Несыгранная соната

      Звуки пианино не смолкали уже несколько часов. Мелодия была очень уж грустная и печальная. Клавиши издавали жалобный плач, как только её длинные изящные пальцы едва касались их. Комната была залита сумрачным светом. Горло крепким бурбоном. Душа - скребущей и раздирающей болью. - Лилит, хватит уже. Ты играешь, не переставая, каждый день. Сколько ты уже не ешь? Отпусти их... Прошу тебя, умоляю, отпусти! - Рядом с, выигрывающей своё горе в игре на пианино, девушкой на коленях стоит, склонив свою голову ей на ноги, молодой бледный Винсент. Его руки беспомощно трясутся, глаза невыспанные и уставшие, как и он сам, а голос предательски дрожит. Он не спит и не ест столько же, сколько и несчастная Лилит. Ведь он клялся ей тогда, у алтаря, с рукой на сердце разделить с ней счастье и печаль, здравие и недуг. Жизнь и смерть.       С одной стороны, время проносится мгновенно, а с другой - бесконечно тянется вместе с таким же бесконечным потоком назойливых мыслей. Но Лилит не чувствует этого. Она отдаётся игре, отдаётся воспоминаниям, чему-то далёкому. Чему-то уже невозвратимому. И от этого сердце пронзает новой болью. На глазах вот-вот выступят слёзы. Но Лилит не плачет, нет. Она всё также сосредоточено продолжает играть "Лунную Сонату" Бетховена, не обращая никакого внимания на содрогающееся тело, что лежит подле неё. Лицо девушки выглядит мёртвым, неестественным в отблесках лунного света. Её спина, в тугом обтягивающем корсете, вытянута, как по струнке. Пальцы быстро перебегают с клавиши на клавишу. Подбородок вздёрнут, глаза плотно закрыты. Весь мир сейчас не существует для неё, а она не принадлежит ему. Да и вряд ли когда-либо принадлежала. —       Май. Тёплый, солнечный. На улице во всю поют пташки, на кухне повара занимаются завтраком для своих господ, а в саду благоговейная тишина. Маленькая Лилит сидит на самодельных качелях и, слегка покачиваясь на них, читает сказку.       Мама каждый вечер читала ей эту, уже потрепанную временем, книжку перед сном и девочка сладко засыпала, видя волшебные сны. А теперь Лилит уже было 7 лет и она была способна прочитать любимую сказку сама, без чьей-либо помощи. Пускай она уже знала всю историю наизусть, пусть изучила каждую картинку в книге, перелистала каждую страницу. И что? От этого история не переставала быть волшебной для девочки. Ведь её мама так волшебно рассказывала её, наполняя каждое слово магией. Вкладывая всю любовь к малышке Лилит через строчки книги, трепетно поглаживая во время чтения свою девочку по головке. А в конце, когда Лилит наконец засыпала, легонько касалась своими нежными губами её лба и тихо шептала: "Спи крепко и спокойно, моя дорогая Лилит. Да приснится тебе сон, в котором ты не познаешь бед. Пусть когда-нибудь твои грёзы станут реальностью".       Вот и сейчас девчушка весело болтала своей ножкой в крохотном башмачке. На её бледную фарфоровую кожу падали лучи весеннего солнца. Ещё слегка сонные глазки с длинными ресничками щурились, пытаясь прочитать отрывок о подвиге смелой принцессы. Маленький аккуратный пальчик водил по строчке, чтобы не потерять её. Девочка была сосредоточена и полностью поглощена зачитанной до дыр книжкой словно в первый раз. - Лилит! Вот ты где, я уж обыскался тебя. - В сад входит высокий статный мужчина с тёплой улыбкой. Такой же тёплой, как и этот день. - Папа! - Лилит спрыгивает с качелей и радостно бежит в объятия к отцу.       Он подхватывает малышку и кружится с ней, щекоча её, и слушая как она громко заливается своим детским искренним смехом. Так они и хохочут вместе, прижимаясь друг к другу. - Что это ты тут делала? - Мужчина осторожно забирает из ручек Лилит рукопись с яркой обложкой. - Не надоело тебе её ещё читать? - C улыбкой смотрит как Лилит отрицательно кивает.       Откуда-то из дома слышится знакомый мелодичный голос. Матушка зовёт всех к столу для завтрака. - Так, цветочек, наша госпожа зазывает нас уже. Ну-ка, руки мыть и сразу за стол! Не будем её злить. А то она уххх какая в гневе у нас. - Отец спустил малышку вниз, помогая ей расправить подол её пышного платьица. С любовью щёлкнул её по носику и подмигну. - Ну что, моя принцесса, пошли к нашей королеве, в наше маленькое царство?       Лилит, не переставая хихикать, чмокает любимого отца в щёку и, держа его за руку, идёт с ним в сторону столовой, где их с любовью в глазах встретит любящая жена и заботливая мама.       Книга, которая еще совсем недавно была в руках девочки, одиноко осталась лежать на траве в саду. Видимо, её хозяйка забыла подобрать её, увлеченная играми с отцом.       В небе медленно сгущались тучи, скрывая за собой солнечный свет. —       Это была первая горькая потеря в жизни Лилит. Как же сильно она плакала в тот день, когда книга, забытая в саду, вся промокла и испортилась. Картинки потекли, текст невозможно было прочитать, а самое главное - такой книги больше нигде не было.       Эта сказка досталась ей от мамы, а маме, в свою очередь, от своей мамы, бабушки Лилит. Графиня Элизабет любила писать детские рассказы и эта история была написана для её дочки. Об этой книге не знал никто, кроме самой графини и её мамы. Это была их собственная маленькая сказка, которой они жили и мечтали. А когда на свет появилась малышка Лилит, то книга передалась по наследству ей от уже покойной бабушки Элизабет. Единственное, что осталось от неё.       Именно в тот момент Лилит поняла, что мир - не сказка. Он жесток, несправедлив и холоден к людям. Он причиняет боль. Даёт тебе причины для счастья, кусочек чего-то доброго и светлого, а потом забирает и погружает тебя в непроглядную тьму. Ты в ней тонешь, тонешь... пока не опустишься на самое дно и не захлебнёшься собственной горечью.       Крышка пианино тихо закрылась. Голова Винсента медленно поднялась и он устало взглянул на свою возлюбленную.       Её глаза смотрели в никуда. Руки смиренно лежали на коленях. В комнате стало невыносимо тихо. Отсутствие звуков душило и сдавливало глотку. Тяжёлая атмосфера давила на голову. Казалось, будто и без того небольшая комната уменьшалась в размерах ещё больше. Сейчас вот-вот раздавит двух находящихся внутри неё. - Молю тебя, - шепчет молодой человек, - пошли в покои, Лилит. Тебе нужно отдохнуть. Ты истощена.       Девушка лишь вновь прикрывает тяжелые веки. Тело не выдерживает. Душа просится наружу. Голова тяжелеет. Винсент лишь успевает подскочить, чтобы поймать хрупкое тело, медленно падающее вниз. - Ох, моя любимая Лилит, что же с нами будет…       Он бережно берет её на руки, крепко прижав к своей широкой груди, и несёт её в другой конец поместья. Рядом с их с Лилит комнатой стоит дворецкий, дожидаясь пока девушка закончит свою рвущую плоть и душу сонату, и молодой господин принесёт её уже бессознательное тело. Мужчина делает лёгкий поклон и открывает массивную дверь, впуская их внутрь.       Посередине комнаты постель в бледно-голубых тонах. Рядом, на тумбе, догорает свеча. Шторы плотно занавешены, не позволяя ни единому лучу света просочиться и озарить светом царящий мрак.       Тело девушки плавно опускается на шёлковую простыню. Она едва чувствует как чьи-то холодные руки скользят по её спине, спешно распутывая неподатливую шнуровку корсета. Запястья её безжизненно лежат на подушке. - Винсент?.. - Голос, слабый, еле слышный, звучит сухо. Изнемождённо. - Лилит, тише, я сейчас помогу тебе снять платье и ты отоспишься. Потерпи чуть-чуть, пожалуйста.       Юноша отходит к шкафу, чтобы принести для неё свежую ночнушку. Лилит измученно поворачивает голову в сторону зеркала. Отражение её ужасает. Перед ней её собственные застылые глаза, потерявшие прежний изумрудно-зеленый цвет и всякий блеск. Её волосы заплетены в небрежную косу, щёки сильно впали, она до ужаса бела и худа.       Но ещё больше её потряс вид её избранника. Белая льняная рубашка плотно прилегала к так сильно исхудавшему Винсенту. Вся рельефность его тела исчезла. Его до этого прямые широкие плечи сейчас были сжаты, а сам он сгорблен. Тело слегка дрожало. Голова низко опущена. А сам он двигался тяжко, грузно. Его движения были неповоротливыми и заторможенными. Властный до недавних пор голос и хорошо поставленная речь превратились в бессвязные отрывки предложений, тихое невнятное бормотание.       Лишь былая нежность и трепет в его словах выдавали в этом незнакомце давнего друга по сердцу и заботливого мужа Лилит. Но она превратила его в пустую оболочку, сломанную любимую игрушку, которую ребёнок порою ненароком портит. Как та забытая книга, Лилит точно не хотела потерять её навсегда. Но тем не менее. Она это сделала. Собственноручно.       Сердце начинает щемить с новой силой. Понимание того, что Лилит губит всех вокруг, приносит новые сожаления. Из опухших красных глаз катятся слёзы. - Лилит, моя прекрасная лилия, прошу тебя, не плачь. Я не выдержу твоих слез. - Винсент мгновенно оказывается рядом и мягко смахивает их своими большими пальцами.       И что же с выражением его лица? Оно тоже полно сожалений. Он сожалеет, что не способен помочь той, которой так искренне клялся в любви. Чьё сердце так добивался. Как усердно просил благословения её родителей и доказывал свою решимость.       Тот, который случайно услышал Шопена в её исполнении и влюбился, как мальчишка, в изящность и тонкость характера Лилит. И тот, который теперь слышать не может даже скрежет у педали пианино. Звуки, которые издавал этот инструмент, стали в один миг ему ненавистны. Но он готов был вытерпеть их, если того требовала душа Лилит. И пускай сейчас в мелодиях её игры не расслышишь ничего, кроме тоски, он собирался разделить эту тоску вместе с ней. Потому что без остатка любит каждую крупицу этого грациозного тельца и мягкосердечность её натуры. Лилит стала его проводником и светлым путём, с которого он никак не хотел сбиваться. - Винсент, душа моя, взгляни на меня. - Слова Лилит тихие, молодой господин буквально читает по её губам. - Мне жаль, что я принесла столько боли и перемен в твою душу. Ты не должен страдать вместе со мной. - Ох, мой ангел, мой свет, моя дорогая Лилит, мне суждено разделить с тобой всё на свете. Чтобы это не было - мы разделим это вместе, вдвоём. Ты и я. - Винсент со всей нежностью прижимается своей щекой к хрупкой ладони девушки.       Комната пропитана состраданием. Каждый из них жалеет друг друга и винит в этом себя. - Пойми же, я больше никогда не смогу сделать тебя счастливым. Я умерла. Я мертва внутри. Меня не радует отныне ни свет солнечный, ни еда диковинная, ни море волнующееся. Мне больше не интересны спектакли в театрах, новая коллекция шляпок, разговоры светские. У меня даже больше нет сил разучивать новые ноты. Я не играю так гениально, как раньше. И никогда уже так не сыграю. Я начала забывать как звучит "Аве Мария" Шуберта, а первая часть сюиты номер 1 «Пер Гюнт» больше не выходит у меня так чувственно, как раньше! - Еле различимый до этого шёпот начал срываться на крик. Из глаз Лилит, не переставая, текли слёзы. Её трясло.       Из глаз Винсента тоже потекли два мокрых солёных ручейка. Больше никто не мог выдержать раздирающего мучения. Винсент - вид своей горячо любимой Лилит, а Лилит потерю дорогих родителей. —       Несколько месяцев назад они погибли, когда отправились в соседнюю страну через море. Хотели навестить дальних родственников, да заодно привезти подарков для новоиспечённых мужа и жены. Винсента и Лилит. Писали письма, рассказывали, что скоро вернутся назад, а потом пропали. А в день, когда должны были приплыть, их корабль не явился в порт. На следующий день тоже. Ни весточки, ни письма, ничего о них не было известно.       А через два дня обнаружили их затонувшее судно. Оказалось, что они попали в шторм. Не справившись с управлением, их утянуло в морскую бездну. От корабля остались лишь обломки и сундуки с обещанными подарками. Среди них были новые нотные тетради, что Лилит так ждала.       Любовь к пианино привила ей матушка. Как же было прекрасно её исполнение Моцарта. А произведение Людвига ван Бетховена "К Элизе" оставило на девочке неизгладимое впечатление. И она решила пойти по стопам мамы, начав усердно разучивать ноты и ночами напролёт оттачивать свою игру.       Сначала пальцы её не слушались. Она не поспевала за ритмом, а мелодия не казалась такой чудесной, как у мамы. Но вскоре Лилит научилась чувствовать музыку. Руки сами стали двигаться в нужном направлении, пальцы вытанцовывали замысловатый танец на музыкальных клавишах. Нога уверенно нажимала в нужных моментах на педаль. А разум девочки свободно отдавался искусству. Так в юной Лилит и открыли этот талант. Родители гордились своей малышкой, друзья и родственники восхищались игрой маленького гения, а не состоявшиеся в этом направлении люди завидовали ей. Лилит породила в себе любовь к этому делу и не переставала совершенствоваться в нем ни дня. Каждый день из её комнаты лилась отрада для ушей. По комнате были разбросаны листы с новыми произведениями. Под окнами собирались толпы слушателей.       В один из таких дней, среди заслушавшихся зевак, она и встретила своего принца из детской сказки - трогательного Винсента. И тут же поняла, что влюбилась в него, легко и безвозвратно.       Родители с уважением приняли выбор дочери и вскоре молодые сыграли свадьбу. Однако не успев насладиться супружеской жизнью, наступили смутные времена. Бедная Лилит умирала внутри из-за смерти родителей. Винсент умирал вслед за ней. —       В комнате повисла мёртвая тишина. Она накаляла и без того напряжённый момент ещё сильнее. Каждый боялся причинить другому своими словами ещё большую боль. Первой прервать эту пытку решилась Лилит. - Отпусти меня.       Сердце Винсента замерло на мгновение. - Что? О чем ты, Лилит?.. - Ты знаешь. Понимаешь о чем я. Мне не в радость больше такая жизнь. Это же даже жизнью не назовёшь. Жалкое существование. - Лилит слегка прикоснулась к тёмным кучерявым волосам Винсента. - Я не могу вынести этого ада. Мой смысл утерян без них, Винсент.       Слёзы с новой силой хлынули из глаз девушки. - И я не могу оставаться здесь спокойно, зная какую боль причиняю тебе своим состоянием. Поэтому прошу тебя, как твоя супруга, позволь мне. Дай свое разрешение.       Лилит привстала в постели и прижалась своим лбом ко лбу любимого. Её светлые прядки упали ему на лицо. Он всё также не убирал её ладони от своего лица. Глаза у обоих были на мокром месте. - Я молю тебя, мой Винсент. Пусти же меня. Я не вынесу этого более... - Шёпот, но в тоже время крик о помощи. Лилит смотрит ему прямо в глаза. - Моя прекрасная лилия, да кто я такой, чтобы заставлять страдать тебя? Я готов умереть за тебя. Я готов умереть с тобой. Ты была послана мне Богом, я точно знаю это. Твоё желание - моё желание. И если ты решила так для себя, значит ты решила так и для меня.       Этот разговор отпечатался в душе обоих навсегда. Мрак комнаты, тишина момента, стук сердец в унисон, и души, сплетённые единой нитью. Одной, но прочнее её вы не сыщете на свете. Лилит смогла заполнить его пустоту, дав свежий глоток воздуха и показав до того блеклый мир в новых красках. Винсент - разделить с ней облегчающую смерть.       Молодой господин легонько накрыл пухлые мягкие губы Лилит своими. Девушка ответила взаимностью, медленно прикрывая глаза. Его широкая горячая ладонь легла прямо промеж лопаток девушки, обжигая нежностью касания. Вторая рука медленно тянулась ниже. Лилит откинула голову назад. Её руки плотно сжались на волосах Винсента. Он же едва ощутимо целовал ключицы, оставляя за собой лёгкое дыхание на её теле, посылая импульсы и создавая тысячи мурашек. Чувственно, порывно, но как трепетно. Ни один не пытался оттолкнуть второго. Лилит и Винсент понимали, что в последний раз могут насладиться друг другом. Подарить всю свою любовь, показать чувства, ненасытность. Нежелание отпускать и тем не менее вместе преданно идти до самого конца. Их совместной кончины.        Нет ни смущения, ни счёта времени. Есть только они вдвоём. Есть это удушающее состояние. И несдерживаемое желание. Сожаления, печаль, боль, утрата, горечь - всё должно отойти на второй план. Это всё вернётся ещё завтра, с новой удвоенной силой. А сейчас есть только пара часов до рассвета и появления первых лучей солнца, пытающихся проникнуть в покои сквозь портьеру. И погрузившись в необходимое ощущение близости и сплетения исхудавших тел, они полностью отдаются этому чувству. ---       В 5 утра солнце кажется особенно ярким. Оно неспешно просыпается и озаряет своим тёплым светом всё вокруг. Ласкает лица людей, прогревает замёрзшую за ночь землю, даёт понять, что наступил новый день. А вместе с ним либо новые хлопоты, либо старые заботы.       Винсент и Лилит гордо стояли, взявшись за руки, ласкаемые первыми лучами и смотрели далеко за горизонт. Перед ними пропасть, внизу - шумящее беспокойное море. Прохладный воздух обдаёт свежестью. На них легкое одеяние, а вот души их обнажены. Мысли непорочны, а дальнейшие действия непростительный грех.       Но разве этот мир наделён особым смыслом? Разве он сам по себе не абсурден до истеричного смеха? Для одного одна правда, для другого же это преступление. Так почему мы должны играть по правилам этого мира?       Правил нет, верно. Мы сами себя ограничиваем плоскостью своего мышления. Стоит открыть глаза пошире и ты тут же увидишь того, чего раньше никогда не замечал. Но людей устраивает тот минимум, который они наблюдает изо дня в день. Дай слепому зрение на один день и он расскажет тебе намного больше, чем зрячий. И рассказ его будет интереснее и насыщеннее. Он захватит всё твое внимание и глаз уже будет не оторвать от его активной жестикуляции, взволнованной речи и живых горящих глаз.       Да, это то, ради чего стоит жить. Ради блеска в глазах и душе. Но если эта искорка однажды потухнет, будет сложно заново разжечь огонь и страсть к жизни.       Именно так и оказались Винсент и Лилит на обрыве. Их души больше не пылали, а глаза померкли. Но их сердца всё ещё бились. Бились друг друга ради. Бились до последнего вздоха. А на последнем выдохе вместе остановились. —       Молодые господин с госпожой пропали в ночи. Их видели вечером одного дня, но не обнаружили по наступлению следующего. Исчезли и ничего не оставили после себя. Будто стерли любое напоминание о себе и своём существовании. Прислуга долго суетилась в поисках своих господ, но всё без толку. Ждали их возвращения, да только и это смысла было лишено.       Со временем поместье все покинули. Оно не нуждалось в поварах и горничных, покуда там не было хозяев. Мебель покрылась толстым слоем пыли, в комнатах стоял затхлый воздух. Оставшиеся продукты в кладовых подъели грызуны. А чудесный сад зарос так, что войти в него было невозможным. Только изредка в эти края заезжал одинокий старый мужчина, некогда носивший своё гордое звание дворецкого. Обхаживал дом по периметру, заглядывал в окна, храня надежду, что законные владельцы поместья наконец вернулись. Но дом пустовал и ничто даже не намекало на следы присутствия людей в нем. Томно вздыхая, пожилой человек уезжал обратно в город.       А у скал, что возле обрыва, зацепившись за них, на поверхности воды, лишь слегка покачиваясь от набегающих волн, колыхались две белые ночнушки. Море, забравшее смысл жизни Лилит и без остатка любящего Винсента, даровало им вечное воссоединение и долгожданный покой, усмирив страдающие души и впитав в себя безмерную боль. —       Песнь на воде напоминала отклики недоигранной "Лунной Сонаты" Лилит. Однако теперь она приобрела совсем другие нотки. Мелодия озарилась новыми порожденными чувствами и теперь в ней не было места для печальной партии, так отчаянно сыграной гением Лилит.