Олух по соседству

Хм… все складывается даже лучше, чем я мог себе представить. Наконец-то я подпортил фейс этому самодовольному сопляку, и девчонка, которой я бредил последние дни, сама предлагает мне выбрать вариант выражения благодарности. Интересно, на какой мой ответ она рассчитывает? Если думает, что я скажу нечто типа «не за что, Леночка, мне было не сложно», то придется ее разочаровать… - Я не откажусь от того, чтобы ты осталась на ночь, - прошептал ей на ушко. Малолетка отстранилась и с некоторым испугом и неуверенностью, будто сомневаясь в том, что услышала, взглянула на меня. - Вам же… Вам не слишком понравилось со мной, - ответила она, наивно смотря на меня снизу вверх. - Ну, в этот раз мы сделаем так, чтобы понравилось больше, - улыбнулся я, убирая за ухо малявки выскользнувшую прядку светлых волос. – Причем как мне, так и тебе. Согласна? - Как хотите, - вздохнула девчонка. С одной стороны, я был доволен, что не получил отказ, зато с другой – ее настрой меня немного напрягал. Согласилась, как будто выхода у нее нет. - Может, все-таки расскажешь, что произошло между тобой и Игорем? – спросил я, желая услышать теперь другую версию событий. – Я вроде бы имею право знать. Тебе так не кажется? - Кажется, - опустила взгляд школьница. – Только можно я сначала покурить схожу? - Иди, - пожал я плечами. Кулемина прошла по коридору, открыла замок и распахнула дверь, но в подъезд так и не вышла. Стояла на пороге, не решаясь сделать шаг вперед, но и назад заходить не собиралась. - Так и будешь сквозняк по квартире пускать? – хмыкнул я, глядя на свою гостью. - Я… боюсь… - замялась девчонка, будто стыдясь своих слов. – Боюсь, вдруг он выйдет и… - Я думаю, ему сейчас не до тебя, - усмехнулся я, понимая, что в данный момент этот молокосос, скорее всего, зализывает раны у себя в квартире. Да и после того, что я ему устроил, я очень сомневался в том, что он снова захочет затевать со своей бывшей разборки. - Все равно страшно, - промолвила блондинка и, смирившись, закрыла дверь. - Хочешь, покури на балконе, - сам не зная почему, смилостивился я. – Только дверь за собой прикрой, чтобы комнату не прокурить. - Правда можно? – с надеждой посмотрела на меня Ленка, видимо, не веря в то, что я не шучу. - Иди уже, - махнул я рукой в сторону комнаты с балконом. Слабо улыбнувшись, школьница пошла в нужном направлении, и уже через несколько секунд в коридор потянулся запах дыма. Вот ведь дылда бестолковая, ничего нормально сделать не может. Даже покурить… Пока малолетка травилась никотином, я вошел в кухню и щелкнул чайником. Потом немного подумал и выключил его. На столе появились два бокала, а из бара снова была извлечена все та же недопитая бутылка. Чаек – это, конечно, дело хорошее, но я не хочу, чтобы эта девчонка сегодня была зажата. А судя по ее поведению сейчас, к моменту, когда мы дойдем до кровати, она совсем замкнется, и тогда удовольствие от сегодняшнего секса не получит ни она сама, ни я. Я же, наоборот, хотел показать ей сегодня, какие ощущения можно испытывать от близости, причем от разных ее проявлений. И на этот раз она не остановит меня своим «не надо». Малолеток спаивать, конечно, нехорошо, но в целях профилактики стеснения – изредка можно. Вернулась Лена спустя пять минут и на алкоголь, дожидающийся своих потребителей, никак не отреагировала. Когда я разлил коньяк по бокалам, блондинка взяла один из них в руку и дождалась, пока я тоже подниму свой. - За горячую ночь? – предложил я тост. - Давайте за ночь, - немного смутившись, все же согласилась школьница, и, соприкоснувшись бокалами, мы пригубили напиток. - Ты обещала рассказать о том, что с твоим носом случилось, - напомнил я. - Ну, пришла я сегодня к Игорю, - наконец, стала посвящать меня в подробности Кулемина. – До вечера все было нормально: смотрели телик, чипсы жевали. Потом он приставать стал. Я особо не сопротивлялась, все-таки после того, как мы помирились, у нас еще ничего не было. - Вот это выдержка! – усмехнулся я. - А потом я поняла, что мне неприятно, - не обратив внимания на мою фразу, поморщилась малолетка. – Он меня лапает, а я ни то что удовольствия, возбуждения банального не чувствую… Про слюни на теле вообще молчу, - передернулась девчонка. Я тоже почувствовал, как меня покоробило. Слава богу, она сразу же сходила в душ и отмылась от любовных излияний этого придурка. – Я попыталась Игорю сказать об этом, но он мои слова то ли не услышал, то ли не обратил на них внимания. Короче, когда уже дело дошло до самого секса, мне стало уже не только неприятно, но и больно. Однако и это Гуцула не остановило. Тогда уже я его с себя скинула и сказала, что нам надо расстаться, - проговорила школьница и замолчала. - А он? – подтолкнул я ее к продолжению рассказа. - Он начал выяснять причины, и я призналась ему в измене, - тяжело вздохнув, стала вспоминать недавние события Лена. – Правда, не уточнила, с кем именно. А потом сказала правду, что ни разу не получила удовольствие от близости с ним. И если в первый раз я знала, что навряд ли будет приятно, то, когда во второй этот придурок даже не прислушался к моим словам и, зная, что причиняет мне боль, продолжил то, что хотел, я это терпеть не стала, - снова сделала перерыв девчонка, приложившись к бокалу с коньяком. – Он начал что-то кричать, угрожать, а я стала одеваться, чтобы уйти. Успела надеть футболку, нижнее белье, взяла со стула джинсы, а Игорь дернул меня за волосы, чтобы я его слушала. Я, конечно же, послала его куда подальше… Тогда он принялся выталкивать меня из комнаты и орать, что я шалава, которая без разбору лезет в постель, что такие, как я, любви недостойны, - говорила Кулемина, а глаза ее невольно наполнялись слезами при воспоминании всех обидных слов и фраз, которыми ее наградил бывший возлюбленный. – А потом он толкнул меня, и я влетела в стену. Мне так страшно стало, Виктор Михайлович, - подняла на меня полный боли взгляд школьница. – Я от любого человека могла ожидать такого, только не от Игоря! Короче, подхватив джинсы, я выбежала из его квартиры, захлопнула дверь и сразу же позвонила Вам. Он, наверное, только поэтому не пошел за мной… - Не реви, - поняв, что Лена закончила свой рассказ, произнес я, видя, что слезы уже готовы вырваться из ее зеленых глаз. – Больше он тебя не тронет. Забудь этот вечер как страшный сон. Надеюсь, больше ты к нему возвращаться не собираешься? - Нет конечно, - шмыгнула носом блондинка. – Да меня не столько сам его поступок обидел, сколько его слова, - призналась малолетка и пристально заглянула в мои глаза. – Неужели он правду говорил, Виктор Михайлович? Меня правда нельзя любить? Разве я на самом деле гожусь только для того, чтобы использовать меня в постели? - Кого ты слушаешь? – нахмурился я. – Сам-то твой Игорь лучше что ли? - Он уже не мой, - поправила меня Кулемина. - Тем лучше для тебя. Нафиг тебе нужен парень, который сначала изменяет тебе, а потом тебя же обвиняет во всех смертных грехах? – попытался успокоить я девчонку. – Плюнь да разотри! Сколько у тебя таких придурков еще будет? Если на слова каждого из них так реагировать, то лучше сразу в лесбиянку переквалифицироваться, ибо через год ты станешь твердить, что все мужики козлы. - Меня девочки не привлекают, - с явным разочарованием произнесла малолетка. - Лен, я утрировал, - в который раз усмехнулся я наивности этой блондинки. – Пойдем лучше займемся более приятным делом, чем языками трепать, - предложил я перейти к тому, что наверняка поможет этой малышке забыть о проблемах, по крайней мере, на сегодняшнюю ночь, а мне доставит долгожданное удовольствие. – Обещаю, больно не сделаю. - Пойдемте, - согласилась та и поднялась со своего места. - Слушай, а тебе никому позвонить не надо? – спросил я, опасаясь, что нас в самый интересный момент прервет мелодия мобильника. – За тебя дома-то волноваться не будут, если ты ночевать не придешь? Или к Игорю тебя со спокойной душой отпускали? - Да некому за меня волноваться, - горько усмехнулась школьница. – Родители по Африкам всяким разъезжают, лекарство какое-то разрабатывают. Я их уже год как не видела. А дед у меня писатель – муз ловит днем и ночью. Наивный как ребенок: я ему говорю, что у подружки ночую, он и спокоен. - Да у тебя прям свобода и полное раздолье, - улыбнулся я. – Тебе, небось, многие ровесницы позавидовали бы. - Угу. Вы бы знали, как я им завидую, - снова понуро опустив голову, тихо промолвила Кулемина. – Лучше бы родители меня как одноклассницу одну мою до школы до сих пор за ручку водили, опасаясь, что я уроки прогуляю, лучше бы шагу лишнего не давали ступить… Только бы были рядом, - почти шепотом закончила девчонка. Стало как-то не по себе от того, насколько проникновенно она произнесла последние слова. Ни капли фальши – просто мечты малявки, которая при живых родителях чувствует себя сиротой. - Хорош грустить, - щелкнул я по носу расстроенную малолетку, пытаясь сделать тон своего голоса беззаботным. – Пойдем, поднимем друг другу настроение… и не только его, - подмигнул я ей, и Ленка смущенно улыбнулась. Вложила ладонь в мою протянутую руку, и уже через несколько секунд мы очутились в спальне…