярд для него. — Эндрю, ты меня слышишь? — очевидно, ответа не последовало, но Нил продолжил. — Тебя зовут Эндрю Миньярд, ты замечательный видеоблогер с аудиторией больше миллиона, ты увлекаешься книгами и снимаешь на них обзоры, одной из любимых является — «О дивный новый мир», сейчас ты на книжном марафоне, у тебя есть брат-близнец Аарон и смешной кузен Ники, к такому выводу я пришёл после подслушивания вашего разговора, каюсь, но все хорошо, сейчас ты в безопасности. Нил видел, как осознание понемногу возвращалось к Эндрю, поэтому не собирался останавливаться, но у Миньярда были другие на это планы. Как только Джостен открыл рот, чтобы продолжить, рука Эндрю уже была на нём, чтобы остановить. — Заткнись, — совсем беззлобно сказал Миньярд. Нил попытался ответить, но через закрывающую рот руку вышло лишь непонятное бормотание. Эндрю закатил глаза, убирая ладонь. — Не слышу, что ты там мямлишь. — Ну и ладно, — отмахнулся Нил. — Ты в порядке? Миньярд внимательно осмотрел Джостена, и парень мог видеть в этом нотки неверия в услышанное. — Ты так удивлён, что я интересуюсь? — издал смешок Нил, но через секунду принял серьёзный вид, спрашивая ещё раз. — Нет, действительно, ты в порядке? Эндрю кивнул. — Ты сейчас просто отмахиваешься от меня или говоришь мне правду? Потому что я бы предпочёл услышать второе, — не отводя взгляд от Миньярда, серьезно произнёс Нил, не желая, чтобы это выглядело как насмешка. — Никто не любит умников, Нил. Джостен ухмыльнулся, но никак не стал комментировать это, решив спросить о другом терзающем его вопросе: — Кто это был? Глаза Эндрю потемнели, но он быстро справился с эмоциями, надевая маску апатии: — Детишек должно быть видно, но не слышно, — предупреждающе заговорил Миньярд. — Но ты однозначно знал его, — Нил проигнорировал данную реплику, однако Эндрю закрыл ладонью его рот, прерывая. — Но не слышно. Через некоторое время он убрал ладонь, демонстративно вытерев её об собственные брюки, и поднялся со своего места, идя, судя по направлению, в их общую гримерную. Нил хотел последовать за ним, но его за руку схватила Дэн, подошедшая к ним. — Нил, вы уже закончили? — с улыбкой на лице спрашивала девушка. — Э… да, — оттаскивая её руку от себя, ответил Нил, желая поскорей удалиться в гримерную и закончить прерванный разговор, но так быстро выбраться не получилось, потому что подошли и другие ребята, заваливая его вопросами и высказывая мнение насчет сегодняшнего дня. Джостен старался быть максимально вежливым и отвечал на их вопросы, вытягивая из себя улыбку, но его тело говорило об обратном: он дёргался, не мог устоять на месте, торопясь, нервозно тряс руками, его кожа будто зудела и чесалась оттого, что он стоит здесь, с ребятами, а не с Эндрю. Нил будто чувствовал некую ответственность за его состояние, ведь Миньярд помог ему, когда он не просил, — сейчас была его очередь. — Мне кажется, мы потрудились на славу, — ободряюще воскликнул Мэтт. — Ну, давайте будем честны: не все из нас, — закатила глаза Шина на реплику Бойда, открыто показывая своё недовольство. — Если есть что сказать, говори сейчас, мы все во внимание, — Элисон метнула взгляд в сторону девушки и скептически подняла одну бровь, явно ожидая продолжение. — Нил и Эндрю, очевидно же, — ответил за неё Джек. Джостену было плевать на это высказывание — это было не то, что его в данный момент заботило, однако других такой ответ не устроил. — Да они буквально заложили фундамент в этом интервью, и не абы какой, а добротный, — возмутилась Дэн подобным заявлением. — Давайте смотреть правде в глаза, а она такова: они здесь лишь из-за их гребаного «конфликта», — он акцентировал это слово кавычками, изображая подобный жест в воздухе. — Остальная же, как выразился сам Миньярд, их скучная жизнь никому не интересна. Нил был слишком взвинчен, нервно потирая ладони, в таком состоянии эти речи заводили его ещё больше. — Поэтому моя книга, написанная о скучной, никому не интересной жизни, набрала больше популярности, чем твои вместе взятые? — вклинился всё же Нил, буквально выплевывая эти слова. Джек выпрямился, подходя ближе к Нилу, оставляя между ними буквально пару дюймов. В такие моменты Джостен проклинал свой невысокий рост, потому что оппонент всегда смотрел на него свысока, хоть в большинстве случаев это было неоправданно. Этот не был исключением. — Что ты сказал? — Так ты, оказывается, ещё и глухой? Мэтт появился между ними слишком неожиданно. В один момент Нил смотрел в карие глаза, наполнявшиеся яростью и злостью, это приносило толику удовольствия — таким образом влиять на людей, выводить их на эмоции одними лишь словами. Это бесценно. В другой же момент Нил смотрел на спину внезапно вставшего между ними Бойда. Джостен лишь закатил глаза на жалкие попытки их остановить. — Ребята, хватит! Всё, прекратили оба! — встав посередине и расставив руки так, чтобы отталкивать парней друг от друга, выкрикнул Мэтт, тем самым привлекая к себе излишнее внимание. К сожалению, образовавшуюся потасовку заметила и Элис. — Господи, да вас и на минуту нельзя оставить, — подбежав к ребятам, произнесла запыхавшаяся девушка. — А ну быстро прекратили! Все отошли друг от друга. Не потому, что действительно испугались расправы, а потому, что не хотели слушать нотации. — Я только хотела похвалить вас всех с успешным интервью, как вы уже чуть ли не глотки друг другу грызёте, — девушка потерла переносицу, обречённо и отчаянно вздыхая. — И за что мне это всё? — усмехнулась Элис, немного смягчаясь. — Вы по-другому не умеете, да? Все разом кивнули, от чего улыбка Элис лишь увеличилась. Девушка по-птичьи наклонила голову, осматривая всех присутствующих. — Вы все были превосходны! Спасибо вам за этот день, завтра все заслуживают выходной, но без дебошей, договорились? — Будет выполнено, — откликнулась Элисон. — Что ж, идите собираться, а иначе мы опоздаем, — серьезно проговорила Элис. — Куда? На частный автобус? — усмехнулся Джек. — Иди! Кому сказала! — чуть ли не пиная, Элис всё же отправила всех по собственным гримерным. Нил наконец-то выдохнул с облегчением, направляясь туда, куда он так отчаянно желал попасть примерно десять минут назад. Он с улыбкой открывал дверь их общей с Эндрю гримёркой, уже предвкушая продолжить их прерванный разговор, но застал совсем другую картину. Вешалки с вещами были повалены друг на друга, по всему помещению были разбросан различный хлам, а на стенах в некоторых местах отпечаталась недавняя кровь. Гримерная выглядела так, будто в неё вломились и разгромили. Однако это было не то, что заставило Нила застыть на месте, без возможности пошевелиться. В горле у Джостена застряла слюна, образовался ком, который парень был не в силах сглотнуть, он с ужасом наблюдал за тем, как мужчина, буквально недавно просивший у Эндрю автограф, сейчас снимает с него и с себя штаны, прижимая того к стене в углу гримерной, сдавливая шею, чтобы тот не мог издать и звука. Эндрю выглядел настолько беззащитным, насколько Нил себе не мог представить, что когда-то увидит. Дрейк нависал над Миньярдом, который был и так маленького роста, а в тот момент сделался будто и вовсе крошечным. Нил услышал всхлип, исходящий от Эндрю, видел, как тот пытается бороться и убрать давящие на его шею и все тело руки, но не мог этого сделать. Он был абсолютно беспомощен против этого. — Не шевелись, Эй Джей, ты осложняешь мне задачу, будь хорошим мальчиком, — произнес Дрейк, держа лицо Эндрю в руке, почти касаясь своими губами его. Это напомнило Нилу самого себя: мальчика, который не в силах изменить отца, своё детство, выбор матери, который не в силах сделать, сказать, прошептать хоть что-то. Этот мальчик был никем, продолжает быть никем, но в будущем он обязательно станет тем человеком, которым хочет быть. Он начнёт сегодня, а точнее, сейчас. Нил помнил, какого это — видеть, как от тебя отворачиваются, уходят, даже если в силах помочь. Он не будет таким. Именно поэтому он не помнит, как схватил лампу, стоявшую на одном из гримерных столиков с зеркалом, подошёл к Дрейку и ударил что есть мочи. Это всё происходило машинально и будто неосознанно. Единственное, что впечаталось в сознание Нила, — глаза Эндрю, полные надежды на спасение. Он был рад оправдать её. Джостен словно выпал из реальности, когда услышал звук повалившегося на пол человека. На мгновенье перед глазами Нила всплыла картина первого человека, которого он убил. Это была самооборона. Джостен выстрелил, даже не осознавая этого, — так ему хотелось жить. И только потом понимание накрыло его, как снежная волна, когда он увидел кровь, льющуюся из рта, и тело, повалившееся замертво. Возможно, он и дальше стоял бы на месте, если бы не мать, которая взяла его за руку и повела прочь оттуда. Нил услышал щелчок пальцев, и его сознание прояснилось, отгоняя эти воспоминания прочь. Джостен огляделся вокруг, замечая в руках лампу, на которой сохранилась ещё свежая кровь, посмотрев ниже, Нил взглядом наткнулся на Дрейка, бездыханно лежавшего на полу. Он может быть мёртв, — подумал Джостен. Подняв глаза, он посмотрел на Эндрю, который только и ждал, когда на него взглянут. Его лицо было напряжённым, складка залегла меж бровей, когда он рассматривал Нила. Эндрю трясло, и он не даже не пытался скрыть это, позволяя себе оставаться уязвимым на некоторое время. Нил не прерывал зрительный контакт и занялся тем же, что и сам Миньярд, — рассматриванием. — У тебя кровь, — выдал Джостен в образовавшейся тишине. Эндрю не ответил, лишь ещё больше нахмурив брови. Нил медленно поднял руку так, чтобы Миньярд видел, что он делает, и спросил: — Могу? Эндрю отпрянул от него, как от огня, упираясь в стену: — Нет! Нил сию же секунду опустил руку, показывая, что уважает его границы. Миньярд старался унять дрожь в теле и руках, но получалось у него паршиво. Он провёл гребнем из пальцев по волосам, немного приглаживая их и — заметил Нил — с болью оттягивая их. Джостен делал так же, когда хотел остаться в реальности, он понимал это и не хотел провоцировать лишь ухудшение состояние Эндрю. — Хорошо, — скомканно пробормотал Нил, зажевывая нижнюю губу, думая, стоит ли продолжить разговор: слишком уж взвинченный сейчас был Миньярд. — Как ты? Эндрю не ответил, лишь продолжил сверлить Нила взглядом, стараясь ровно дышать, было заметно, что даётся ему это с трудом. — Что этот мудак вообще здесь делал? — Джостен ткнул рукой с лампой на Дрейка. — И не смей врать, ты знаешь его, ведь так? — Да. Нил свёл челюсти и зажевал губы, не зная, как спросить о подобном: — Он… он что-то сделал, помимо того, что я видел? Эндрю отрицательно покачал головой. Нил кивнул сам себе, возможно, немного неосознанно. Джостен поставил лампу на ближайший стол и присел на корточки рядом с Дрейком, нащупывая пульс у сонной артерии. К сожалению, он был. — Он жив, — констатировал факт Нил. Джостен поднял голову на Эндрю, который внимательно следил за его движениями, это было не то наблюдение, которое ему нравилось, он нахмурился. — Я не собираюсь причинять тебе боль, Эндрю. Я хочу помочь, — Нил выпрямился, встав напротив Эндрю, но оставляя расстояние между ними. — Что я могу для тебя сделать? Миньярд сжал кулаки и прикрыл глаза, глубоко вдыхая, будто до этого использовал воздух по минимуму. Он выдохнул, и вместе с этим немного расслабились его плечи, но он промолчал, оставив вопрос Нила без ответа. — Это не в первый раз, верно? — спросил Нил, прикусив губу и отводя взгляд в сторону Дрейка. Мужчина лежал спокойно, лишь вздымающаяся грудь выдавала то, что он жив, а приспущенные штаны — то, что этот человек омерзителен. — Не в первый, — прозвучал сбоку Нила голос, по которому будто прошлись наждачкой. Джостен чувствовал тошноту, подступающую к горлу. Он боялся представить, что мог увидеть, если бы зашёл в гримёрную чуть позже. Всё его нутро кричало о несправедливости: это происходит не в первый раз, но человек до сих пор ходит на свободе как ни в чем не бывало. Он сжал ладони в кулаки до побеления костяшек. — Мы вызовем полицию, Эндрю, — вставая с колен, произнёс Нил твёрдым голосом. — Это была самооборона, мне ничего не сделают, но мы заявим о попытке изнасилования. Эндрю перевёл взгляд с Нила на Дрейка, лежащего на полу, обвёл его тело глазами и вернулся к Джостену, в этот раз он смотрел с решимостью и готовностью. Миньярд кивнул.

***

Приезд полиции не прошёл так гладко, как хотелось бы: он привлёк ненужное внимание прессы. Нил ожидал, что это будет волновать Элис, но это оказалось не так. Девушка вместе с другими участниками переживала о самочувствии Эндрю и пыталась разузнать, что произошло. Конечно, Миньярд не собирался с ними разговаривать, он и так не отличался особой дружелюбностью и коммуникабельностью, а тут ещё и такое напряжённое и взвинченное состояние. Шансы на хотя бы адекватный разговор близились к нулю. Нил наблюдал за разговором Эндрю с полицией, находясь в относительной близости, чтобы слышать весь разговор. — Вы знаете этого человека? Эндрю лишь кивнул, полицейский сразу же понял, с кем имеет дело и что дельного диалога не выйдет. — Это происходит впервые? — Нет. — Вы хотите заявить о попытке изнасилования, верно? — Не только. Мужчина оторвался от бумаг, которые заполнял, чтобы взглянуть на Миньярда. — Что же ещё? — Изнасилование несовершеннолетних. Полицейский сверлил взглядом Эндрю, будто думал, что неправильно его расслышал, но, когда Миньярд даже не моргнул в ответ на такое пристальное внимание, мужчина уточнил: — То есть Вы хотите сказать, что остальные разы были не попытками? Эндрю кивнул. — Вы понимаете, что это серьезное заявление? — Да, и я готов предоставить всю информацию и дать показания. — Мы обязательно свяжемся с Вами чуть позже, пока мы увезем этого мужчину в участок, он будет находиться под арестом пару суток, мы проведём допрос и будем держать Вас в курсе дела, — полицейский написал что-то на листке и протянул Эндрю. — это мой номер, позвоните, если будет ещё какая-то информация. Миньярд кивнул, принимая лист от мужчины, пробегаясь глазами пару секунд и убирая в карман. Как раз в этот момент к ним подошла Элис. — Вы уже закончили? Не хочу, чтобы вы долго мучили моего подопечного. — Да, не переживайте, мы не причиним ему большего вреда, чем это уже сделал задержанный. До свидания, Элис! — мужчина перевёл взгляд на Миньярда. — Эндрю, — он немного приподнял кепку над головой в прощальном жесте, Эндрю кивнул, что вполне устроило мужчину, потому что он подозвал всех, кто с ним приехал, и они удалились. — Как ты, Эндрю? Тебе нужно что-то? Может быть, тебя вообще не трогать? Завтра у нас выходной, сможешь немного отойти от произошедшего, если тебе, конечно, нужно уехать, это мы тоже можем организовать, ты только скажи, и я… — Элис, прекращай столько болтать, и так голова раскалывается. — Да, извини, я не подумала, но, если что, ты знаешь, где меня найти и вообще в любое время я… — Эндрю воззрился на неё сверлящим взглядом, и она прервала себя на полуслове. — Всё, молчу, но, если что, обращайся, — она было хотело положить руку на его плечо, но одёрнула себя и неловко заправила прядь волос за ухо. Нил не мог больше терпеть этой неловкости, поэтому был вынужден подойти к ним ближе, чтобы вмешаться. — Элис, я думаю, ты можешь идти, мы скоро подойдём к автобусу, — Джостен постарался выдавить из себя самую дружелюбную улыбку, на которую только был способен, и далеко не важно, что она была пропитана фальшью с головы до ног. — Ой, да, конечно, тогда мы с остальными ребятами пойдём и будем ждать вас там. — Было бы славно. Элис кивнула и пошла к остальным участникам марафона, которые ждали окончания допроса Эндрю, чтобы отправиться в отель. Многие, как Нил заметил, действительно волновались за него. Особенно Рене. Девушка подходила к Миньярду, чтобы поинтересоваться его самочувствием, но он вежливо дал ей понять, что сейчас не настроен на разговоры даже с ней. И на удивление Нила она не восприняла его отказ болезненно, лишь кивнула и сказала, что будет ждать его готовности. Джек и Шина, безусловно, изображали безразличие и скуку к происходящему, но Нил был не слеп. Он прекрасно видел, что те тоже обеспокоены и даже напуганы всей ситуацией, просто, возможно, по собственным мотивам, несколько отличающимся от всех остальных. — И как другие не видят твоей откровенной неприязни к людям? — риторически поинтересовался Эндрю, заходя за здание гримёрной, чтобы прикурить сигарету, и Нил последовал за ним. — Сам поражаюсь, ты, по всей видимости, особенный. Рука Эндрю, подносящая сигарету к приоткрытым губам, замерла на мгновенье, возможно, будь Нил не таким бдительным, он не обратил бы на эту мелочь ни малейшего внимания, однако он всё же заметил. — Как же ты раздражаешь. Нил позволил ухмылке расплыться на своих губах. — И опять же: я думал, ты ничего не испытываешь, — улыбаясь ещё больше, констатировал Джостен. Эндрю скептически приподнял одну бровь, делая затяжку и пристально смотря на Нила, что ещё больше его забавило. — Не могу понять, ты так и будешь стоять, наслаждаясь своим остроумием, или наконец-то уйдёшь и оставишь меня в покое? — Ты говоришь мне уйти или пытаешься сказать мне, что, по твоему мнению, я должен и не должен хотеть? Если второе, то, поверь, твоя компания намного приятней всех здесь присутствующих. Эндрю ничего не ответил, лишь покосился на него боковым зрением и продолжил курить. Эта тишина не была давящей, она была ощущением тихого уюта, которого Нил не испытывал ни с кем до этого, но в последние дни он будто привык к этому чувству, оставаясь с Миньярдом наедине. Это казалось чем-то неотъемлемым, само собой подразумевающимся. Эндрю протянул сигарету Нилу, и тот увидел, как у Миньярда тряслись руки. Джостен принял её в качестве приглашения остаться и не мог не заметить, как быстро Эндрю постарался скрыть неспокойные ладони, убирая их в карманы брюк. Лишь сейчас Нил осознал, насколько Миньярд старался скрыть ото всех своё состояние, показывая лишь напускное безразличие, за стенами которого прячется страх и ужас от произошедшего. Джостен отказывал льстить себе в мысли о том, что Эндрю таким образом показывает ему, что он хочет, чтобы Нил остался. Чтобы он остался с ним, даже когда у того рушится стена, когда он чувствует себя обнажённым и уязвимым, потому что что-то, что он хранил годами, всплыло на поверхность. Потому что, давайте будем честным, скорей всего, ему просто-напросто плевать. Но в любом случае Джостен не собирался жаловаться, так как компания, состоящая лишь из Миньярда, была приятна ему. Намного приятней, чем остальные. Люди слишком поторопились называть то, что между ними, конфликтом и враждой. Это не было похоже ни на то, ни на другое. Это не могло, да и не должно было продлиться дольше, но, когда Эндрю оттолкнулся от стены, показывая тем самым, что собирается уходить, Нил всё равно испытал толику разочарования, однако старался не показывать этих эмоций на лице. Он не хотел казаться уязвимым, Джостен в любом случае не имел права на что-либо рассчитывать, поэтому его грусть не имела никаких оснований. Нил отбросил эти мысли и направился за Эндрю, вскоре они расселись в автобус. Ребята поняли, что сейчас лучше не лезть к Миньярду с расспросами, поэтому не донимали его. Эндрю расположился на задних сиденьях, в этот раз Нил за ним не последовал.

***

По приезде в отель Эндрю сразу же направился в номер, не став дожидаться кого-либо. Нил последовал за ним, чтобы узнать, хочет ли тот побыть один, стоит ли ему на время уйти из гостевой комнаты. — Я хотел позвонить Би, — ответил на вопрос Джостена Миньярд, видя недоумение на его лице, он пояснил. — Это мой психолог, Бетси Нил выдохнул с облегчением и усмехнулся. — Честно, моей первой мыслью было то, что ты совсем сошёл с ума: собрался пчеле звонить. — Придурок, — Эндрю лишь закатил глаза на данную реплику. — Это значит, мне лучше уйти, верно? Миньярд кивнул, смотря куда-то в стену, а не на Нила. Его руки были скрещены на груди, и было видно, что на дальнейший разговор он не настроен и только ждёт, пока Джостен покинет номер. Что Нил и сделал, захватив с собой телефон, чтобы набрать Кеву. Его мысли будто были услышаны, потому что буквально через секунду после того как Нил захлопнул дверь раздался звонок. На телефоне высветился номер Дэя. — Привет, Кев, только хотел тебе набрать. — Что у вас там случилось? — в трубку кричали Тея и Дэй, отчего Нилу пришлось отдалить от уха телефон, чтобы не оглохнуть. Нил начал расхаживать по коридору взад-вперед — привычка, когда разговариваешь с кем-то по телефону. — Тихо, не кричите! Пресса хорошо постаралась, да? — Там что только не пишут, Нил, даже что кто-то умер. Нил фыркнул, поражаясь некоторым людям из СМИ. — Нет, все живы, ну и насколько это возможно в порядке. Джостен вышел на лестничную клетку и заметил, что она ведет наверх, что заинтересовало его, и он последовал туда. — Кое-что случилось с Эндрю, но я не думаю, что это моя информация, чтобы ей делиться. Нил дошел до конца лестницы и увидел дверь, по всей видимости, ведущую на крышу. Он приложил совсем немного усилий, и она поддалась, открывая вид на ночной Нью-Йорк. Завораживающее зрелище. — Но с ним все будет в порядке? — обеспокоенно поинтересовалось Тея, Кевин был подозрительно тихим. — Будем надеяться, что да. Джостен разговаривал с ребятами ещё некоторое время. Они болтали обо всём и ни о чём одновременно. Каждый делился тем, как прошёл их день, что нового. Тея будто говорила ещё больше, чем обычно, и Нил отказывался верить, что это было сделано, чтобы отвлечь его от ненужных мыслей. Однако недавний разговор с Эндрю будто просветлил его и открыл глаза на очевидные вещи. — Спасибо, Тея, что пытаешься меня отвлечь, но все правда в порядке, обо мне точно не стоит беспокоиться. Мулдани запнулась, по всей видимости, не ожидая такого ответа на её бесконечную болтовню. — Э… я… это я просто, — скомканно проговорила Тея, и телефон зажевал её слова, делая ещё более неразборчивыми. — Ого, я отнял у тебя дар речи своей проницательностью? — усмехнулся Нил в трубку. — Не зазнавайся, умник, — вклинился в разговор Кевин. — Раз уж тебе лучше, то мы, пожалуй, пойдём, и ты давай тоже шуруй, надо соблюдать режим, помнишь же об этом? Нил закатил глаза и кивнул, поздно вспоминая, что Дэй не увидит этого. — Конечно, я помню, Кев, поэтому прямо сейчас пойду в кроватку, не переживай. — Какая же ты всё-таки заноза в заднице, Джостен, — обречённо выдохнул Кев. — Я знаю, — одобрительно прогудел Нил, натягивая искреннюю улыбку. — Но ведь за это я вам и нравлюсь. — Размечтался, — усмехнулся Кевин. — Всё, Нил, скоро увидимся. — Спокойной ночи, Нил! — пожелала Тея. — Спокойной, ребята, — Джостен сбросил трубку, но ещё долгое время пялился в экран, глупо улыбаясь. Он был благодарен своим друзьям за то, что они продолжают терпеть его паршивый характер, выходки и до сих пор не перестали заботиться о нём. Нил не знал, чем заслужил это. Джостен прикоснулся к медальону на шее, обхватывая метал рукой, ощущая холод фалангами пальцев. Он окинул взглядом ночной Нью-Йорк. Нил никогда бы не подумал, что сможет вот так запросто сидеть на крыше и не скрываться при этом от кого-то, а наслаждаться прекрасным видом. Так ощущалась свобода. Он вдохнул ночной прохладный воздух и выпустил его, позволяя раствориться в тишине вечера. Нил подошел к перилам, облокачиваясь на них и смотря вниз. А ведь правду говорили, что Нью-Йорк никогда не спит. Город, казалось, был ещё более оживленным, чем днем. Люди куда-то торопились, сталкиваясь друг с другом, машины мчались по трассе с неимоверной скоростью. И здания. Они будто горели, светились огнём, затмевая все вокруг и освещая своими лучами. Высокие многоэтажки были неимоверно красивыми, загораясь разными цветами. Невольно на губах Нила стала появляться улыбка. Он проживает жизнь, которую никогда не подумал бы, что мог иметь. Джостен поднял голову вверх, смотря в небо. — Я знаю, что тебе бы это не понравилось, мам, — сказал он в пустоту. — Но я надеюсь, что ты простишь меня, потому что я тоже заслуживаю счастье, — он обреченно опустил голову, яростно прошептав, — наверное… Это то, что твердила ему Тея, то, что вдалбливал Кевин, но также и то, во что он до сих не может поверить. Слишком глубоко сидят в нем слова матери, слишком много было в его детстве и юношестве. Все это несправедливо. Но он по-прежнему ощущает себя никем. Нил заправил медальон под футболку, оттолкнулся от перил и направился к выходу. Оставаясь наедине с самим собой, Джостен не может контролировать собственные мысли. В его голове возникает водоворот, который рано или поздно затянет в свою пучину, поэтому он поступает так, как привык. Он сбегает. Сбегает от мыслей, тревог, от себя. Нил спустился по лестнице и отправился прямиком в номер, чтобы узнать, как дела у Миньярда. Джостен не стал заходить, боясь нарушить комфорт Эндрю, поэтому лишь постучался в дверь и стал дожидаться ответа, который последовал незамедлительно, будто только его и ждали. — Я уж думал вызывать спасательную службу, — встретил его Эндрю. Нил вопросительно поднял бровь, немо интересуясь, в чем проблема. — Ты на время смотрел? Джостен посмотрел в телефон и ужаснулся. Он провел на крыше как минимум три часа. Уже был первый час ночи, а Нил совсем потерял счёт времени. — Боже, я совсем не заметил, я тебя не разбудил? — обеспокоенно и немного виновато поинтересовался Нил, нервно почесывая макушку. Эндрю закатил глаза. — Ты так и будешь за дверью стоять, может, зайдёшь? — риторически поинтересовался Миньярд, отходя немного в сторону и в пригласительном жесте открывая дверь. — Можно? Тебе уже лучше? — Мой сеанс с Би закончился два часа назад, уже давно можно. Нил неуверенно потоптался на месте, прежде чем войти в их общий с Эндрю номер. Однако Джостен отметил, что Миньярд действительно пребывал в более располагающем настроении, чем прежде. — Где хоть пропадал? — неожиданно проявил интерес Эндрю, чем удивил Нила. — Я нашёл здесь выход на крышу, — осматривая комнату на наличие погромов, пробормотал Нил, — болтал с Кевином и Теей, — парень повернулся, смотря теперь Эндрю в глаза. — Я ничего не сказал им, но пресса постаралась на славу, ты будешь что-то с этим делать или оставишь как есть? На лице Эндрю промелькнула эмоция, которую Нил не смог распознать, однако парень быстро вернул себе прежний вид, спрашивая: — На СМИ мне все равно, они могут писать, что хотят. Мне от этого ни тепло, ни холодно, сколько обо мне слухов и так ходит. А вот информация про крышу достойна моего внимания. Пойдем, покажешь где, — начал обуваться Миньярд, собираясь покидать номер. — Стой. Сейчас что ли? — удивился Нил. — А когда еще? — выпрямился Эндрю, нацепив берцы на ноги. Парень взял ключ-карты с полки рядом с дверью и добавил, смотря на недоуменное лицо Нила. — Возьми плед только и мои сигареты, они на кровати лежат. Джостен послушно выполнил то, что ему сказали, до сих пор пребывая в небольшом удивлении от поведения Эндрю, однако спорить Нил всё же не стал. Парни вышли, закрывая номер, и Нил направил их в нужном направлении.

***

Джостен отпер дверь, которая в этот раз поддалась ещё легче, и впустил Эндрю внутрь. Миньярд сразу же подошел к перилам, облокачиваясь на них и накидывая плед на плечи, отчего он стал выглядеть ещё более миниатюрным. Тепло стало разливаться в груди Нила от подобного зрелища. — Хватит пялиться, иди сюда, или так и будешь там стоять? — даже не повернувшись, проговорил Эндрю. Нил лишь закатил глаза на его реплику и подошёл к Миньярду, оставляя между ними какие-то жалкие сантиметры. Эндрю зажёг сигарету, наполняя терпким ароматом окружающее их пространство. Сделав затяжку, он передал сигарету Нилу, который позволил себе втянуться, но выпустил дым сразу, не пуская его в легкие, а выпуская в прохладный воздух, наполняя себя ароматом, который так напоминал о минувшем. — Расточительство, — фыркнул Эндрю на подобное зрелище, отчего Джостен усмехнулся, отдавая сигарету обратно Миньярду. — Как прошёл сеанс с Би? — решил всё же поинтересоваться Нил. Миньярд окинул Джостена взглядом и отвернулся, продолжая и дальше прожигать дыру в многоэтажке, на которую смотрел. — Неплохо. Нил стал неуверенно мяться на месте, не зная, как подобраться к этой теме. — Эндрю, — начал он и запнулся, — это же не в первый раз происходит, кто-то знает? — Джостен всеми силами старался не смотреть на Миньярда, чтобы не выдать свое волнение с потрохами. — Знаешь, Нил, по мне, может, и не скажешь, но мне свойственно доверять людям, и, если я скажу им, что небо голубое, а мне не поверят или, что ещё хуже, скажут, что я ошибся, второго шанса этому человеку я не дам. — Значит, ты кому-то говорил, и он не поверил, назвав это… — Недоразумением, — закончил за Нила Эндрю. И тут Джостена будто прошибло током. Во всех статьях мелькали заголовки о том, что существует два слова, которые Эндрю не выносит: пожалуйста и это проклятое недоразумение. И только сейчас всё встает на свои места. — Кем приходился тебе Дрейк? — Сводным братом в одной из семей. Нил сжал кулаки от ярости, наполнявшей его. Ему хотелось самому убить этого ублюдка, задушить или разделать топором, как это делал отец. И сейчас ему не было стыдно от этих мыслей, он был готов совершить преступление, лишь бы Дрейк получил по заслугам за то, что сотворил с Эндрю. Джостен будто очнулся, почувствовав прикосновение к своей руке. Миньярд пытался расслабить хватку Нила, который сжал кулак до побеления костяшек. — Прекрати. Ты всё равно не изменишь ничего, как и никто другой. Это мое прошлое, с которым мне приходится жить. — Ты об этом пишешь в дневниках? — внезапно к Нилу пришла догадка. Эндрю прищурился: — Иногда ты проницательней, чем кажешься. — А иногда такой балбес, да? — улыбнулся Нил, смотря в карие глаза Эндрю и видя в них то, что, по всей видимости, другие не смогли разглядеть. — Значит, ответ да? Ты пишешь там об этом? Эндрю лишь кивнул, делая очередную затяжку и больше укутываясь пледом. — Сыграем в правду? — Сейчас моя очередь, — затушив сигарету о перилла, возмутился Эндрю. — Ты можешь потом задать мне два вопроса. Я отдам тебе столько же, сколько дал ты мне. Всё честно, — в обезоруживающем жесте поднял руки Нил, замечая странный взгляд на лице Миньярда, будто он не верит в то, что услышал. Джостен и не надеялся услышать объяснение этой эмоции, однако Эндрю всё же пробормотал, смотря куда угодно, но не на Нила. — В моей жизни всегда только брали, не отдавая ничего взамен. Он озвучил это так легко, будто это обыденное дело, будто за этими словами не стоит огромное количество боли и разочарования в людях, в себе. В Ниле просыпалась безразмерная ярость, которая хотела лишь мести, хотела лишь разобраться с теми людьми, которые причинили боль Эндрю, которые заставили его думать, что не найдётся человека, который даст столько же, сколько и получил. Но Джостен понимал, что это бессмысленно: это не поможет Миньярду справиться с его болью, поэтому он лишь сказал: — Я уверен, найдутся люди, которые изменят твое мнение на этот счёт. Ты этого заслуживаешь. Нил увидел, как румянец покрыл щеки Эндрю, и на фоне его бледной коже такой контраст был ещё больше заметен даже в темное время суток. Джостен не знал, что именно вызвало такую реакцию, но ему нравилось наблюдать за этим. Миньярд повернулся к нему и заглянул прямо в глаза, не прерывая зрительный контакт, произнёс: — Задавай вопрос. — Кто говорил слово «пожалуйста», которое ты тоже так ненавидишь? — вспоминая сегодняшнее интервью, спросил Нил. Эндрю воззрился на Джостена тяжёлым взглядом и с вздохом ответил. — Я. Нил ожидал чего угодно, но не такого ответа. Из его груди будто вышибли весь воздух, будто сильно ударили, что захотелось схватиться за живот. Нил открыл рот, собираясь что-то сказать, но что на это скажешь? Эндрю, видя замешательство Джостена, пояснил: — Он сказал, что остановится, если я попрошу. — И ты поверил, — догадался Нил. — Поверил. Мне было семь. — Семь, — эхом отозвался Джостен. Парни погрузились в тяжелое молчание, окутанное тайнами, которые только что Эндрю изложил и вытащил наружу. Нил не мог ничего исправить, даже если бы сильно захотел: людям не подвластно время. Он не может вернуться назад и исправить содеянное, он не может управлять разумом людей в такие моменты, чтобы не допустить подобного. Нил всего лишь человек, который проживает эту жизнь и борется с тем, что получил ещё давно, но от чего избавиться не так просто. — И кто получил больший вред от этого вопроса? — нарушил тишину ночного Нью-Йорка Эндрю, туша сигарету о перила, на которые они с Нилом опирались локтями. Джостен взглянул на Миньярда, смотря глазами полными понимания, а не жалости. Он прекрасно знает, какого это — прожить дерьмовое детство. Но на вопрос Нил ответить не смог, потупив обратно голову, смотря на все ещё не спящий город. — Ты в долгу, не забывай. Два вопроса за мной, — отталкиваясь от перил и кидая окурок вниз, проговорил Эндрю, намереваясь покинуть крышу и оставить Нила в одиночестве наедине со своими мыслями. Джостен в последний раз взглянул на оживлённый город, освещённый множеством фар и фонарей, и направился вслед за Миньярдом.