Шутки стали серьёзной игрой

— Ну... Я люблю его? — Хёнджин словно задал вопрос сам для себя. — Этот человек для меня многое. Всегда так тепло и хорошо, когда он рядом, — Джин словно забыл, что разговаривает с Феликсом, а не с психологом Чхве. — Я волнуюсь за него, переживаю. Иногда хочется прижать его к себе крепко и наконец сказать, что он мой. — Почему же не сделаете? — Боюсь. Я люблю его уже третий год невзаимно. Не знаю, догадался ли он о моих чувствах... — Хёнджин улыбнулся. — В любом случае, я рад просто находиться рядом. — А сейчас у вас что? Почему вы избегаете Феликса? — Психологи нынче ясновидящие пошли, — подметил Хёнджин, отчего Феликс улыбнулся. — Что же сейчас?.. Почему избегаю?.. Ну, я ничего не понимаю. Этот человек поцеловал меня ни с того ни с сего. Я только что буквально его смерть пережил, сидел на холодном полу и гадал, что с ним? Жив ли он? Мне неловко от поцелуя... Это странно, когда ты безответно любишь, а тебя вот так вот берут и целуют. — Да, ты прав. Для первого поцелуя не очень.. — Второго. — Что? — Феликс поднял свои глаза на друга, удивившись. Он явно догадывался в чём дело, но решил не говорить. — Ой... Ээ... Доктор Чхве, продолжайте. — Хёнджин уже совсем раскрепостился. — Хорошо... А вы любите его сейчас? — младший вновь вошёл в образ. — Очень, — Хёнджин сказал это, улыбаясь. Джин словно забыл всё, что его тревожило, наконец открылся и сказал всё, что его волновало. На душе стало легче, но какая-то еле ощутимая новая тяжесть поселилась в самой глубине. — Давай теперь поменяемся местами? Мне тоже есть, что сказать, — предложил Феликс, рассевшись немного поудобнее. — Хорошо. Мама может гордиться, хоть где-то я психолог, — пошутил Хёнджин. — Задавай, пожалуйста, те вопросы, которые тебя волнуют. Не бойся, я хочу, чтобы между нами не было недопонимания. Хёнджин кивнул. — Хорошо... Так... Что для вас значит Хёнджин? — Этот человек меня безумно бесит. Прям жуть как бесит. — Э... — Хван обиженно посмотрел на друга. — Ладно, а есть ли у вас к нему чувства? — Чувства? Хм... Кажется да. Хёнджин словно засиял, прямо-таки замерев с этой улыбкой на лице. — На самом деле, Хёнджин, ты мне нравишься достаточно давно. Я просто только сейчас это понял. Я не знал, что такое любить. — То есть, ты хочешь сказать, что всё это время мои чувства были взаимны? — Получается, да. Я просто дурак, не понимал, что такое для меня любовь. — Но Минхо же ты любил? — Хёнджин задал этот вопрос очень осторожно, опустив глаза вниз на свои руки, которые нервно ковыряли заусенцы. — Это привязанность, симпатия и, в каком-то роде, зависть. Но потом я понял, что только с тобой мне хорошо, что только с тобой я могу открыто говорить о своих чувствах, что только ты меня так понимаешь. Мне с тобой так хорошо... — Знал бы я это раньше... Мне было сложно держаться столько времени. Порой, я сдерживал себя. Но один раз я не удержался и поцеловал тебя.. — Что?.. — Феликс удивился, но очень хотел подтвердить свои догадки. — На поле, когда ты в трансе был, —Хёнджину было неловко всё это говорить. — Так вот что это было... Жаль, что я не почувствовал... — Можем повторить... — Хёнджин отвлёкся от своих пальцев, поэтому сейчас нервно перебирал бахрому покрывала. Феликс придвинулся ближе. Хёнджин посмотрел ему в глаза и улыбнулся, а потом медленно начал приближаться к его лицу. Губы парней соприкоснулись. Они нежно касались друг друга, забывшись в этом мире. Поцелуй был нежным, влажным и самым желанным. Им не хотелось останавливаться, они будто утонули в наслаждении, состоящем из долгих мук и своей любви, которой накопилось так много, что излить её всю в поцелуй никак не удавалось. Но время шло и им всё же пришлось отстраниться. — Ты больше меня не избегаешь? — Феликс, улыбаясь, смотрел на счастливого друга. — Не-а. — Ты точно всё мне рассказал? Хёнджин кивнул. В его глаза читалось такое счастье и спокойствие, что нельзя было описать это словами. Феликс крепко обнял Хёнджина, положив голову ему на грудь. Тот тоже приобнял его. — Кстати, насчёт поцелуев я не шутил... Хёнджин улыбнулся. Феликс немного приподнялся и стал смотреть ему прямо в глаза. Джин ткнул пальцем ему в носик, от чего Феликс немного обиженно фыркнул и обратно улёгся на груди друга. Даже утром внизу было темно, ведь окон в подвале не было. Парни проснулись достаточно рано. Феликс так и уснул в обнимку с Хёнджином. — Сколько сейчас времени? — сонно спросил Ликс. — Шесть утра... Что-то мы рано... — воспоминания о вчерашней ночи вспыхнули в голове, от этого у Хёнджина появилась улыбка на лице — он до безумия счастлив, что его чувства наконец оказались взаимными. — Давай вставать, Минхо наверное... Феликс пытался приподняться, но Хёнджин обратно притянул его к себе. — Ты чего? — Мне холодно, а ты тёплый. — Где же тот Хёнджин, который неделю меня избегал? — Расстаял в твоей любви. Кстати, если ты Гарри Поттер, то я тогда Джинни Уизли? — Хёнджин, ты и так Джинни! — хихикнул Феликс. — А твои волосы красные, будем считать, что рыжие. — Точно. Вот и всё, параллель готова, теперь можно спать! Парни ещё немного повалялись в самодельной постели из подушек, матрасов и покрывал, а потом встали и поднялись наверх. Минхо с Джисоном ещё спали. — Ну ты посмотри на них. Феликс стоял в дверях и смотрел на парней: они дрыхнули на диване с пачками чипсов в руках. Ладонь Джисона лежала на талии Минхо. — У них интересная ночь была. Опять без нас что-то смотрели, так ещё и ели, — обиженно сказал Хёнджин, разворачиваясь на кухню. Феликс приготовил завтрак, а Хёнджин крутился возле него и постоянно стаскивал кусочки колбасы, из-за чего Ликс чуть не прибил его половником. — Ужас, пойду пожалуюсь, что мой парень меня избивает кухонными приборами. — Твой парень? — спросил Феликс, так как удивился услышанному. — Как ты быстро присвоил меня себе. Хёнджин схватил кусок колбасы, пока Ли пытался переварить сказанные им слова, и убежал в коридор. — Иди ты... Джин опять появился появился в дверях и показал Феликсу язык. — Доброе утро... Вы чего так рано проснулись? — Минхо с Джисоном зашли на кухню, сонно потягиваясь и потирая глаза. — Ага, Минхо, ты время видел? — спросил Феликс, накладывая завтрак проснувшимся друзьям. — Ой!.. А вы что так рано вчера легли? — Мы легли поздно, — ответил Хёнджин, загадочно улыбаясь. — Что же вы делали тогда? — Минхо решил устроить настоящий допрос, пока Джисон сонно пялился на чаинки в чае. — Мы с моим пар... — начал речь Феликс, но от резкого шлепка по коленке понял, что сказал. — Другом Хёнджином играли в... — Стоп. Что? С твоим другом Хёнджином. Кто это? Я его знаю? — Минхо ничего не понял из сказанного и не упустил возможности поиздеваться над младшими. — Ой, ну то есть... — Короче, мы вчера допоздна в библиотеке сидели, так там и уснули. А ещё, Минхо, Феликс вчера заставил меня играть в волейбол. — Ли Феликс, я что тебе сказал? — на лице Минхо словно читалось слово "беги". Феликс недовольно посмотрел на Хёнджина, который лишь самодовольно улыбался. — Ну... Ты мне сказал, что мне нельзя заниматься спортом, ведь у меня сотрясение... Но Минхо, у меня ничего не болит. — Я же просил... Феликс, я волнуюсь. Джисон посмотрел в сторону Хо. Он так и не сказал ничего за столом. —Что такое Хан? Джи не ответил, а лишь, доев, вышел из-за стола и ушёл в комнату. Минхо пошёл за ним. — Когда они уже сойдутся... Так и мучают друг друга... — Ты тоже это знаешь? — спросил Хёнджин, немного удивляясь. — Да... Я это вижу. А Минхо мне сам рассказал, что очень любит Джисона, прям очень. — У них всё взаимно... — У нас тоже, мой парень Хёнджин, — хихикнул Феликс, но тут его лицо сделалось серьёзным. — Я вообще-то обиделся. — Мы встречаемся? — Я обиделся. *** —Хан, что случилось? — спросил Минхо, зайдя в комнату. — Ничего... — Джисон сидел возле окна и что-то рисовал на стекле, печально глядя в окно. От такой картины сжималось сердце. — Нет, что-то случилось. — А что могло случиться, например? — Хан повернул голову, а Хо заметил его красные от слёз глаза. — Не знаю даже... — Ты так за Феликса волнуешься... — парень стёр нарисованное. — Джисон, стоп. Ты ревнуешь? — Нет. — А что тогда с тобой? — Хо продолжил расспрашивать друга, присаживаясь на диван. — Всё хорошо, Минхо. Джисон вышел из комнаты, сильно хлопнув дверью, отчего даже картина с полки свалилась. — Между ними точно что-то произошло... — сказал Феликс, глядя на спускающегося вниз Джисона. — Рад, что между нами эта война сердец закончилась... — Не закончилась. Я обиделся. — Ты, когда обижаешься, такой милый, — Хёнджин взъерошил волосы на голове у Феликса. — И что? Я всё равно обиделся. — Ладно, прости меня, — Хёнджин обнял парня, а тот начал немного отстраняться от него. — Просто так не прощу. — Что мне сделать? Феликс вытянул губы в трубочку и закрыл глаза. Хёнджин чмокнул его в губы. — И это всё? Из комнаты вышел Минхо. Парням пришлось отскочить друг от друга. — Минхо, всё в порядке? — спросил Хёнджин, быстро придя в себя и надеясь, что друг не заметил того, что они с Ликсом только что сделали. — Как он мне надоел... — бросил коротко Ли. — Вы опять поссорились или что? Минхо с Джисоном в последнее время часто ссорились. Из-за любой ситуации всегда возникали недопонимания. — Кстати. Вы же неделю не общались, при любых обстоятельствах избегали контакта, что с вами сейчас? Минхо смотрел руку Хёнджина, лежавшую поверх ручки Феликса. — Ой.. Это случайно... — Ликс быстро убрал руку. — Подозрительные вы сегодня... *** — Блин, ну поговори с ним. Объясни всё, что чувствуешь, — Хёнджин всё пытался достучаться до Джисона. — Я не смогу. Вдруг отвергнет? Джин уже не мог. Он слышал эту фразу тридцать первый раз. Джисон ему очень напоминал его самого, от этого и было сложнее. — Три года назад я признался в любви Феликсу. — Чего? — спросил Джисон. — Он меня отверг. Мы остались друзьями, как видишь. — Да блин, от тебя толку мало, можешь... — Минхо! Феликс! — заорал на весь дом Хёнджин. Феликс тащил по коридору Минхо, с которым проводил беседу по поводу их недопонимания с Джисоном. — Вот, в комнату его и закрываем на замок. Пусть делают, что хотят, но чтобы вышли за ручку, — сказал Хёнджин, заталкивая Минхо в комнату и закрывая дверь на замок. Шло пять минут. Десять минут... Тишина. — Хан, что случилось? — Ничего. — Что-то волнует? — Ничего. — Ты что-то чувствуешь ко мне? — Ниче... — Джисон осёкся на полуслове, а потом, разочарованно улыбнувшись, поднял глаза на Минхо. — А если я скажу, что кажется люблю тебя, как ты отреагируешь? Тоже ничего? — сказал Минхо, проходя немного вперёд. — Так ты скажешь или это правда? — Я люблю тебя, — уверенно сказал Минхо, хотя ноги немного дрожали. — Уверен? — Полностью. — Минхо, ты шутишь. Ты тот ещё шутник, — Хан с опаской глядел на друга. Он не мог быть уверен в том, кто очень тщательно скрывает свои чувства. — Шутник тут ты. Почему вдруг ты такой холодный, мне не понять. — Странно видеть тебя таким откровенным. Обычно ты тот человек, который не любит открыто говорить о своих чувствах. — Значит ты плохо меня знаешь, — прозвучало немного обидно. — Видимо да. — Так что? Будет ли ответ? — Минхо нервно сжал кулак, а в груди что-то кольнуло от страха. — Ответ на что? — На то, что я люблю тебя, — Хо уже еле держался. — А если это взаимно, то что? Минхо подошёл близко к Джисону. Тот гордо смотрел на него снизу, так как был чуть ниже. Внезапно Минхо схватил Хана за талию, прижал к себе и страстно поцеловал его в губы. Тот ответил на поцелуй. Ли приподнял Джисона на руки и подсадил на стол, всё также продолжая поцелуй, углубляя его и касаясь нежной шеи парня своими руками. *** — Думаешь, уже можно открывать? — спросил Феликс, глядя на наручные часы. Парни сидели там уже слишком долго и со скуки успели переиграть раз пять в "слова". — За такое долгое время они и переспать могли. — Прошло всего двадцать минут. Феликс и Хёнджин подошли к двери и открыли замок. Он тихо щёлкнул. За стеной тишина. — А хотя знаешь... Пускай делают, что хотят, а я пока тобой займусь. — Что это значит..? — испуганно спросил Феликс. — В плане, с тобой время проведу. Пойдём погуляем, поболтаем, поцелуемся где-то... Тут дверь открылась и вышел Минхо и Джисон. На рубашке Хо были растегнуты первые две пуговицы, а волосы Хана выглядели слегка растрепанными. — Вы помирились? — Да, — коротко ответил Минхо. — А то мне уже надоели ваши ссоры и ругани, — Хёнджин глядел то на довольно лицо Феликса, то на алые засососы, украшавшие шею Хана. — Да, мы обсудили всё и... И вообще, не ваше это дело, идите куда-нибудь, бесите! — Минхо махнул рукой и ушёл быстрым шагом, делая вид, что вообще только что ничего не произошло. Хёнджин и Феликс, довольные собой и своей работой, убежали наверх.