Отраженный блеск

Невысокий человек в длинном седом парике появился на маленькой картине, висевшей в дальнем углу кабинета, негромко кашлянул и сухо сообщил в пространство: — Премьер-министр маглов требует срочной встречи с министром магии. Мне известно, что вы упразднили эту должность, но может быть, хоть кто-нибудь откликнется? А то этот главный магл уже второй час тычет в мой портрет пультом от телевизора! — Чем-чем? — рассеяно спросил Люпин. — Не отвлекайтесь на пустяки, коллеги, — поморщился Билл Уизли. — Пульт — это такой примитивный магловский аналог нашей волшебной палочки, который они применяют для своих устройств и механизмов. Давайте лучше решать, что мы будем делать в сложившейся ситуации. — Мне нужны доклады групп Ликвидаторов. Кто-нибудь знает об их судьбе? — Известно только, что они отправились в Косой переулок и не вернулись оттуда. — Сколько магов попало в полицию? — Больше сотни. Всех их отправили в магловские больницы, где им вроде как оказывают помощь от отравления. — В какие больницы? — В основном в госпиталь Сент-Томас. Но есть сведения, что несколько пострадавших отвезли к военным медикам, — мрачно сообщил Снейп. — Как об этом узнали, если у нас почти нет достоверной информации о Косом переулке? — недоуменно вскинулся Долохов. — Молодые Уизли приспособили одну из своих конструкций и следят за новостями маглов в эфире… Слегка зеленоватый после своих приключений Малфой с недоумением спросил: — Погодите! Как от отравления? Они что, отравлены? — Вроде того. Их считают жертвами отравления химическими веществами, которые вызывают нарушения психики, потерю памяти и массовые галлюцинации. В новостях все чаще слышны термины «химическое оружие» и «терроризм». — Час от часу не легче! Я правильно понимаю: маглы думают, что это их люди развлекались на каком-то неразрешенном мероприятии и стали жертвами атаки этих, как их там, террористов? — В общем, да. Многие радиостанции назвали это мероприятие новогодним карнавалом. А то, что мероприятие, якобы, было неразрешенным, списали на бестолковость городских властей, которые вовремя не предупредили местную полицию. Район бара «Дырявый котел» оцеплен, поэтому слишком большой утечки информации еще нет. Но она неминуемо произойдет, если мы быстро не подправим память всем маглам, участвовавшим в этих событиях и не заберем всех наших из больниц и госпиталей. Люпин помахал рукой, показывая, что все понял. — Это понятно. А что птицы? — Кружат, — коротко ответил Снейп. — Это тоже беспокоит маглов, и они строят предположения о причинах такого невиданного явления. Мы не можем выйти на поверхность. Птицы сразу собираются в стаю, как будто чуют нас на расстоянии. Возможно, к ночи они усядутся на ночлег, и тогда у нас появится шанс. Дневные птицы обычно ничего не видят ночью. — Что это за твари, Невыразимцы определили? — К сожалению — нет. Ремус пружинисто вскочил. — Встретиться с министром маглов просто необходимо, — он обернулся к портрету, — предупредите его о моем визите. Человек в парике на картине согласно кивнул головой и ушел с холста.

***

Премьер-министр привычно вздрогнул, когда в камине полыхнуло зеленое пламя, и осыпанный пеплом незнакомый волшебник шагнул в кабинет. — Э-э-э-э… я ожидал увидеть мистера Фаджа, — сухо сказал он, разглядывая прибывшего. Временный глава Эй-Пи предвидел подобную реакцию, и его ответ прозвучал подчеркнуто-спокойно: — Корнелиус Фадж трагически погиб полгода назад. Меня зовут Ремус Люпин. Я временно исполняю обязанности министра. — Вот как, — пробормотал премьер-министр и сразу накинулся на своего магического коллегу. — Кто объяснит мне, что творится в Лондоне? Мне обещали, что ваш мир не будет докучать нашему. И вдруг в самом центре Лондона появляется какая-то новая улица, набитая странными людьми! Мало того! Этих людей облепили какие-то хищные птицы, которые не боятся ничего на свете. Как это понимать? — Мы пока сами не понимаем, что происходит, — честно признался Люпин. — Но надо же что-то делать! Почему ваши люди не ушли? Почему ведут себя, как безумные? Почему вы ничего не предпринимаете? Что я должен объяснять своим избирателям? Что неизвестно откуда в стране появилась целая куча странных людей без паспортов, без гражданства, одетых в средневековые наряды? — Я рад, что вы понимаете необходимость срочного восстановления Статута Секретности. Я прибыл сюда, чтобы решить именно этот вопрос. Мы готовы забрать всех своих… э-э-э-э, граждан. Но только ночью. — Почему? — Птицы… — Люпин остановился, не зная, что говорить дальше. Полная откровенность могла быть опасной. — Вот как? — премьер-министр трусцой подбежал к столу и заглянул в какую-то бумажку. — Эти странные птицы — козни этого вашего Вольдюморта? — Мы не называем его имени, — механически ответил Ремус, лихорадочно соображая. Версию причастности Темного Лорда они даже не рассматривали. Никогда прежний Воландеморт не стал бы впутывать в магическую войну маглов. Но то — прежний. А вот нынешний, возможно, совсем другого мнения по этому вопросу. Если, конечно, Снейп прав и это вообще Том Реддл. А если это Дамблдор? Или старик Фламель? Да мало ли что придет в голову этим властолюбцам? В любом случае помощь премьер-министра маглов сейчас нужна, как никогда. — Сэр! — начал Люпин твердо. — Мы заинтересованы в том, чтобы замять это дело как можно скорее. Но, учитывая некоторые моменты, нам необходима ваша помощь. — Говорите! — Мы готовы ночью забрать всех наших людей, а магл… вашим людям стереть воспоминания об этом неприятном событии. — Что? Стереть память? Великий боже! Олдбудсмены меня сотрут в порошок! Вы понимаете, о чем говорите? Миллионы людей во всем мире уже знают об этом. Радио и телевидение надрываются весь день. Скоро выйдут вечерние обзоры со всеми подробностями этого происшествия. Вы, собственно, кому собираетесь стирать память? Миллионам британцев? И я должен разрешить это? Никогда! — Нет, нет. Только непосредственным очевидцам. Полицейским, врачам, ну и тем репортерам, которые успели побывать в Косом переулке. — Какой в этом смысл? Репортеры отсняли тысячи фото и многие часы видеозаписей. Все это уже разошлось по редакциям и студиям. Наша собственная служба МИ-6 засыпала полицию запросами и наводнила весь Лондон агентами. Вся огромная машина государственной безопасности уже запущена на полный ход. И с этим ничего нельзя поделать. — А как же быть? — Заберите своих людей, уберите этих чертовых птиц и исчезните сами. И по возможности — навсегда! И тогда, возможно, мне удастся замять дело, хотя потерь не избежать… — Вы о чем? — испуганно воскликнул Люпин — Я о выборах, черт бы вас всех побрал! — рявкнул премьер-министр, окончательно побагровев лицом.

***

Шесть патрулей Эй-Пи во главе с Долоховым скрытно пробрались через парк Арчбишопс к боковому входу госпиталя Сент-Томас. Этот вариант передвижения предложила Тонкс, и Антонин был вынужден признать, что более удобного подхода просто не существует. Аппарировали прямо туда — под раскидистые платаны с пятнистыми стволами и голыми по зимнему времени кронами. Из-под деревьев — перебежками между кустарников, избегая дорожки и обходя стороной поляны с яркими фонарями. Наконец, остался последний рывок через улицу до здания госпиталя. Уже виднелась стеклянная дверь приемного покоя и силуэт охранника за ней. — Мы на месте, — прошептала Тонкс в Сквозное зеркало. — Храни вас Мерлин! Начинайте! — Дора, мы пошли. Прикрывайте. Три патруля рванулись вперед. Пока все шло очень хорошо. Магия слушалась, а натренированные бойцы действовали быстро и слаженно. Ворвались в приемную, усыпили всех маглов и прихватили с собой одну из медсестер в качестве провожатой. — Боксы с восьмого по двадцать седьмой. Быстро! Закипела работа. На обитателей каждого бокса выделили по порт-ключу в виде обруча. Бледные, но радостные лица магов-обывателей. Видно, что страшно им тут было. «Всем схватиться за обруч!» Порт-ключ на старт! Рывок! Спасаемые маги и армейцы гурьбой повалились на пол. На ровный и блестящий пол, пахнущий стерильной мертвечиной! — Командир! Порт-ключ не сработал! Еще попытка! Опять ничего не получилось. Долохов облился холодным потом. Вот опять началась непонятная чертовщина. — Возвращаемся назад через приемный покой! Быстро! Сквозь ватную тишину Заглушающих чар начал доноситься какой-то невнятный шум. Почему? Кто разрешил их снять? Или они сами снялись? Миновав последний лестничный пролет, они ворвались обратно в Приемный покой, в котором оказалось внезапно очень шумно. Стеклянные двери и витрины были разбиты вдребезги. Каленые квадратики стекляшек разлетелись по всему полу и опасно скользили под ногами. Долохов первым выскочил наружу, чтобы понять происходящее. Платан, под которым он оставил Тонкс с тремя десятками армейцев, был срублен под корень. Кусты вокруг превратились в месиво. Маги стояли на коленях или лежали, судорожно сжав виски руками. Лишь Нимфадора и еще несколько бойцов из последних сил поддерживали над всем отрядом купол защиты, который на глазах проседал и сжимался под напором птичьей массы. — Не атаковать! Держать Щит! — Протего!!! — выдохнуло три десятки глоток и новые лучи вдохнули силу в слабеющий щит. Он окреп и уверенно отжал тучу стервятников на несколько десятков футов вверх. Тонкс со стоном опустила руку с палочкой, потирая плечо. Нечеловеческое напряжение последних минут свело все мышцы болезненной судорогой. — Великий Мерлин! Как же вы вовремя, Антонин. А я все ждала сигнала, что вы отправили порт-ключи. — Не работают порт-ключи! Скорее собирайте людей и все в больницу, здесь нам и минуты не выстоять! — заорал Долохов. Опытный боец сразу увидел, какая магическая нагрузка упала на его бойцов. Щит, атакуемый магическим вороньем, буквально высасывал силы из магов и снова сжимался. А шум крыльев и щелканье клювов наверху становились все громче: видимо, на запах магии прибывало все больше и больше этих исчадий. Сначала Антонин приказал выгнать во внутренний коридор больницы всех пострадавших в Косой аллее. Потом они подобрали с брусчатки тех бойцов, которые уже были неспособны обороняться. Затем шаг за шагом все начали отступать внутрь Приемного покоя. Щит из купола превратился в плоскость, закрывающую разбитые окна и двери. Прибывшие по сигналу тревоги полицейские увидели лишь огромную тучу пегого воронья, штурмующего окна и двери Приемного покоя госпиталя. Их попробовали отпугнуть звуками сирен и дымовыми шашками. Безрезультатно. Налетевшие неизвестно откуда репортеры остервенело щелкали затворами своих фотокамер. Сверкание вспышек слилось в одно непрерывное дрожащее сияние. Бойцы теряли сознание и падали прямо под ноги товарищам. Долохов понял, что до полного поражения остались считанные секунды. — Уходим в коридор! — заорал он из последних сил. Острая боль в висках мутила сознание. Казалось, череп сейчас взорвется. Кое-как они вывалились в коридор, чудом не впустив за собой стервятников. Удары клювами и крыльями градом обрушились на пластиковые двери. Долго они не выдержат. Ситуация становилась критической. Кто-то дернул Антонина за брючину. Он посмотрел вниз. Из-под решетки пандуса сверкали маленькие злобные глаза гоблина. — В подвал! Быстрее! Иначе пропадете, волшебнички! Обернувшись, Долохов увидел ведущую вниз лестницу и отдал команду спускаться по ней. С грохотом ссыпались в подвальный этаж. Оставшихся на ногах бойцов еле хватало на то, чтобы тащить тех, кто уже был без сознания. Где-то рядом за стеной взревели невидимые моторы. Тяжелая плита, которая раньше была частью стены, медленно поднялась вверх, превращая лестницу в потолок. Глухо чмокнули уплотнители. Шум моторов смолк и ватная тишина разлилась в подвальном отсеке. Все напряженно вслушивались. Ничего. И боль в висках утихла. Не до конца, правда, но терпеть можно. — Эй! Союзники! Куда дальше? — Долохов настороженно озирался по сторонам. Носатый гоблин вылез из-за боковой панели кислородной станции. Он осмотрел измотанных магов, презрительно покачал головой и махнул рукой в сторону темного прохода. — Туда! Туда идите. Там вас встретят. И уполз обратно в кислородную станцию.

***

Когда премьер-министру Британии доложили о происшествии в госпитале, он немедленно приказал начать операцию по разгону хищных птиц над Лондоном. В шесть утра вертолеты британских Королевских ВВС и авиетки службы береговой охраны появились над мегаполисом и, цепью барражируя над домами, погнали всю пернатую живность на северо-запад от столицы. Впрочем, стаи странных воронов и не пытались сопротивляться огромным винтокрылым машинам. Они покорно отступили и растворились над парками и лесами пригородов Лондона. Покружив для порядка несколько часов, летательные аппараты маглов убрались на свои базы. Ошарашенный последними событиями город гудел от домыслов газетчиков и противоречивых рассказов очевидцев. Впрочем, странные люди в маскарадных костюмах за ночь куда-то исчезли — все до одного. Вход в странный паб, ведущий на какие-то диковинные улицы, был наглухо замурован и охранялся полицией. Десяток запросов в палату общин поддержали интригу еще пару дней, а потом все потихоньку стало затягиваться легкой дымкой забвения. Внешний мир отнесся к сообщениям с Британских островов и вовсе с известной долей скептицизма. Какие только чудеса не происходят в Старом свете на Рождество и Новый год. Если всему верить — рехнуться можно. Скорее всего, это была обычная рекламная акция местных турагентств, заманивающих туристов чудесами старой доброй Англии. В немалой степени подобным настроениям способствовали мероприятия секретных служб страны. Они активно вели свое собственное расследование, но не желали широкой огласки странных событий, которые, судя по всему, только начинались…