Гордость и влюблённость

— Эмир Сергеевич, а почему вы решили быть преподавателем? — донёсся тонкий голосок одной из девиц на первых партах, что постоянно строили глазки филологу. На таких учителей западают не только парни-бисексуалы, как оказалось. — Когда-то я работал бариста в кофейне, и был один постоянный гость, который говорил о кофе в среднем роде и всегда заказывал эКспрессо, — специально коверкая слово, подражал тому клиенту Эмир — тогда я очень пожалел, что при себе у меня не оказалось диплома где было бы написано «Филолог», чтобы ткнуть им ему в лицо. — с улыбкой рассказывал тот. — А если серьёзно, то как и многих из вас, меня заставили родители. Но хочу сказать, что долго я здесь не продержусь, к большому сожалению. — после его слов по аудитории тут же пронеслись возмущения, вздохи недовольства и «Пожалуйста, Эмир Сергеевич, не бросайте нас!» от той же девушки. — Ребят, я понимаю что вам не хочется расставаться, но давайте честно: вы сами-то после этого университета куда пойдёте? Мне здесь делать нечего, уж простите. Я если и выбирал быть филологом, то не для преподавания. — Но у Вас же так хорошо получается. — обиженно сказала девушка, на что её подруги все вместе стали поддакивать. — Хорошо, не хорошо, но вы сами понимаете, какие у нас зарплаты. Нет, это моё окончательное решение. — Ну может Вы ещё поду… — Мы больше не будем обсуждать это, — девушку строго перебили — возвращаемся к теме.       Рустам всё это время лежал на парте и смотрел в окно на падающий снег. Середина декабря уже наступила, а это значит, что и сессия не за горами. Она пройдёт в две последние недели декабря, и следующие две недели после Нового года студенты будут свободны.

***

— Это правда? — Рустам полюбил оставаться у Эмира после пар. Иногда он помогал с бумажками, иногда просто сидел с ним. Даже в тишине им было комфортно. — Что именно? — Про переезд. — Да, наверное. У тебя разве никогда такого не было? — Не знаю. Я с самого детства хотел уехать отсюда, желательно далеко и навсегда. Но… Я даже не знаю что сказать. Просто… — Ты ещё не готов. — продолжил за него Эмир, поглаживая его по плечу. — Да, наверное. — повторил он за ним.

***

      Сессия сильно подкосила их обоих, особенно Рустама. У него развилась бессонница, и последние три дня сдачи он спал в коридорах, пока ждал своей очереди. Один раз даже чуть не отрубился перед комиссией, пока читал билет. Это быстро дошло и до Эмира.       И в последний день экзаменов он нашёл его снова спящим и ожидающим своей участи в коридоре. — Руст, ты как себя чувствуешь? Ты спал сегодня вообще? — он слегка потряс его за плечи, беспокойно заглядывая в глаза. — Я не смог. Но очень хочу. — Так, твоя очередь когда? — Ещё не скоро, мы по списку идём, и до «С» минимум шесть человек. — Хорошо. Сиди здесь и повторяй, я возьму тебе кофе. — и он тут же скрылся за поворотом.       Рустам пытался сфокусироваться на конспекте, честно пытался. Но тут ещё и Лёха подошёл, что всё это время сидел недалеко и с заткнутыми ушами зубрил ответы. — Выучил. — гордо поделился он. — Насколько хорошо выучил? — потирая глаза спросил Рустам. — До троечки дотяну, а больше мне и не надо. — он расслабленно облокотился о стену. — Слышал бы тебя Нурлан сейчас — к ним подошёл Эмир со стаканчиком кофе. — Ой, здрасьте, Эмир Сергеич. А что, Нурлан Алибекович… Там? — Да, Щербаков, к твоему несчастью Нурлан сегодня сидит с комиссией. У вас экзамен по истории, конечно он как преподаватель будет там. — Ну я думал прокатит, Вас же не было… — А учителя-филолога у нас два, Щербаков, вот меня и не позвали, что хорошо. На, пей. — в конце он обратился к Рустаму. — Нормально так, то есть Нурлан Алибекович для меня так же бы сделал? — Лёша слегка ухмыльнулся, намекая, что он вообще-то всё знает. — Щербаков, ты договоришься. Просто кто-то не умеет вовремя ложиться спать, вот и всё. — Придётся Вам его этому научить. — намёк повторился. — Ой, хватит с меня. — в шутку сказал Эмир, и махнув рукой, удалился. И было непонятно: понял он, про что говорил Лёша, или нет. — Слушай, а он знает, что я знаю, ну… Про вас. — последнее Лёша сказал шёпотом, но повернув голову, заметил что Рустам уснул уже со стаканчиком кофе в руках.

***

      Рустам сдал на твёрдую четвёрку, и не сказать что она стоила потраченных сил. На это ему уже было плевать, и поэтому в новогоднюю ночь они с Лехой закупились в излюбленном «Красном и Белом», пьяные звонили Эмиру с Нурланом и все следующие три дня просто спали, в перерывах выпивая по две таблетки от похмелья.       А спустя неделю им уже наскучило просто лежать и ничего не делать. Ну, они ещё курили, выпуская дым в открытое настежь окно, но запускать холод в помещение веселья не добавляло. — Бля, Эмир только завтра приедет. — А он уезжал? — как-то безразлично отозвался Лёха, лёжа на полу. — Ну типа да, он с семьёй отмечал. — Так ты завтра к нему свалишь? — до него ещё не дошло, что если Рустам упоминает филолога, значит надо слушать, а не просто пропускать мимо ушей. — Я чё зря в книжный ездил и книгу ему выбирал, по-твоему.

***

      Лёшу его троечка устраивала, только вот он не знал, что ему грозит отчисление. — У вашего Щербакова прогулов немерено, неуспеваемость, по правилам мы вообще не должны были допускать его к экзаменам. — Тогда почему допустили, раз нельзя? — Сабуров пришёл разбираться. До него дошли слухи, что Щербакова хотят отчислить. — А Вы вообще зачем пришли? Бороться за обучение этого бездаря? — женщина из администрации, имя которой Нурлан даже не знал, начинала напрягать. — Под мою ответственность. Я прослежу за его успеваемостью. Он же сдал экзамены, значит ещё имеет право учиться. — А знаете, раз вы этого Щербакова так выгораживаете, будете деканом их факультета. Им как раз такого и не хватает, «под мою ответственность». Я поговорю с Советом.

***

      Уже как два дня Рустам умотал к своему филологу. Лёха от скуки чуть ли не в потолок плевал, а потом вспомнил один прекрасный способ развлечься. Он потянулся к телефону. Щербаков Лёша Нурлан Алибекович. Здравствуйте. И почему так официально? Где всякие подъёбы, шутки, да даже восклицательные знаки? Он решил, что случай серьёзный. И чтобы ничего не переделывать, он отложил телефон в сторону, ложась на кровать и откидывая руки в разные стороны. Долго ждать не пришлось. Нурик Историк Давай просто Нурлан. И можем на «ты». Но только за пределами университета. Щербаков Лёша Понял. Нурлан, нам нужно поговорить. Нурик Историк Честно признаться, хотел предложить то же самое. Нам с тобой нужно серьёзно поговорить. Щербаков Лёша О чём же?) Нурик Историк Не беспокойся, Лёш, это по поводу твоей успеваемости. Щербаков Лёша Может, лучше не надо? Я всё на троечку сдал, мне хватает. Нурик Историк Да ты со своей троечкой! Лёш, ты меня понял. В понедельник встретимся в универе. Щербаков Лёша Забились Нурик Историк Да. Конечно. Именно так. «Забились» Щербаков Лёша А что не так-то? Нурик Историк Ладно, не важно. Забудь Щербаков Лёша Ну, до понедельника тогда) Нурик Историк Давай, до понедельника) И почему-то эта ответная скобочка в конце ужасно смутила Щербакова, от чего он глупо заулыбался и убрал телефон в сторону.