Вместе.

трудно. Трудно наблюдать за тем, как все резко рушится, и с этим ничего не поделать. Трудно понимать, что тот, кто тебе дорог, потерян. А те, кому ты стремился помочь, и обещал вернуться, в итоге либо умерли, либо уже не были теми, кем были. Это всё - боль, упрёки, стыд. И эта боль преследует Вэша больше половины его жизни. Если бы он только мог, он бы отдал всё, чтобы Рэм была жива, Найвс был счастлив, и всё на свете вместе с ним. Однако жаль, что ничего на свете не предложит такое, даже за цену его жизни, даже за цену, за которую заплатят за то, что поймали Вэша. Пот. Вэш был покрыт потом, скорее всего от не кончающихся кошмаров, что преследуют его каждую ночь. Он был на кровати своей комнаты третьего корабля. Ах да, он же вернулся, чтобы ему починили его протез. Но...что произошло, после того, как Мэрил, Робетро, и Николас узнали о правде? О том, что он не человек? По непонятным причинам блондин не мог вспомнить ничего, что произошло после того, как его "расркыли". Но одно он помнит с ясностью - ему было страшно. Ему страшно и сейчас. Страшно проходить через боль снова. Страшно понимать, что Мэрил, Николас и Робетро скорее всего не ожидали такого, и наверное бросят его. Конечно, Вэш понимал, что они ему не семья, или кто ещё, да даже не друзья, но потеря в любой её форме была очень трудной для Вэша. Он дрожал, не мог остановиться. Дыхание участилось, вместе с сердцебиением и жарой, что накрывала его, словно ненужный плед в летний день. Паника. Такое не впервой, особенно для него. Ему было страшно, страшно выходить из комнаты, ему просто хотелось стать одним целым с кроватью, на которой он лежал, и просто исчезнуть. А так же ему было стыдно. Стыдно за то, что он не смог спасти других сам, и врал другим, насчёт того что он "человек". Ещё и учитывая тот факт, что "расскрылся" он, таким ужасным способом. Шаги. Шаги, что были направлены к его комнате. Резкий щелчок двери, и...на Николаса смотрело раздражающее его лицо(хотя, если бы он был честен с собой, то признал бы, что белобрысый паникёр и вправду симпатичный) , с этой фальшивой улыбкой на лице паникёра. Что что, а темноволосый уже успел научиться понимать, когда Вэш лишь притворяется, а когда нет. От злости тот лишь прикусил сигарету, почти ломая её, но специально оставляя её в таковом виде, подходя к боку кровати, и садясь прямо на стул, что был напротив Вэша. Обычно Вэшу и Николасу не было о чём поговорить, поэтому они привыкли к молчанию, что ветало между ними каждый раз, когда они оставались вдвоем. Но сейчас, сейчас это было напрягающе, нежели чем обыденно и успокаивающе. Николас в свою очередь не мог понять, почему Вэш вообще такой, какой есть. Какое ему дело о других? Зачем ему заботиться о других? Разве не эгоистично, обещать кому то о том, что ты вернёшься и спасёшь их, но очевидно, не успеваешь? Неужели для него, это не бессмысленно? ̶И̶л̶и̶ ̶э̶т̶о̶ ̶п̶р̶о̶с̶т̶о̶ ̶с̶а̶м̶ ̶Н̶и̶к̶о̶л̶а̶с̶,̶ ̶ч̶т̶о̶ ̶п̶р̶и̶в̶я̶з̶а̶л̶с̶я̶ ̶к̶ ̶В̶э̶ш̶у̶?̶ —тц...как раздражает. Молчание было прервано. Вэш не понимал, что не так, хотя все было очевидно, по крайней мере для Николаса. Он хотел понять всё по выражению его лица, но даже так, особого понять не смог. В свою очередь Вэш наконец присел на кровать, зажал простыню, и с тяжким выдохом поднялся. Теперь он стоял спиной к Николасу, не видел его лица, и наверное именно по этой причине ему хватило смелости спросить: —"Раздражает"? —Да чёрт тебя побери, паникёр ты ж гребанный...неужели не ясно? Какого хера ты так сильно зациклен на других? Почему второй встречный может нанести тебе боль? И твоё это "добро", оно тебя само в могилу заведёт, если тебе конечно на себя не похер. И я надеюсь ты и сам понимаешь, что я в курсе того, что ты был совсем в другом настроении до того как я сюда зашёл. Так что не притворяйся хоть при мне, я не клоун. Вэш не ожидал этого, он думал, что все тщательно скрыл, но, походу это не было правдой. Он сжал руки в кулаки, и лишь тихо направился к двери, добавляя: —Я знаю, что я делаю. С этими словами, тот ушёл. Он собирался покинуть их. Их всех, и на этот раз не возвращаться обратно. Тем более, ему было бы лучше одному, ведь он привязывается к новым людям. А к Николасу он тем более уже привязан. А в то время Николас стоял у окна, в той же комнате. Он думал. О разных вещах. Но почему то одна мысль не могла покинуть его. ̶О̶н̶ ̶н̶и̶ ̶в̶ ̶к̶о̶е̶м̶ ̶с̶л̶у̶ч̶а̶е̶ ̶н̶е̶ ̶х̶о̶т̶е̶л̶ ̶т̶е̶р̶я̶т̶ь̶ ̶В̶э̶ш̶а̶.̶ Он засмотрелся, почти что начиная ветать в облаках, однако он заметил, как Вэш уходит. Тревога. Сердцебиение участилось, ему не хотелось отпускать его, давать ему убежать. Нет, только не с ним. Он выбежал из комнаты, и из зо всех сил бежал к выходу. Он вылетел из выходной двери, задыхаясь, и крича тому в след. Конечно, тот в свою очередь всё услышал, но, почему то не стал игнорировать и идти дальше, как он обычно поступает, он не хотел, не мог. Поэтому он повернулся, чуть всхлипывая. Почему то ему было больно, и с другой стороны очень хорошо. Он был рад, что кто то и вправду побежал за ним, а не оставил уходить в даль, расширяя расстояние. Но он не хотел возвращаться, он знал, что Николасу, Мэрил, тем более Робетро, что подавно умирать из за Вэша не собирается, будет больно, если он рядом с ними. Но он не поворачивался, он стоял, и смотрел, как темноволосый бежит, задыхаясь. Когда же он добежал до него, то схватил за шкирку, и было видно, что он хотел кричать на него, ругаться, бить, но даже так Вэш был рад. На его лице появилась настоящая, искренная улыбка, со слезами счастья на глазах. Тот не ожидал такого от него, он думал, что тот лишь отыграется, и уйдёт, оставив его одного. Его разрывало чувство боли от счастья, счастья от того, что Вэш не покинул его. Он остался. Хватка ослабла. А за ней последовало объятие. Искренне, и тёплое. Наверное, он и вправду любит этого паникёра. —Больше и не думай уходить. —Конечно. Ответил тот, чуть сжав костюм Николаса, оставляя мокрые следы от слёз на плече.