Близкий человек

      Женя уже и забыла эту оглушительную тишину, которая сопровождает индивидуальные тренировки. Хруст льда, который был для нее роднее любой музыки. В рамках шоу у девушки редко выдавалась возможность встретиться со льдом наедине, все время кто-то репетировал рядом, а если нет, то со стороны просто слышались обрывки чужих разговоров и смеха. Сегодня их было двое. Это радовало и одновременно воскрешало в памяти так много всего и сразу, что приходилось отгораживаться от лишних мыслей. Этери не представляла, что соскучилась настолько сильно, что готова была все время, запланированное на тренировку, провести, прижимая к себе в объятиях эту маленькую хрупкую девочку. Они пересекались на общих мероприятиях, реже разговаривали, переписывались время от времени, но все это было не тем… Там, в прошлом у них было все, а теперь у этой смешной девчушки с двумя косичками своя яркая насыщенная жизнь. Она так гордилась тем, что у Жени получилось. Пережить горечь поражения и боль от невозможности больше соревноваться. Вместо этого девушка плотно занялась развитием едва ли не в каждой сфере, откуда поступали предложения, и в большинстве преуспела. Впрочем, упорства и целеустремленности Жене всегда было не занимать. Вот и теперь, зашнуровав коньки и резво ступив на лед, она оттолкнулась, улыбаясь. – Здесь так спокойно. Я уже и забыла, что так бывает. – Ты не часто заходишь в гости. – Прозвучало с сожалением. – А вы приглашайте, Этери Георгиевна, и я обещаю подумать. – Улыбнулась Женя, оборачиваясь, и покатилась в самый центр катка. Приятное тепло разливалось по телу вперемешку с невинным чувством ребенка, который в предвкушении чего-то интересного торопит время. Женя любила новые программы, а если уж ей всецело выпадало внимание тренера, она чувствовала себя немного особенной. Только это работало лишь рядом с Этери. За годы карьеры никто так и не приблизился к тому уровню тепла, который Женя испытывала рядом с женщиной. Будто стоило только Жене сделать первый шаг на лед, время поворачивалось вспять, заставляя хотя бы на короткое время забыть о том, сколько всего пришлось пережить за последние пять лет.       Музыку Женя выбрала сама. Но никому не дала ее даже послушать, мотивируя тем, что не хочет испортить эффект. И вот сейчас медленная мелодия полилась над катком, проникая в самые дальние уголки души. Этери вздрогнула, в носу предательски защипало, а в горле образовался ком. Она была о любви. О людях, чья связь может быть куда крепче, чем узы брака и годы, прожитые бок о бок. – Как вам? – по привычке Женя иногда интересовалась мнением Этери, когда дело касалось музыки для выступлений, даже если сама женщина к их созданию не имела никакого отношения. Она подъехала ближе, глядя в лицо тренера. – Умеешь ты Женечка задеть за живое. – Честно призналась женщина, часто моргая и смахивая выступающие слезы. – Училась у лучшей, Этери Георгиевна. – Покажи, что ты уже успела к этой музыке придумать и как ты себя видишь. Я поставлю все с самого начала, а ты прокатай то, что у тебя есть. Дальше будем отталкиваться от этого. – Этери всегда умела собираться за считанные минуты, напоминая, что они здесь собрались, чтобы работать, а не тонуть в прошлом. – Договорились. – Женя вновь устремилась в центр катка, замирая в начальной позе. Музыка напоминала течение реки, тихое и легкое, что убаюкивало боль и смягчало соль затянувшихся ран. Ласковое прикосновение ветра и теплые лучи солнца, заставляющего прикрывать глаза от ослепительного света… Нежность подобранных слов, в которых, словно в зеркале, каждый мог бы узнать и себя настоящего. – Почему ты выбрала эту музыку? – когда Женя закончила прокат с последними аккордами музыки, Этери первой нарушила образовавшуюся тишину. Женя никогда не умела просто. Даже музыка и та заставляла выворачивать себя порой наизнанку, открывая и душу, и сердце. Она всегда работала на износ и выдавала эмоции на максимум, возможно еще и поэтому влюбляла в себя всех. – Потому что она о любви. – Девушка улыбнулась, смахивая упавшие на лицо волосы. От рассеянного света прожектора казалось, что она сама пронизана той самой хрупкой, но прочной нежностью, что сочится из каждой клеточки. – А еще? – настаивала женщина. – А еще о том, чему не суждено сбыться. Она и о нас, но я вижу, что вы и сами это чувствуете. – Этери кивнула с улыбкой. – Хочешь отдохнуть и продолжим? – Я выпью воды и вернемся к работе. – Пока Женя переводила дух у бортика, Этери выстраивала в голове цельную картинку из образов и движений, которые ложились на музыку. Любовь – все эти три минуты будут пронизаны самым прекрасным чувством, которое порой способно ранить гораздо глубже, чем можно себе представить. Поэтому когда музыка зазвучала надо льдом в третий раз, женщина уже знала, какой будет эта программа и что Женя вложит в нее всю себя.

Я за тобой в мыслях безумца. Утром с тобой вместе проснуться,

Этери обнимает Женю со спины, накрывая ее скрещенные руки своими, направляя и негромко объясняя, что нужно сделать. Вот Женя склоняет голову к плечу, изображает пробуждение, обнимает себя и расцепляет руки, открываясь новому дню. Оборачивается то вправо, то влево, кружась на одном месте, и сжимает ладонями голову, пытаясь утихомирить безумные мысли.

Чтоб хлопья снов в окна без штор И, чтоб любовь прервала разговор Мой случайный близкий человек...

Стремительно срывается с места, словно ветер, над которым никто не властен. Расправляет руки в стороны и катится по льду, ощущая себя полной до краев чувством любви. Движения рук плавные, нежные, как взмах крыльев птицы. Женя отклоняется назад, словно готова упасть в этот водоворот собственных чувств. Это восхитительно, когда рядом есть человек, который всегда умел и слышать, и понимать, даже если в какой-то момент две дороги разошлись.

Как - то любя, чьи-то губы утром тебя разбудят Я не с тобой, невольно… Я не с тобой… Как больно...

Женя касается ладонью губ, словно стараясь запомнить первый поцелуй, и летит по льду дальше, раскручивая канву воспоминаний о том, как женские губы касались виска или щеки. Этери всегда знала, когда нужна, чтобы успокоить и подбодрить. Вот и сейчас она стоит где-то привычно в тени, и Женя знает, что ее глаза неотрывно следят за каждым ее движением и поворотом. Несмотря на других девочек, которым принадлежит внимание женщины на соревнованиях, здесь и сейчас они друг для друга, и больше ничего.

Не удержать, не разорваться, Не убежать и не остаться

Женька бежит по льду, падает на колени, тянет тонкие пальцы к невидимой руке в попытке ухватиться за них, но тщетно. Сжимает руками полы кофты и словно пытается их разорвать, разводя в стороны. Сколько бы ты не бежал от себя, между людьми, которые друг друга любили и любят, навсегда останется общее прошлое. И то, хорошее, что ты возьмешь из него с собой.

Солью морской на ладони Помни меня, помни… Мой случайный близкий человек…

Женя вглядывается в раскрытую ладонь, чувствуя вкус соли на языке. Горько, больно, но надо двигаться дальше. Она сдувает с ладони эту соль прошлого и крутится в замысловатых позах, создавая неповторимую красоту на льду.

Как-то любя, чьи-то губы утром тебя разбудят Я не с тобой, невольно… Я не с тобой… Ты не со мной… как больно…

Тоненькие руки взлетают наверх, губы целуют ладонь и Женя закрывается руками. А в самом конце оглядывается назад, прикладывая ладонь к сердцу с последними звуками музыки. Здесь больнее всего. Сердце бешено бухает в груди от скорости, дыхание сбито, но девушка чувствует себя счастливой. – Ну как? – Ты умница, Женечка. – Девушка слышит в хриплом голосе дрожь и подъезжает к Этери ближе. Щеки женщины чуть блестят от слез, и Женя касается их губами, мимолетно, как раньше, но этого достаточно, чтобы ощутить на своих губах соль и раскрыть для Этери объятия. – Я соскучилась! – почти шепчет Женька и улыбается. – Я тоже. – Этери крепче сжимает ее в кольце своих рук.       Они никогда не были друг другу случайными, но близость, которая зародилась в прошлом, прошла вместе с ними через все испытания и недопонимание, чтобы остаться навсегда.