Гордость и влюблённость

      Конечно, первое время Лёша всё спрашивал: — Нур, тебе они тоже ничего не писали? Я не понимаю, это совсем не похоже на Рустама. — Лёш, я же тебе говорил: последний раз Эмир написал мне, что они садятся в поезд. И что возможно, они долгое время будут без связи. — Целый месяц?! Месяц без связи, Нурлан! — Лёш, успокойся. Никто в этом не виноват. Это полностью их решение. — В рот ебал я такое решение — он хлопнул дверью, выбегая из квартиры. Да, очень по-взрослому.       По обыкновению пошёл на остановку, закурил. Постоял немного, а потом плюнул на это дело и пошёл пешком. Он шагал минут сорок, постоянно сверяясь с геолокацией в телефоне. Рустам лишь однажды скинул ему расположение квартиры Эмира. Какой-то спальный район со сплошными новостройками.       Пришёл на место. Вроде бы угадал с подъездом, но вот незадача: четырёхзначного кода он не знал. Рустам так и не удостоился сообщить ему такую важную сейчас информацию. Минуты с две простоял под козырьком, не зная, что делать. А потом услышал спасательный писк и тяжёлая дверь открылась, выпуская на улицу какую-то женщину. Щербаков быстро проскользнул в подъезд.       Зашёл в повидавший жизнь лифт, тыкнул на кнопку восьмого этажа. Почему-то нужную цифру он чётко запомнил. Так же запомнил необходимую квартиру. Будто эти знания всегда были. Сидели где-то в голове, ждали своего часа.       Щербаков без раздумий нажал на звонок. В первые секунды никто не побежал открывать. Либо в квартире никого нет, либо не слышат. А вдруг они никуда не уезжали? Вдруг у них случилось что-то серьёзное, и им пришлось так сказать? Может, они всё это время отсиживались там? Лёше моментами казалось, что он видел знакомый силуэт на улице. В капюшоне и с очень похожим рюкзаком. Видел и второй силуэт, что до ужаса напоминал проходящую по университетским коридорам преподавательскую фигуру. Но всё это были лишь тени. Их тени. — Молодой человек, вы что творите?! Я сейчас полицию вызову, прекратите звонить! — дверь резко распахнулась, чуть не заезжая по уже сломанному носу. Не хватало повторного перелома.       Лёша и сам не заметил, как зажал дверной звонок, уходя в свои мысли. Из квартиры на него недовольно смотрела женщина. — А где Эмир Сергеевич? — глупо спросил он, пытаясь посмотреть ей за плечо. — Я сказала, уходите отсюда, пока полицию не вызвала! — дверь гулко захлопнулась прямо перед носом, обдавая лицо лёгким порывом ветра. Они и правда уехали.

***

      С того дня прошло два месяца. Целых два месяца молчания. Первую неделю Лёша всё мучился, вспоминая о Рустаме по ночам: он привычно хотел поделиться с тем только что прочитанным анекдотом или новым мемом, но Саидахмедова не было рядом. Лёша по привычке покупал по две банки энергетика, лишь на кассе вспоминая, что взял лишний. Он до сих пор носил тот резиновый браслетик на правом запястье, но верить перестал. Щербаков потерял всякую надежду и стал забывать. Давно уже забыл об общажной комнате и переехал жить к Нурлану. Забыл про автобусную остановку и вечно переполненный транспорт, привыкнув к легко узнаваемой из тысячи чёрной машине, наизусть выучив её номер. В его голове исчезли все тёплые воспоминания прежних филологических пар, и нынешние занятия он предпочитал проводить в бесконечных дискуссиях с преподавателем, явно страдавшим старческим маразмом. Он препирался с ним на потеху всем остальным. А сейчас и вовсе посещал его занятия два раза в неделю.

***

      Его голова была забита предстоящей летней сессией, усердной подготовкой к ней и Нурланом. После того, как Сабуров забрал Лёшу к себе, их отношения достигли, казалось, точки невозврата. Они больше не были друг другу друзьями. Они стали товарищами, приятелями, компаньонами, любовниками. Полноценными партнёрами. Щербаков буквально воспринимал Нурлана как продолжение себя самого. За всё время он настолько изучил его, что мог бы наверняка найти его из сотни, тысячи, миллионов других людей. Даже без всех пяти основных органов чувств. Он нашёл бы его шестым чувством.       У них не было страсти. Между ними было что-то гораздо сильнее. Высшее проявление всех чувств. Существеннее привязанности, влюблённости и симпатии. Это было что-то неземное. Потому они могли по сто раз на дню говорить что-то вроде банального «я люблю тебя», и лишь ночью шептать друг другу что-то важнее, значительнее, как «ты мне дорог», «я волнуюсь за тебя», «я всегда буду с тобой».

***

— Ты вообще к экзаменам готовишься? — Нурлан зашёл в комнату к Лёше проверить, как идёт его подготовка. — Конечно. — ответил он, лёжа на кровати. — Что-то я не вижу активной мозговой деятельности. — он прищурился, хитро ухмыльнулся и в два шага оказался у кровати, седлая Щербакова и начиная его щекотать. — Нур, хватит! Нурлан! — он беспомощно отбивался от него, всячески изворачиваясь под ним и пытаясь скинуть соперника с себя. — Бля, Нурик, Нурлан!!! — Лёша почти свалился с кровати, повиснув на самом её краю. Сабуров успел схватить его рукой поперёк груди и вернуть обратно, на матрас. — Чё ты творишь. — Лёша смеялся в поцелуй, весело улыбаясь и запуская руки Нурлану под футболку. — Сначала — экзамены. Сиди и учи. Я пойду готовить ужин. — он чмокнул его в губы, отпуская из своих рук и уходя на кухню, закрывая за собой дверь.       Лёша поднялся с кровати, тяжело вздохнул и с грустью сел за стол, открывая учебник и конспекты. Оставленный на кровати телефон звонко пиликнул и Щербаков потянулся за ним, на автомате открывая пришедшее сообщение. Бегло пробежался глазами, и только потом понял, что прочитал. С недоумением посмотрел в стену. Стал перечитывать ещё, раз за разом. Стало понятно, что это было не первое, и, возможно, не самое последнее сообщение. До Лёши настойчиво пытались дописаться. «Пусть только это опять не отправится. Я уже всё испробовал, ты бы знал, сколько тут сообщений с красным восклицательным знаком в кружочке. У нас тут всё вроде образовалось, и связь даже появилась (я надеюсь что появилась). Лёх, как сам? Как ты там вообще? Учитывая приближающуюся сессию, наверняка хуёво. У меня то же самое, братан. Я держусь как могу. Вот, вспомнил и опять написал тебе. Первый раз за сегодняшний день. Если блядский интернет не подключится, напишу ещё раз.»