белая роза.

В потоке танцующих пар кружилась голова. Последние события откровенно выбили Мими из колеи. Отчаяние окатило волной и некоторое время девушка словно находилась в прострации. Взгляд сфокусировался на чём-то впереди, рецепторы вновь заработали, позволяя чувствовать.. незнакомые руки, холодные ладони, направляющие в танце.. Воспоминания десятиминутной давности нахлынули, оставляя в душе новые шрамы. “Что касается Мими.. её мы отдадим Кристоферу”..“Её никто не спрашивал”... теперь у неё был хозяин и не было права голоса. Мерзость. Отчаяние сменилось злостью. Мими злилась. Злилась на себя за свою слабость, злилась на Чуму, злилась на танцующих с улыбками влюблённых, пары которых по счастливой случайности одобрила виновница «торжества», и в особенности злилась на Кристофера. Этот парень забрал её свободу. Демоницу раздражал холодный металл, сковывающий шею, напоминающий о том, что теперь она лишь игрушка в чужих руках. И хотя девушка не привыкла убегать от проблем, сейчас она чувствовала себя особенно паршиво, а потому, резко убрав руки от метиса, развернулась и хотела было уйти, но не успела. Одной ладонью она была схвачена за руку, а другой прижата к телу полудемона. — Ты не можешь делать всё, что тебе вздумается. Мими подняла серые глаза и с вызовом взглянула. Она не позволит собой помыкать. — Я могу. И спрашивать тебя не собираюсь. Острые ногти впились в мужское плечо словно когти хищницы в жертву. Из-за разницы в росте опущенный на секунду горящий взгляд демоницы был прикован к шее оппонента. Она, наверное, расцарапала бы её тоже, если бы не ощутила, как парень медленно отстраняется от неё, давая волю действиям. — Будь по твоему. Только если Чума узнает о твоём неповиновении и потребует тебя наказать, пеняй на себя. — Пошёл ты. Разъярённая демоница, последний раз встретившись взглядом с голубыми глазами, резко развернулась и ушла. Она напоминала ему белую розу. Такой привлекательной натуре неизменно сопутствовали острые шипы. Но одно Кристофер знал наверняка: к любому цветку нужен свой подход. И под конец того вечера он пообещал себе, что обязательно найдёт особый для своей розы.