Болячка

Дом Кримов. Из гостиной доносятся мучительные стоны и изредка звучат всхлипывания больной змеи. На разложенном диване валяется больная ламия, а вокруг него бегает встревоженный парень, что только недавно узнал, что больной Август Крим это та ещё заноза в заднице. — Август, прекрати выть! Я пытаюсь найти жаропонижающие таблетки в этом бардаке, от твоего нытья тебе легче не станет, только голова разболится — кричит Кей с кухни, перебирая все полки в поисках хотя бы ромашкового чая или чего-то успокаивающего. Чайник засвистел, от чего в ответ из гостиной раздался болезненный вой смешанный с рычанием. Заварив какие-то травы, найденные в своих не разобранных вещах, кажется, это был чай, он вышел обратно к Августу. — Что это? — хриплый голос раздался из-под трех слоёв одеяла. — Чай. Я его еле нашёл, — самодовольно произнёс Колемн — вылезай из-под одеяла, Август. Комок на диване закопошился и выглянула когтистая чешуйчатая рука, а за ней показались и яркие изумрудные глаза со зрачками полосочками. Полностью выпутавшись из одеяла он зашипел, показывая язык. — Холодно.- подрагивая бормочет Крим. — Я же все окна и двери закрыл, сквозняка быть не должно. — Колемн проверяя оборачивается к окнам, чтобы удостовериться в точности своих слов, — Август, привстань пожалуйста, я тебе температуру померяю. В ответ только бурчание и крехтящий подъем на локтях. Август смотрит грозно, тяжело дыша, но получив в руку горячую чашку тут же успокаивается, прижимает чашку к щеке. Вздымающаяся грудь парня завораживала, что Кей даже и не заметил, как змей опустошил кружку. — Ещё. — заполнил тишину своим хриплым голосом Крим. — А?! Ты уже всё выдул?! Это был последний пакетик мне нечего тебе больше дать. — Колемн чуть потянул Августа за плечи поближе к себе, взял с диванного столика градусник и впихнул его в оголённую область между рукой и грудью парня, — знаешь, если тебе так холодно, то может хоть футболку на кинешь? Голос звучал с претензией, но ответ был всё такой же спокойный. — Не могу. Чешуя цепляется. «Ну конечно, как я мог забыть» Колемн закатил глаза. — Может тебе хвост укрыть? — Всё равно холодно. — он опять весь затрясся. — ляжь со мной, ты теплый. Не дождавшись ответа, предплечье обхватили холодные грубые руки парня и дёрнули на себя. На лице, что оказалось прямо у груди парня, осталось пару царапин от чешуи, ноги обвили теплый змеиный хвост, а руки больного, на голову повсей видимости, замком сцепились на затылке Кея. Тот стал брыкаться, в попытках выбраться, но по итогу сдался, пробурчав пару проклятий в сторону уже спящего Августа.