Олух по соседству

Переговоры с малолетним придурком, запланированные на утро, пришлось отложить на неопределенное время, к моему великому сожалению. В соседнюю квартиру наконец-то вернулись старшие ее обитатели. Естественно, идти разбираться с этим сопляком в присутствии его предков мне совершенно не хотелось. И дело было не в том, что я опасался скандала, а в том, что просто не желал, чтобы о наших разборках знал кто-то посторонний. Хотя, когда я увидел Гуцуловых-старших, у меня появилась неплохая идейка того, как отомстить этому молокососу. Но ей я решил воспользоваться в том случае, если этот недомерок не согласится отстать от моей дылдочки. Однако вечера мне ждать и не пришлось. Заслышав грохот двери соседней квартиры, я подошел к глазку и с радостью заметил, что родители Игоря куда-то намылились. Стоило им сесть в лифт, я мгновенно щелкнул замком и оказался на лестничной клетке. Рука потянулась к звонку, и я стал ждать, пока сопляк соизволит меня впустить. Но, видимо, прошлый мой визит запомнился ему слишком хорошо, и парень не торопился открывать дверь. - Гуцулов, я знаю, что ты дома! – прикрикнул я, начиная злиться. – Мужик ты или кто? Открой, нам поговорить надо! - Что Вам нужно? – все же отперся олух и с недоверием взглянул на меня. - Это ты там своих дружков надоумил на то, чтобы они по всей школе распустили слухи о Ленке? – сразу же перешел к делу я. - Не знаю я ни о каких слухах, - попытался вывернуться сосед и уже начал закрывать дверь, но я ему сделать этого не дал. - Слушай, уйми своих приятелей, по-хорошему тебя прошу, - улыбнулся я, давая пацану понять, что это еще действительно цветочки. Ягодки будут в том случае, если он сейчас заупрямится. - Зацепила Вас эта подстилка, - ехидно усмехнулся Гуцулов. Я почувствовал, как меня захлестывает волна ярости, но виду не подал. Спокойно, Степнов, спокойно… Он же нарочно выводит тебя из себя. – Уже нажаловаться успела? - Ей и жаловаться не пришлось, - процедил я. – Так что, полюбовно разрешим конфликт или как? - Знаете, меня уже задолбали Ваши угрозы, - ответил придурок, лениво прислонившись к стене. – Не боитесь, что у Вас проблемы с законом будут? Нос у меня еще побаливает, угрожаете Вы мне чаще, чем, наверное, со своей ненаглядной разговариваете… - Для своих девятнадцати ты как-то подозрительно туп, - язвительно улыбнулся я. – Сам вроде должен понимать, что у меня хватит средств и связей для того, чтобы мои проблемы стали твоими. - А Вы на эту потаскуху уже готовы средства тратить? – приподнял одну бровь сосед. – Видать, у вас там все серьезно. А Вам самому-то не противно ее в постель укладывать? - Опять лезешь не в свое дело, - не терял самообладания я. – Знаешь, в твоем возрасте это заканчивается обычно печально. Но мы здесь не о тебе вроде бы разговариваем. Ну так что? Могу я считать, что ты меня понял? Или разъяснить тебе подоходчивее? - А почему Вы отказались от спора? – растянул губы в ехидной усмешке парень. – Боитесь, что эта шлюшка вновь ляжет в мою койку? Лучше, наверное, думать, что она предана Вам и лишь Вам будет хранить верность? - Не меняй тему, - самоконтроль грозил вот-вот лопнуть, и в этом случае я опасался, что мне действительно будет не отделаться от обвинения в тяжких телесных. – Ты уберешь то дерьмо, которое развел, или нет? - А если нет, то что? – продолжал кобениться пацан. - Видимо, тебе очень интересно взглянуть на обстановку реанимации, - задумчиво проговорил я. – А может, ты просто мазохист? Игорь, давай не будем доводить до абсурда, - предложил я, понимая, что еще минута разговора в подобном тоне, и меня посадят уже за убийство. – Я, конечно, понимаю, что тебе хочется повыё, но, поверь, не стоит, - покачал головой я, подкрепляя свои слова. – Мне бы не хотелось мараться о такое говно, как ты и твои дружки, но если вы не прекратите травить Кулемину, то все можете смело бронировать себе места в больничках. Ясно? - Ха, да кто Вас боится?! – попытался осмеять мои слова олух, но уже в следующее мгновение ухмылка сошла с его лица. Парниша стоял на мысочках, потому что ворот его свитера был в моих руках, приподнимающих самого молокососа вверх. - Ты боишься, - ответил я на его вопрос, заметив неподдельный испуг в карих глазах сопляка. – Еще скажи, что это не так… Сосед промолчал. Видимо, понял, что отрицать свою трусость в данном случае глупо. Я отпустил этого малолетнего придурка и, развернувшись, вышел из его квартиры. Надеюсь, что он меня понял, в ином случае… Сначала я перейду к плану «Б»: сочиню для его родителей такую историю, что одного дома его больше не то, что не оставят, а, дай бог, чтобы ключи не отобрали. А если и в этом случае этот щенок не захочет пойти на попятную, то… Об этом я пока думать не желал, ибо связываться с малолетками не очень-то хотелось. Через два дня на пороге моей квартиры уже снова стояла блондинка. Слабо улыбающаяся, но лучше уж так, чем молчаливая и подавленная. Я сам не смог скрыть довольное выражение лица, увидев ее. Привычное приветствие с официальным обращением «Виктор Михайлович», свойственное этой девчонке стеснение, некоторая скованность… На этот раз она даже согласилась сначала попить кофе. Более того принесла какие-то нехитрые пирожные к нему. За столом мы перебросились парой фраз, типа «как дела» и «что нового», хотя оба сидели как на иголках в ожидании желанной близости. На этот раз, благодаря большему количеству времени в нашем распоряжении, все было нежно и неторопливо. Я даже подивился сам себе: именно такой я представлял себе близость с девушкой, которую буду любить. Не требовательную, не сжигающую в огне страсти, а наполненную ласками и теплотой, дарящую наслаждение, вгоняющую в негу… Сладострастные стоны малолетки услаждали мой слух, ее тонкие пальчики впивались в мою кожу, когда я глубоко входил в нее и задерживался в ее лоне, стремясь прочувствовать ее всю, запомнить эти божественные ощущения. Ее юркий язычок исследовал мое тело, заставляя меня рычать от желания овладевать этой девчонкой снова и снова. - Это ведь Ваша работа, да? – лежа рядом со мной, спросила малявка, глядя в потолок. - О чем ты? – нахмурился я, пытаясь понять суть вопроса блондинки. - От меня пацаны отстали, - ответила она, повернув голову в мою сторону. – Это же Вы постарались? - С чего ты взяла? – невозмутимо ответил я. – Думаешь, у меня забот других нет? - Думаю, есть, - вздохнула Кулемина и снова стала разглядывать белый потолок. – Просто… Договаривать девчонка, по-видимому, передумала. А я и не настаивал. Если честно, мне не очень-то хотелось, чтобы она узнала, что это я приложил руку к окончанию ее травли. Уже вечером, когда мы закончили упиваться друг другом, я, взглянув на часы, предложил школьнице попить чаю или кофе. Она улыбнулась и не отказалась, правда, резко о чем-то вспомнив, быстро убежала в коридор, а затем вернулась с сумкой в руках, из которой извлекла большую кружку. - Вот. - Что это? – усмехнулся я, разглядывая предмет посуды. - Ну, Вы же как-то ворчали по поводу того, что у Вас чашка маленькая. Вот я и решила подарить Вам большую, - смущенно пробормотала школьница. - Лен, это лишнее, - попытался отказаться от подарка я, немного удивленный всей этой ситуацией. - Не лишнее, - ответила она, и в голосе ее прозвучали нотки упрямства. – Тем более, как бы Вы не отнекивались, я точно знаю, что это Вы поговорили с этими придурками. Спасибо, - улыбнулась блондинка и с благодарностью посмотрела на меня. – За меня никто никогда не заступался… - Но в наших отношениях это ничего не меняет, поняла? – перестал отпираться я, но сразу решил расставить все точки над «ё». – Не фантазируй себе ничего лишнего. - Поняла, - улыбка девчонки немного померкла, но уже в следующую секунду она снова растянула губы. – Только Вы кружку возьмите. Я же от чистого сердца… хотела отблагодарить Вас. - Не трать больше деньги, - произнес я, беря посуду в руки и чувствуя, что помимо воли мне приятна забота этой малолетки. – Все, что мне надо, я могу купить себе сам. - Хорошо, - ответила Ленка и уселась за стол в ожидании чая.