Подсолнух под кепкой

      Новые откровенности между Игорем и Димой несказанно радовали второго, однако все же мучил вопрос: Каков кудрявый Игорь Гром? Ведь многочисленные рисунки, это все-таки надумка реальности. Да, он видел фотографии, тогда вместе с Громом, но все-таки что-то ему не нравилось. То было прошлое, необычно интересное прошлое, ведь это становление Грома, как Грома. Необычная храбрость, рвение к справедливости, стальные убеждения. «Машина, а не человек», как любят говорить новостные каналы и пресса. Дима до сих с некоторым смехом вспоминает, как журналюги, кроме Юльки, старались оттяпать такой лакомый кусочек. Ведь интервью с самим Майором просто разрыв.       Только, так называемая машина, не бездушный механизм по отлову неугодных закону людей, как предполагаемые дроны Ван Дер Хольта, а человек. Человек с непростой судьбой.       Как это понял Дубин? Далеко не сразу. В период, когда по улицам Питера буйствовал Чумной Доктор, Игорь работал на износ. Весь отдел это видел, видел сам парень, да и Юля хорошо ощутила в их первое знакомство, узнал он по рассказам девушки. Грома чуть не упекли в тюрьму, на пару с Дубиным, за участие в побеге. Справедливость восторжествовала, все молодцы, город в безопасности, а их троица была сформирована. Майора восхваляют как героя, на нем делают линию одежды, мерч. Все по канонам каких-то комиксов.       Месяц после ареста Разумовского, можно сказать, вернулось на круги своя в жизни. Действовал не по уставу, ввязывался в драки и успешно закрывал дела. Только теперь помогал Дима и Юлька, с отношениями которых у них почему-то не задалось. Что один, что другая отмалчивались, но вели себя как закадычные друзья. Вмешиваться в это стажёр не решался. Всё-таки не семейный психолог, а работу за них никто не сделает. Засиживание с делами до поздней ночи всегда происходило в квартире Грома. Обшарпанной, неубранной, нелюдимой, как ее владелец. Сначала парень думал, тот столько работает, что в квартире не бывает и поэтому она в таком состоянии, а учесть воспоминание о первом дне, когда мужчина вовсе в изоляторе спал, пришел к выводу, если бы он в своей квартире проводил больше времени, то и выглядело бы все более-менее нормально.       — Игорь, а чего ты тут ремонт не сделаешь? — вырвался вопрос у Димы каким-то поздним вечером. Уставшая голова не следовала своим же правилам. Точнее алгоритмами. Например, когда они так работают, то не стоит мужчину толкать на разговор не относящиеся к уликам. Майор такой человек, что будет сидеть до победного, пока не добирается до истины, сам захочет — сам и заговорит.       Гром, сидевший на полу к дивану, хмуро посмотрел на напарника, как тогда при Стрелкове, и пробурчал: «Не твое дело». Обидно, нечего сказать. А потом заметил некоторую закономерность. Что Пчелкина, что сам, если что-то брали из вещей и не ставили на тоже самое место, оно каким-то образом возвращалось на место. Будь это стул у стола на кухне, что подушка с дивана. Все что угодно из квартиры Грома непременно возвращалось обратно. Дима даже как-то выкинул бутылку неизвестного происхождения в мусорку, а на следующий день она была тут как тут. Домовые тут точно не водятся, тараканы не такие умные. Вывод: сохраняет все, как было, только Игорь. Зачем?       Что ещё было примечательным, так это некоторое зависание напарника. Да, похожее состояние у него бывает во время великих дум в момент опасности, которые до сих пор Дубин не понимает. Как он успевает просчитать несколько возможных вариантов событий? Характерное «Думай, думай, думай» Дима слышал. А ещё взгляд Грома. В них иногда виднелся страх, не такой, когда переживаешь за себя. Точно определить у ещё зелёного стажёра не получается, но он считал это важным пунктом. Что-то в душе подсказывало, на это стоит обратить особое внимание.       В один из вечеров, когда золотые листья переставали летать по Петербургу, а дожди становились ещё холоднее, обстановка в квартире Грома приносила ещё больше грустных ноток. Вообще Дмитрий, можно сказать, уже жил здесь, даже Юля меньше тут появлялась. Часто что-то готовит, пока один из них искал улики, а второй, явно уставший, хотел отдохнуть. Себя великим поваром Дубин не считал, все у него часто подгорало, в следствии некоторой невнимательности. Гром не жаловался и по возможности брал себе шаверму. Такая любовь к данному блюду ничего не могло перебить. Помнится Игорь даже мини-экскурсию проводил по местам, где готовят, по его мнению, хороший «священный свёрток», пусть потом, после ГРОМкой популярности, они расплодились, как грибы после дождя, Дубин точно знал какую лучше покупать.       И что и всегда, блондин стоял и что-то готовил, уже он сам не вспомнит, что это было и было ли оно съедобным, но что точно засело в мозгу, как Гром, в момент раздумий, сидел на полу и смотрел куда-то. На слова он никак не реагировал, хотя может сам парень боялся его отвлечь от важной мысли и говорил достаточно тихо. А потом решил посмотреть, куда и напарник. Входная дверь и ничего больше, но взгляд был таким, будто он кого-то ждал. Вряд ли Игорь мог забыть, что здесь напарник. А пустой взгляд, прожигающий одну точку в двери, не уходил. Пришел мужчина в сознание, когда очередной кулинарный шедевр Дубина подгорел. Вздохи и маты кого хочешь выбьют из мыслей.       Выводы пришли позже. После нового года. Праздники казались одним большим днём от безделья. Гром, конечно, не стал отдыхать, а вышел смену, считай после боя курантов. «Еще один Костя...» — Произнес Федор Иванович, у которого в миг голос стал тихим, когда Дубину позвонили с поздравлениями. В голове всплыл тот самый альбом. Взгляд мальчишки, ставший не по годам серьезным. Фотографий с Константином Громом не было, а если и они существуют, то в альбомах четы Прокопенко, по крайней мере Дима так думает.       А сам парень решил. Нельзя оставлять Игоря. Даже если их пути разойдутся, как напарников. А расходились они только во мнениях. Гром, как всегда, упрямил, ругался, обижал. Стальные убеждения, которые он вырабатывал ни один год, глубоко засели. Сложное, но невыполнимое дело. Дубин же, в свою очередь, проявлял небывалую стойкость, видимо не зря «Дубом» обзывали. Предлагал компромисс в опросах, в зависимости от людей: неуправляемые и бешеные для Майора Грома, а простые люди, которые что хочешь расскажут доброму Дмитрию Евгеньевичу с его неповторимой ангельской улыбкой. Одна такая особо преклонного возраста больше говорила комплименты парню, а не рассказывала что-то по делу. Также парень старался усмирять Грома в непредвиденных ситуациях и прикрывал чуть ли не собой. После такого случая Дубин не расстается с бронежилетом, а сам Майор не брезговал полицейской формой, во время операции. Правда, что показалось странным, мужчина очень дотошно проверял пули. Не только у себя или у того же Димы, но вообще у всех. Цветков, видя всю суровость на лице старшего по званию, даже не пискнул, а для него это рекорд.

***

      Весна. Такое прекрасное время для отдыха, год после поимки Разумовского, крупных дел таких, как он не было. А ту операцию по захвату парень и вовсе не считал катастрофой, все таки общение с Громом пошло ему на пользу в некотором смысле. С чувством выполненного долга справедливости уже Лейтенант ушел в небольшой отпуск. То ли Прокопенко был в надежде, что его горячо любимый сотрудник будет праздновать с размахом, но все что сделал Дубин так это позвал непосредственно Грома, потому что если бы не он, то его тут вообще не было, и Юльку, потому что если не позвали — пришла бы сама, а так нет неожиданностей, а они уже успели подзадолбать. Спокойные посиделки за чашкой чая с тортом переросла в распитие алкоголя с инициативы Пчелкиной, благо сама потащилась в три версты за ним, мужчины пытались что-то сделать, но эту упёртую даму ничто не остановит.       — Вот неугомонная, — Игорь устало выдохнул, улыбаясь, когда блогерша смылась из виду. Окна квартиры напарника были целой смотровой, даже фонарь удачно стоял, освещая парадную и пару лавочек. В ответ тихое «угу», да такое, что мужчина сначала подумал, что ему все таки ответили. Гром в свою очередь развернулся и не прогадал.       Напарник рисует, только немного нахмурил брови, ведь модель сдвинулась, а он сам спалился. Раньше Дубин смущался, извинялся, когда вне рабочее время без разрешения, вот так просто, начинал писать свой новый шедевр с участием Игоря, а после откровений с альбомом фотографий неловкость парня пропала, а ему самому ни горячо, ни холодно, даже искренне рад, что у него есть что-то, с помощью которого мог отдохнуть. Такую роскошь себе мужчина не позволял. Спокойно в участке не посидишь, все активно начали налаживать коммуникацию со знаменитым полицейским, а по улице не получается просто пройти, везде висит его рожа, будто он не знаменитость, а разыскиваемый преступник. Остаётся только отдыхать только дома на пару с шавермой, если они с Димой не работали допоздна.       — Дай подумаю, — Саркастично начал говорить мужчина, вальяжно садясь за стол. Димка же выдохнул, сейчас этот засранец опять будет доставать, — Ты рисуешь?       — А вы оказывается умеете думать?       — А вот сейчас было обидно, — Гром показушно также нахмурился , продвигаясь ближе к напарнику, тот никогда не был против, если за ним наблюдает Майор, что немного удивляло, ведь такая привилегия у него, все остальные на раз были посланы Дубиным в одно место, конечно не напрямую, но предположения о направлении были.       И вот сейчас парень вырисовывал черты лица, общая идея была понятна. Голова Игоря в три четверти. Классика для Дубина, но что-то было иначе. Чья-то рука, может его собственная, снимала излюбленную кепку, волосы или их намеков, как пара прядок, не наблюдалось, видимо они не в центре внимания. А что тогда? Спрашивать не стал, а просто наблюдал. Гром замечал, что во время сбора информации, улик, напарник зарисовывал для себя важные моменты во время расследования, будто так выявлял какую-то связь или как-то абстрагироваться и подумать.       — Мне всегда будет интересно одно, — Загадочным тоном начал говорить блондин. Звук штрихов карандаша на фоне показался своеобразной мелодией, которая больше настраивала на разговор, — Как долго ты ещё будешь себя скрывать?       — В каком смысле? Ты про Юльку что-ли? Мы просто друзья. Мы не видели себя, как партнёры для друг друга.       Мужчина стал оправдываться. Так считал он сам. Ведь долго думал, почему отношения закончились, и не начавшись, так, случайный поцелуй в порыве чувств, но не тех. Эйфории не было, бабочки в животе не порхали. Что-то их двоих останавливало от отношений, возможно это их разность в характерах, может наоборот их схожесть, а может все таки Юлю больше девушки привлекают. Доподлинно неизвестно, но обиды или тем более злости не было.       — Нет, — Вновь подал голос Димка, также не глядя, продолжал что-то рисовать, извините, писать. Гром все ещё путался в терминологии. Все же любопытство взяло верх и он снова посмотрел на бумагу. Скетч перерастал в чистый лайн, а ещё по всему листы были катышки ластика, которые ещё не успели смахнуть. Теперь сам «Игорь» смотрел на кого-то с довольно печальным взглядом, но что ещё было примечательным. Так это не тридцатипятилетний мужчина с усами и бородой, а мальчик. Штрихами сделаны тени, и по их расположению создавалась темная атмосфера, — Ты Гром, да, но не Константин.       После своих слов Дмитрий отвёл взгляд. Все таки было резко. Даже для Игоря. Тот же в свою очередь, даже не смотрел на художника. Ожидалась, по мнению Димы, иная реакция.       — Какой ты Гром? — Произнесены были слова тихо, с некоторой нежностью в голосе. Ответ — парень получил давно. И это отнюдь, не Игорь Гром, Майор полиции, спаситель от Чумного доктора и прочие титулы, а пораженный в самое сердце, одинокий мальчик, оставшийся без родителей, который не ушел в темноту, как Сергей Разумовский.       — Димка, я-       — Господа, а вот и я, — Звучный женский голос в миг переменил ситуацию. Юля гордой походкой, кое-как скидывая с себя туфли, пробежалась босыми ногами по паркету квартиры. Небольшой коридорчик отделял входную дверь и кухню, — Меня заждались?       — Да, Юлька, садись, бежала небось, — Дубин, как ни в чем не бывало, закрыл свой блокнот и встал с насиженного места, куда приземлилась Пчелкина, а парень ушел к раковине. В навесных шкафчиках в красивой упакованной коробке лежал сервиз. История появления в доме абсолютно не пьющего человека — та ещё загадка, о которой никто даже не думал. Игорь, приходил в шоке, вот так просто, на полуслове, в кратчайшие сроки сменилась атмосфера общения. Какой же Дима Дубин хитрый.

***

      Белые ночи весной ещё более красивое событие, чем ее наступление. И вот, вместо того, чтобы поспать вплоть до обеда, Дима сидел на крыше дома, дорисовывая тот рисунок. Игорёк Гром, грустный от того, что его любимую кепку снимают, а может из-за чего-то другого. Кто его знает?