Любовь зла, полюбишь и ...врага?!

      Скоростной частный самолет, похожий на большую стальную птицу, быстро набирая обороты, скрывается за облаками. Лишь тихий гул моторов еле доносится с неба, да наблюдающие с земли радары улавливают его локацию. А сидящие внутри пассажиры с облегчением вздыхают и поудобнее располагаются на местах вокруг общего стола. Здесь всё по высшему разряду. Кожаные кресла, раскладывающиеся в уютную постель; автоматически убирающиеся столики, телевизоры, компьютеры; дорогая обивка салона, пушистые ковры; предупредительные стюарды, готовые выполнить любую просьбу… Здесь все условия комфортного пребывания на борту. Только озвучь свое желание, и оно будет исполнено. Это личный самолет Президента Республики. Но его самого здесь нет. Сегодня из враждебной страны, завершив переговоры, и получив необходимые гарантии мира, на этом самолете возвращаются домой дипломаты. Им сейчас уже можно спокойно выдохнуть! В папке лежит подписанный договор о перемирии. И не важно какими путями он достигнут. Главное, выполнен основной приказ Президента — наконец то заключён мир!       Стюард открывает следующую бутылку шампанского и снова наполняет фужеры присутствующих. Все счастливы! Голоса за столом звучат все громче и развязаннее, лица людей становятся разгоряченнее и нахальнее. Перебивая друг друга и бурно жестикулируя руками, сидящие за столом, весело вспоминают эту неделю в стане врага. Лишь один человек, сидя в одиночестве поодаль этой компании, не разделяет их веселья. Он сосредоточенно морщит лоб и о чем-то отрешённо думает… Когда стюард подносит ему шампанское, он машинально берет наполненный фужер и, кивая в знак благодарности, снова равнодушно отворачивается к иллюминатору. И то, что он сидит в одиночестве, не стараясь влиться в общее веселье к раздухарившимся от алкоголя дипломатам, это нормально. Они не приглашают его в свою компанию — он не их круга. Но тем не менее, их липкие взгляды подвыпивших самцов, не оставляют без внимания этого пассажира. Но он, вальяжно расставив ноги, совсем не обращает внимания на суету в его сторону. Он лениво отпивает шампанское маленькими глотками, прикрывая глаза от удовольствия, и равнодушно смотрит в иллюминатор. А когда пузырьки от шампанского забиваются в нос, он умилительно морщится, и из его губ выныривает розовый язычок, который непроизвольно облизывает нижнюю губу. И, именно в эти моменты, в салоне самолёта наступает тишина. Дипломаты на миг замолкают и благоговейно залипают на него, забывая сделать очередной глоток алкоголя. Но тут же моментально придя в себя и устыдившись минутной слабости, они показательно громко начинают соревноваться в остроумии, в надежде, что их услышат и оценят и, может быть, даже обратят особое внимание. Но подспудно, даже под хмельком, все понимают, что это табу, красную линию здесь переходить нельзя! Потому как этот холодный красавец — главный человек Президента! И именно ему, умному и расчётливому «серому кардиналу» Ставки Президента, они обязаны мирному разрешению договора.

***

Уже 30 лет, с момента разделения целой страны на две Республики, они воюют между собой. Молодёжь поколениями воспитывается в неприязни друг к другу, хотя генетически они одной крови, одной нации. И когда вражеская Республика начинает повсеместно завоёвывать территории родного края, Президент, дабы не потерять всё, отправляет туда группу дипломатов, чтобы разрулить ситуацию и наконец-то заключить перемирие. И, чтобы переговоры обязательно завершились мирным путем, в эту группу он нехотя включает и своего любовника — умного красавца, министра здравоохранения Ким Тэхёна. Ведь именно его, в приватном телефонном разговоре, потребовал Президент вражеской стороны. Наш-то Президент сразу заподозрил неладное. Придумывая разные отговорки, он попытался было предложить другие кандидатуры, не менее значимые в вопросах медицины, и даже с бОльшим опытом и стажем. Каких только умников и красавцев не предлагал он вместо Кима, но… Ему неоднозначно дали понять, что если не Ким Тэхён, то мирного соглашения не будет, и обсуждению это не подлежит! И, конечно, нашему Президенту ничего не оставалось делать, как подписать приказ о зачислении министра в состав делегации. Он официально вызвал Ким Тэхена к себе и сам зачитал этот приказ, внимательно наблюдая за реакцией министра.       Молча прослушав приказ Президента, Тэхён медленно отошел к окну. Скрестив на груди руки, он задумчиво посмотрел на улицу. Потом громко вздохнул и, недовольно поджав губы, протестующе хмыкнул. Спиной он почувствовал, как пронизывающий взгляд Президента просверлил его насквозь. Но Ким, проработавший в Ставке немало времени, давно уже научился «держать лицо». Природа щедро наградила его талантом актёра. Привычно одев на лицо маску безразличия, он медленно развернулся к Президенту и пристально посмотрел ему в глаза. Увидев его виноватый бегующий взгляд, он опять отвернулся. Президент быстро подошел к нему со спины и, прижимаясь всем телом, крепко обнял его. Срывая от волнения голос, он тихо прошептал: — Тэхен, прости! Но там хотят видеть именно тебя! Это, как ты понимаешь, только по вопросам здравоохранения. Ты же министр! С низшими чинами разговаривать они не желают. Свои подозрения насчет истиной причины, озвучивать он не стал, постыдился. Ведь в Ставке все знали, как он отчаянно ревновал Кима к каждому, кто произнесет его имя или нечаянно кинет в его сторону взгляд. И, наверняка, из вражеского логова, кто то им заинтересовался не просто так… Но на кону Президента, сейчас стояла жизнь, его титул и участь страны. Еле сдерживая себя от ревности и сжимая себя до скрежета зубов, он тихо прошептал: — Тэхен, знай, это вынужденная мера! Вся надежда на тебя! Я верю, что ты разрулишь ситуацию и найдешь пути подписания договора о мире. Нашей стране это очень необходимо, иначе мы проиграем войну и половину наших территорий. А на этих тупоголовых дипломатов надежды нет. Президенту, как никогда, сейчас необходим был мир. И ради этого он готов был идти на любые жертвы. Ведь в противном случае его ждал крах — это был вопрос жизни и смерти… Но Ким был далеко не глуп. Он понял, что его явно продали. Но кому? И с какой целью? И почему его? Он брезгливо стряхнул руки Президента и стремительно направился к выходу. Но по пути он вдруг быстро успокоился и внезапно притормозил около двери. Повернувшись в полоборота к Президенту, ровным голосом он спросил: — Феликс! Я чувствую, что ты темнишь! Может быть прямо скажешь, зачем я там нужен? — Тэхён! Ты же знаешь, как ты мне дорог! И если бы там была какая-то опасность, я бы тебя предупредил. И более того, я бы тебя в жизни туда не отправил. Ты же знаешь, как я тобою дорожу. Президент произнес эти слова с таким чувством, как бы уже веря самому себе. Но глубоко в душе он почувствовал, как у него зазудил злой червячок, который потихоньку начал пожирать уснувшую совесть. Отведя взгляд в сторону и напустив на себя занятой вид, он сухо произнес: — Зайди сейчас к секретарю. Тебе дадут все предписания. Подпиши бумаги и готовься к вылету. Видя, как Ким открывает дверь, собираясь уходить, виноватым голосом он добавил: — Тэхен! Так я тебя увижу вечером? Прислать машину? — Сегодня я занят! — сухо ответил Ким и с шумом захлопнул за собой дверь. Президент вздрогнул на хлопок двери и устало сгорбился. Он молча сам себе кивнул головой и подумал: «Вот я дурак, зачем только спросил сейчас такое…»