Это прекрасное ощущением власти и не только

— А знаешь… Надоело мне играть в хождения вокруг да около. С тобой вообще неинтересно, тьфу. Девушка демонстративно харкнула на пол, а Марк вернулся в прежнее состояние оцепенения и непонимания. — Знаешь же, какая я властная натура и как пренебрежительно я обычно отношусь к таким, как ты? Марк уже успел диагностировать Лене перепады настроения. — Так вот, иметь власть я просто обожаю. Трахаться, это, конечно, круто, но представь себе, какого это — иметь власть над кем-то? — Хотя откуда тебе знать, у тебя даже над своими желаниями и самим собой власти нет, а-ха-ха-ха. — Неужели ты поверил в мою наглую ложь? Господи, а-ха-ха-ха-хах, насколько же ты жалок. Мальчику, еще желавшему что-то ответить однокласснице в начале фразы, полностью разбили самооценку и уверенность в себе. По крайней мере на сегодня. Смотрящая довольными стервозными глазами девушка с силой вытерла слезинки с щеки Ничтожества. — Знаешь… Не договорив, девушка влепила ему пощечину со всего маху. Это было спонтанное желание, такое же спонтанное, как и плевок на пол. Хотя где-то в глубине души Лена все же засомневалась в своей адекватности. — П-п-прекрати… Пожалуйста… Одноклассник разревелся, а от пощечины его голова стала трещать. Половину лица пронзила боль. — Раздевайся. — Ч-что? — Раздевайся. — Сейчас же. — Н-не надо быть меня, пожалуйста. Умоляю… — А знаешь… Спустя каких-то три секунды во рту парня появился заранее подготовленный в рюкзаке кляп. Все произошло так быстро, что он даже пискнуть не успел. И больше он этого сделать и не сможет. — Если не будешь выполнять мои приказы — будет больно. Тебе никто не поможет. Ты беспомощное ничтожество. Так что раздевайся. Немедленно. Пропищать «Не смотри» у тихони не вышло. И он стал выполнять приказ, больше ему ничего не оставалось. Марк плачет. Он уверен, что сейчас она изобьет его. Ничего другого у него и в мыслях нет. Стоя в одних трусах, он стал что-то мычать. — Их тоже снимай. Пролив еще больше слез, парень медленно стянул последний предмет одежды. — Прекра-асно! Лена выглядит крайне довольной. — Как же приятно-то. Я сама сначала хотела сделать все это, но подумала, зачем, у меня же есть раб-заложник. — Господи, как это афигенно, когда мальчик выполняет мои приказы. Я прям тащусь. — Хотя дальше я все-же хочу поиграть сама. Подмигнув зареванному Марку, девушка быстро раскидала свою одежду по классу в разные стороны, оголив себя полстью, и внезапно с разбегу прыгнула прямо на парня. Они пролетели больше метра перед падением. Он послужил ей подушкой безопасности и принял весь удар себе на спину. Это было очень больно. — Ой, надеюсь я тебе хребет не сломала. Извини, погорячилась. Лена говорит, саркастично посмеиваясь. Хотя она на самом деле несколько переборщила. Ей же еще предстоит поднимать его член. Подождав секунд двадцать, пока у Марка немного стихнет боль, она продолжила: — Ладно, ты не обижайся, я тебе это все сейчас компенсирую. Вновь подмигнув, девушка поднесла свою киску к его члену и стала активно тереться ею в области стручка парня. Результат был более чем мгновенным. О таком Марк даже во сне не мечтал. Хоть его и унижают сейчас, но члену не прикажешь. Но парнишка даже думает о том, что такая плата за секс для него обоснованна. Что так даже лучше, чем если бы он сегодня просто не пошел за ней и остался в классе. Лена отстранилась на секунду, натянула презик и обуздала каменный банан. — Вот еще детей мне от тебя, придурка, не хватало. Ускоряя темп, девушка прыгает и погружается все глубже, входит во вкус. А мальчик под ней не понимает, за что ему такое счастье привалило. «Вот бы еще не было этого дурацкого кляпа», думает он, «мог бы хоть постонать». Уверенность в себе, покинувшая Марка раньше, вернулась сейчас и стала не хуже, чем у других пацанов из класса. Сбылась мечта дебила. Слюна прилетело парню на лицо. Лена все не унимается. И прыгает на члене, и царапает парня ногтями, и плюется, и просто давит морально. И все это бы могло довести мальчика до суицида, или по крайней мере заставить выглядеть жалко и униженно. Но, несмотря на все старания, Марк казался вполне довольным и даже старался помочь «доброй» однокласснице, снизошедшей до секса с ним. Лена опять наклонилась и застонала. Она почти на пике. Пытается выжать из давно кончившего члена оргазм и для себя. И в этот момент довольный одноклассник решил полапать ее за грудь. Схватил и сжал руками два больших и столь желанных шара. Лена кончила. — Ах ты ж поганец… Она навалилась на парня всем телом, заткнув ему ноздри грудью, и стала со всей силы расцарапывать его кожу. Не то чтобы он обиделся на нее за это. Хотя через полминуты все же стал пытаться глотнуть немного воздуха. Но бесполезно. Лена без больших усилий прижала руки парня к полу и задумалась. Она ведь не хотела все так запускать. Хотела обидеть его и изналисовать, а что вышло? Она надеялась, что запугает мальчика, чтобы тот ничего не рассказал, но не похоже даже, что Марк обиделся. Как же так? Но думать сейчас не хочется вообще. Лена довольна не смотря ни на что. И, по правде, она сильно волновалась перед тем, как провернуть эту схему. Все же спалиться грозит помещением в дурку. И только после закрытия двери ей стало спокойно. А после оргазма уже не хочется ничего. Она счастлива и устала как собака. Очень хочется спать…

***

По щеке прилетает сильная пощечина. — Вставай, тварь, просыпайся! Лена непонимающе открывает глаза и осмотривается, прижимает ладонь к щеке. Рядом сидят несколько учителей. Некоторые из них плачут. Голого расцарапанного Марка выносят на носилках из кабинета. Да и сама Лена тоже голая. В голову возвращаются мысли и воспоминания о недавнем «интересном» занятии. — Ч-что с ним? Учителя смотрят с ненавистью. — Ты, мразь, еще смеешь задавать такие вопросы? — Ваш ученик умер от удушения… В разговор вмешалась вернувшаяся в кабинет медсестра. — Задушила, значит, нашего мальчика эта сволочь… Лена не понимает, неужели и вправду он умер от удушения грудью, которая заткнула ему нос? Хотя больше никак он умереть и не мог. Туман из мыслей лезет в голову к убийце. Темное будущее вырисовывается перед глазами. В комнату входят сотрудники полиции. Лена много думает по дороге в участок. Считает, что лучше умереть, чем попасть в тюрьму. Наверное, и для нее этот секс стал последним.