Стертая грань

      Дорогие и любимые, дабы вы не терялись и не путались в процессе прочтения: что, где и кто кого трахонул, я сделала поверхностное описание моих героинь.        Фелиса Кастильо — непосредственно сама массажистка. Кареглазая брюнетка, итальянка. Внешний вид: волосы заплетены в небрежный пучок, униформа классическая: черная рубашка, черные штаны и любые кроссовки.       Кэтрин Ньюмен — клиентка. Голубоглазая блондинка, американка. Внешний вид: можете представить любое, радующее ваш глаз, белье и ничего кроме него. Волосы распущены.

***

I can see it in your eyes

This is what you came for

Baby, don't be shy

Because you got somethin' I've been wantin'

A long, long time

And I got somethin' you've been wantin'

***

      Нежные ладони Фелисы бережно скользили по белоснежной и бархатной коже Кэтрин, оставляя хорошо ощутимые прикосновения и сводя с ума тело девушки. Лёгкие, но в то же время давящие на тело движения рук, что делала массажистка, прошлись по зоне слегка напряжённых плеч, и дремлющие в организме мурашки пробудились, начиная свое хаотичное путешествие по всему телу. Атмосфера абсолютной, ни чуть не неловкой, а скорее интимной тишины, лишь с еле слышным потрескиванием деревянного фитиля свечи, умиротворяла, заставляя девушку погрузиться в мир блаженства и забыть обо всем, оставаясь жить лишь этим приятным моментом.       Ловкие пальчики Кастильо продолжали спускаться по прекрасному телу клиентки, заставляя ту расслабиться в полной мере и ощутить все прелести процедуры. Одна из ладоней в медленном движении переместилась к ягодицам, а затем к внутренней части бедра, всё так же аккуратно массируя.       Это, казалось бы, совершенно присущее сеансу действие вызвало у Кэтрин на удивление не только неконтролируемую дрожь, но и быстро разрастающуюся бурю эмоций. Достаточно сильно закусив губу, блондинка попыталась противостоять резко нахлынувшим возбуждающим ощущениям. Стараясь не подавать вида, она неспешно опустила залившееся краской лицо на полотенце, выдаваемое перед началом сеанса, и прикрыла глаза, одновременно с этим выдыхая.       Почти незаметное изменение в лице клиентки, которая размеренным и, как казалось, спокойным движением закрыла к нему взор, опустив его на полотенце, не осталось незамеченным столь чутким взглядом Кастильо, поэтому на ее лице на некоторое мгновенье разлилась самодовольная улыбка. Но девушка быстро одёрнула себя, напоминая о том, где находится и что творит.       «Соблазнять свою клиентку? Не-ет, Фелиса, приди в себя, пожалуйста, — брюнетка засела в своих мыслях, пытаясь вразумить саму же себя. — Или…».       Кэтрин, пряча за полотенцем свое запыхавшееся и мило покрытое румянцем лицо, проклинала себя из-за того, что не смогла сдержать свои эмоции и дала волю слабости. Вот прямо сейчас, лёжа перед массажисткой, причём, надо признаться, весьма горячей, и крепко сжимая в руках полотенце от наступающего возбуждения, так, что костяшки пальцев слегка побледнели, она понимала, что выглядит безумно нелепо, но сделать мало что могла.       «Господи, что она обо мне подумает? — Тревожные и одновременно саркастичные мысли заполонили её разум. — Что я, извращенка, которая соблазняется от обычных прикосновений? Прекрасно, Кэт. Продолжай в том же духе».       Мысли девушки были прерваны властными движениями рук.       С целью посмотреть на реакцию юной дамы к своим не совсем относящимся к сеансу действиям, Фелиса, подключая вторую руку, которая всё это время покоилась на нижней части спины, начала разминать правое бедро вблизи пышной ягодицы. И в одно из таких очередных последовательных действий рука, как бы невзначай и случайно, затронула область паха, закрытой нижним бельём, задерживаясь там на долю секунды.       Изначально их задержка длилась даже не более чем краткое мгновенье. Но чем чаще рука пролеталась по этому месту, тем дольше была их остановка.       Ньюмен наслаждалась приятными ощущениями, невзирая на некую тревожность от своей же реакции на процесс. Она держалась изо всех сил, чтобы не поддаться соблазну и не промычать тихие, но в тоже время извращённые слова о продолжении сих действий, совсем не имевших приличного мотива.       Голубоглазой девушке показалось, что температура в помещении мгновенно увеличилась. Или же это была температура её тела? Кэтрин особо не задумывалась, так как сейчас она пыталась уловить те короткие, но до умопомрачения приятные движения и касания.       «Хочет ли она чего-то большего? Или я просто чёртова извращенка? — И опять эти раздумья и догадки бесцеремонно проникли в её разум. — Больше склоняюсь ко второму».       Блондинка решила не спешить и дать Фелисе продолжить сеанс, так и не проронив ни слова.       С каждым новым и одновременно трепетным и сильным движением, что делала Кастильо, ткань нижнего белья Кэтрин становилась более влажной. В голове темноволосой всё сложилось не сказать, что просто, ведь это могла быть обычная реакция организма, но нутро подсказывало, что всё совсем иначе. Потому подобная обстановка стала зелёным светом для первого шага к чему-то большему, чем обычный расслабляющий массаж.       «Будь что будет, — сказала себе Фелиса, не в силах удерживаться пред столь манящим соблазном».       Прекратив терзать бедро блондинки в приятных муках, кареглазая провела по нему ладонью, поднимаясь постепенно вверх, к нижней части спины. Затем парой тонких пальчиков провела невидимую дорожку по позвоночнику в направлении к шее, вместе с тем вызывая у клиентки мелкие мурашки удовольствия.       Кэтрин понимала, что скрыть крайность своей возбуждённости будет весьма сложно, так как ее выдавала не только влажность на интимной зоне, но и резко изменившееся поведение. Она готова была уже сама напроситься на крайние меры, но последующие действия массажистки ввели только уверенность в дальнейшем и надобность в мольбе о том, чтобы ее отымели, отпала.       Добравшись до тоненькой шейки, рука ускользнула к плечу, поглаживая его. Сама же Фелиса наклонилась к затылку, оставляя мимолётный поцелуй, после чего пододвинулась к уху Кэтрин, шепча: — Вы не против?       Хищная улыбка показывается на лице дамы, и та вновь спускается ниже, в этот раз оставляя кроткий поцелуй на нежной коже плеча.       Быстрый, наверное, ничего не значащий поцелуй на затылке, а затем на плече привёл светловолосую к потоку внезапно нахлынувшей страсти, а щекочущее дыхание в зоне уха почти что увлекло в экстаз. — Нисколько, — невзирая на удивление, вожделение и ещё парочку бурных чувств, ответ прозвучал уверенно.       Положительный ответ её дивной спутницы стал лишь подтверждением и так уже хорошо понятных для Фелисы вещей. И лишь пара слов дали начало чему-то большему, незабываемому и поистине приятному.       Кэтрин приподняла голову с полотенца, чтобы встретиться лицом к лицу с той нахальной девушкой, чей голос и движения заставляли и заставляют каждый сантиметр её тела вздрагивать. Её не привела в удивление хищная улыбка, красовавшаяся на лице брюнетки, дающая знать, что не только она безумно хочет то, что крутится в её голове последние минуты.       Когда Ньюмен подняла свой чудный, словно само совершенство, лик в сторону своей партнёрши, ладонь итальянки скользнула к мягкой щеке, большим пальцем которой начала поглаживать её. Взгляд же был устремлён в ее яркие и выразительные глаза, с таким же манящим интересом смотрящие на неё.       Кастильо оставила лёгкий, довольно короткий, но такой страстный поцелуй на алых губах американки, который останется храниться в их памяти ещё надолго, они обе были в этом полностью уверены. Фелиса закусила нижнюю губу блондинки, затем отстранилась и ненадолго прикрыла глаза. Губы Кэтрин слегка припухли, выдавая красные оттенки на кончиках, пока во рту все ещё присутствовал сладкий вкус другой девушки. Но вскоре она опешила и начала было огорчаться, что всё так вот и закончится, даже не успев начаться, когда темноволосая убрала руку с её щеки и последовала размеренными шагами вдоль рабочего стола.       Остановившись на уровне ее бёдер и положив руку на одно из них, Кастильо произнесла: — Мне кажется, что мы не совсем закончили. — Подожди, не закончили с чем?       Сразу же после последнего слова, вылетевшего из уст светловолосой, ладонь Фелисы оставила звонкий шлепок на упругой ягодичке девушки. Затем она бережно огладила часть, по которой пришелся удар, в попытке успокоить и приуменьшить сладостную боль от своего действия.       Ньюмен негромко промычала и, удобнее встав на колени, вытянувшись, приблизилась к девушке, выдавая вперёд свои ягодицы. То ли для очередного шлепка, то ли для скорых проникновений пальчиков. Затем прикусила губу, давая понять, как сильно ждёт дальнейших действий прекрасной массажистки. — Смело, — четко отчеканила Кастильо, а её лицо приобрело удовлетворённый действиями своей пассии вид.       Темноволосая застыла на одном месте и смотрела на слишком прекрасные бёдра девушки не прерываясь, прокручивая при этом в своей голове возможные варианты продолжения этого вечера. И каждый из них был поистине прекрасен, поэтому, представляя их, каждый она вожделела не меньше другого. Но заставлять даму долго ждать следующих воздействий просто непозволительно, так что сделав свой сложный, а может и не очень выбор, рука переместилась с одной ягодицы на другую и вновь оставила звонкий шлепок, сопровождающийся трепетными поглаживаниями. Этот удар был намного больнее предыдущего, и Кэтрин слегка заскулила, но не показала, что ей больно, а наоборот, прикрыла глаза от наслаждения.       Оценивающе глядя на свою клиентку, итальянка ловит взглядом нижнее бельё, явно мешающееся в данной ситуации. Большим пальцем она захватывает край трусов и тянет вниз по стройным ногам девушки, избавляя её от лишнего предмета одежды.       Когда та сняла с блондинки нижнее белье, девушка поняла, что полностью открыта перед ней, и ей видно абсолютно все то, что все это прикрывала тоненькая ткань белья.       Получив абсолютный доступ к интимному месту своей спутницы, Кастильо накрывает область паха рукой, а затем двумя пальцами проводит меж складок, ощущая обилие влаги, на что Ньюмен издала еле слышный стон. Недолго длившуюся тишину прервал голос Фелисы, задающий вопрос: — Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделала?       И та склонила голову в бок, ожидая ответа.       Голубоглазка слегка покраснела, ведь отвечать на этот вопрос извращённой правдой слишком стыдно, тем более перед незнакомым человеком (ну да, который скоро поимеет её, и что?) поэтому она ответила так: — Всё то, что ты прокручиваешь в своей чудной головке, прояви в реальности, — Кэтрин наградила спутницу уверенным взглядом. — Могу точно сказать, что наши мысли совпадают.       Девушка позволила себе издевательскую ухмылку, проводя рукой по своей груди и не болезненно сжимая ее от нарастающего наслаждения.       Ответ был совсем не тем, что хотела услышать брюнетка, потому резким движением она приподняла девушку и повернула так, чтобы спиной она была крепко прижата к её телу. Рука поднялась в направлении к шее и, прибыв на нужное место, гибкие пальчики обхватили шейку и сжали, но не слишком сильно. Вторая же ладонь лежала на талии, продолжая прижимать спутницу к себе. Наклонившись к уху, Кастильо произнесла: — Хотелось бы слышать о твоих желаниях подробнее, а то, знаешь ли, вдруг я думаю о том, чтобы остановить все это, — захватив зубами мочку уха, Фелиса слегка оттянула его и затем отпустила. — Сомневаюсь, что в этом наши мысли совпадают.       Разум светловолосой обдумывал каждое услышанное слово. Проглотив комок в горле, девушка гордо ответила: — Так если ты этого не хочешь, то зачем продолжаешь? Не легче закончить это всё прямо сейчас? Раз это так не по обоюдному согласию.       После рука итальянки, находившаяся всё это время на талии, плавно, словно гремучая змея, спустилась ниже, очерчивая пару кругов у клитора. Одновременно с этим губы накрыли в страстном поцелуе шею, оставляя там яркую отметину.       Кэтрин замолчала, прикрывая глаза от прикосновений и сглатывая. Но, собравшись с мыслями, продолжила, хоть и не таким уверенным голосом, как ранее, скорее дрожащим: — А что насчёт меня… Возможно, я бы хотела, чтобы эти пальцы, — девушка огладила пальцы массажистки, концентрируя внимание на указательном, среднем и безымянном пальцах, — были во мне, поглаживали бы мой клитор, сжимали мою грудь и делали бы всё, чтобы довести меня до пика.       Фелиса молча стояла и вслушивалась в каждое, не совсем уверенно произнесённое слово девушки, чувствуя, как возбуждение возрастает. Взгляд массажистки опустился на свои же пальцы, когда её пассия сказала, где бы она хотела ощущать их, одновременно с этим прикасаясь к ним.       Ньюмен слепо нашла рукой бедро своей партнёрши и провела по нему, слегка сжимая. Затем направила руку к паху, останавливаясь на лобке и повторяя свои поглаживающие движения несколько раз, чувствуя, что не одна она сейчас была возбуждена.       Не сумев сдержаться, брюнетка издала еле слышный стон удовлетворения от этого прикосновения и ослабила хватку, но быстро взяла себя в руки, взбудораженная этими действиями. — Видимо, ты этого не хочешь, — жалобно произнесла Кэтрин и спешно убрала руку. — А ты та ещё чертовка, — ухмылка появилась на лице итальянки. — В таком случае не вижу причины оттягивать момент удовольствия.       Два пальца — средний и безымянный, провели пару кругов вокруг клитора, а затем неожиданно резким движением проникли внутрь девушки и задержались там на мгновенье, после чего совершили ещё пару то резких, то аккуратных толчков. Одновременно с этим большой палец ласкал клитор, вырисовывая различные окружности.       Шея же блондинки покрывалась губами Кастильо то мимолётными, то долгими мокрыми поцелуями, иногда впиваясь в фарфоровую кожу острыми зубками.       Затем она высвободила два пальца из лона девушки и, подключив третий, указательный палец, продолжила это приятное действие, как того желала её спутница, с наслаждением слушая приятные для своего слуха звуки удовольствия — стоны.       Массажистка будто нагло игралась с Кэтрин, резко меняя темп то на медленный, то на быстрый и не давая ей закончить. Когда блондинка уже была на грани, она взмолилась: — Фелиса, хватит, умоляю. — Просишь остановиться? — издевательская усмешка, коей не видела Ньюмен, озарила лицо брюнетки и, получив в ответ жалобный стон, она, не медля, набрала быстрый темп.       Светловолосая буквально шла навстречу пальцам, стараясь насадиться на них все глубже. Но вот, надобность в этом отпала, раздался последний протяжный стон, а после та начала тяжело дышать, приходя в себя.       Тело Кэтрин обмякло в руках Фелисы, и темноволосая аккуратно уложила ее на кушетку, после чего, сев на стул, стала наблюдать за ней. — Остались ли вы удовлетворены сегодняшней процедурой? — насмешливо поинтересовалась Кастильо. — Боюсь, что после такого я стану вашей постоянной клиенткой.