Туманность

В этом поистине большом здании довольно красиво. —Верхнюю одежду можете оставить здесь, — сказал он, указав на вешалку у входа. —Кстати вы очень странно одеты, в Англии такое нынче носят? — резко повернувшись сказал хозяин поместья. —Не берите в голову, у нас такой нынче писк моды, — только после сказанного я понял, что сказал бред для его понимания. Он выдержал пугающую паузу смотря на меня непонимающим взглядом. —Нет все же видно, что вы не из этой странны, пройдемте дальше. Главный зал с камином, кресла вокруг, чтобы посидеть вечерком и подумать. Мольберт с незаконченной картиной, еловый лес у озера. Окна, завешанные берёзовыми шторками. Стены покрашены в нежно бордовый цвет, на полу лежат кружевные дорожки. Картины на каждой из стен, от общих портретов семьи, до прекрасных пейзажей. Остальные комнаты мне ну удалось пока увидеть. Мы прошли в столовую. Очень светлое помещение, кремовые стены тоже были увешены разными картинами, рояль у которого сидит музыкант, играющий приятную спокойную мелодию. Белые окна с золотой обводкой, увешанные белой тулью. В центре стоял дубовый стол, накрытый белоснежной скатертью, на котором стояли подсвечники вокруг стояли разного размера хрустальные бокалы, блестевшие от лучей недавно вставшего солнца. Два керамических кувшина с крышкой из-под которых струился пар, маня вкуснейшим запахом свежеприготовленной овсяной каши. По краям стояли деревянные стулья, облитые жемчужной глазурью. Завтракали мы вдвое, уже после он позвал кого-то, вышел паренек лет пятнадцати. —Миш поздоровайся со своим новым учителем арифметики…(он резко замолчал)…простите где мои манерны, даже не поинтересовался как вас зовут, — сказал он с какой-то виной в голосе. —Да ничего, я сам должен был с вами познакомиться. Зовите меня… Пьер, — я конечно растерялся, поскольку своем имя назвать я не могу. —Интересное имя, очень приятно я Дмитрий Васильевич Верзилин. Можешь звать меня просто Дмитрий, — протянув мне руку сказал приятный мужчина. —Здравствуйте, — сказал он с опущенной головой. Я будто увидел себя, такой же зажатый и скромный. Помню, когда приезжали гости, отец звал меня поздороваться, мне было очень некомфортно и после слова «Здравствуйте» старался слинять в свой обитель —Здравствуй Михаил надеюсь сработаемся с тобой, — мне повезло ведь я сам учитель, хоть и экономике —Ладно иди в комнату, — сказал Дмитрий, опустив голову какая-то печаль появилась в его поведении. —Пьер я не знаю, что делать Миша очень изменился из веселого мальчонки стал очень зажат и не проявляет желание общаться со мной, — в его голосе было слышно отчаянье. Меня приятно зацепило то что Дмитрий так трепетно интересуется своим сыном, когда моему отцу было все ровно. —Я, честно говоря сам был такой, но тогда мой отец совершенно не интересовался моей жизнью, а у Михаила есть вы, которые не равнодушны к его чувствам, — я знал, что проходит сейчас мальчик и мне было искренни его жаль. —Постараюсь помочь вам в этом этой проблеме, — конечно не уверен, что получится, я тогда был очень зажат и никогда бы не подпустил незнакомого человека —Спасибо вам Пьер, я буду вам по гроб жизни обязан, — приподнявшись сказал Дмитрий и приобнял меня. Закончив есть меня отравили в гостевую спальню, она была, как и весь дом красива. Вишневые стены, увешанные картинами. Кружевные шторы на окнах. Большой книжный шкаф с разной литературой. Большая двуспальная кровать накрытая вишнёво золотой простыней у которой стояли тумбочки с позолоченными лампами. Столик для чтения украшенный вазой со свежими цветами и кресло для приятного времяпрепровождения за чтением книги. Я сел на кровать и стал анализировать все произошедшее. Что же делать ? Очевидно надо продолжать играть мою легенду. Вдруг это все игра и меня слопают на ужин, как домашнюю свинью. Даже если меня и приняли за другого человека, что делать, когда объявиться оригинал. Меня же просто прилюдно казнят. Успокоившись я решил пока что поступать по ситуации и придерживаться образу. Пока я думал уже, был обед. За мной зашел Дмитрий и мы пошли в столовую. Нам подали мясную похлёбку, свежеиспеченный хлеб, пироги с каким-то мясом, на второе было что-то странное по крайней мере для меня было в новинку пробовать подобное. Довольно долго предстоит привыкать к такому рациону. —Кстати Дмитрий почему же когда меня вели к вам, со мной совершенно не разговаривали, — я предполагал, что это как раз был приказ дворянина. —Проблема в том, что они вас совершенно не понимают и для общения придеться выучить их язык, к чему вам его учить, это всего лишь рабочие. Вы же человек такого титула. «Я думал такому человеку как вам, обычные крестьяне чужды», — сказал мне хозяин дома немного прищурив глаза. Нет мне будет довольно полезно изучить новый язык не известный другим странам кроме вашей и какого там титул совершенно не причём, — меня приняли за какого-то иностранца, который с призрением смотрит на обычных людей, странные тут нормы отношений к людям. —Как хотите, дело ваше, —отрезал Дмитрий. Все это время с нами молча сидел Михаил, опустив голову ковырял еду. Больше за ужин ничего не произошло, молча поев мы отправились по комнатам. Поднявшись в почивальню, я сразу лег в кровать. Достал телефон только вот зачем, убедившись, что сигнала как не было, так и нет лег спать. Вечером я отказался от ужина.