Отраженный блеск

Гарольд как буря ворвался в Караульную башню. — Они ушли! Быстро за дело! Переводим всех на территорию храма. Тут проще поставить щит, если что. Подготовиться к выступлению! Все погрузить и ждать сигнала. Подготовить места на повозках для тех, кто не может идти сам. Гермиона, ты здесь остаешься за старшую. Только не швыряйся тяжелыми заклятиями по каждому поводу. Девушка с вызовом посмотрела на Гарольда. Странно, но такой она ему даже нравилась. — Луна, раненых и больных поручаю тебе. Бери каких хочешь помощников, и всех пациентов уложи в одном помещении, чтобы в случае чего можно было быстро забрать. — Хорошо. Шаннах мне поможет. Правда? Послушница с готовностью кивнула. — Гарри! Да отклейся ты, наконец, от нее! Тебе я поручаю возглавить охрану храма. Не раскисай! Отбери десятка два человек и расставь дозоры, где только получится. Договорись с ними о том, как они будут подавать сигналы. Ну что я тебя простым вещам должен учить… Гарри с трудом оторвал взгляд от бледного лица Айрин, которая все еще была без сознания, и согласно кивнул. Гермиона с презрением посмотрела на своего бывшего парня, дернула плечом и вышла из башни. Все пришло в движение. Гарольд уже собирался выйти, но еще раз внимательно окинул взглядом помещение и нахмурился. — А где Добби? Где мой эльф? Добби! Знакомого хлопка не последовало. Волосы зашевелились на голове у Поттера. — Добби! — крикнул он еще раз. Домовик не откликнулся. Самое плохое было очень страшно предположить. Но какая причина, кроме смерти или смертельного ранения, могла помешать эльфу откликнуться на зов хозяина? Гарольду на мгновение стало нехорошо. За время совместного путешествия он очень привязался к домовику… Но еще пропажа Добби ставила возможность возвращения назад через подземелье эльфов под большой вопрос. А другой дороги домой Гарольд просто не знал. Проклятая Шамира! Неужели домовик попал в руки красных жриц? Но за каким хреном он им нужен? Или они просто убили его походя, как магического уродца? А ведь могли запросто. У них и к обычным-то людям кошмарная ксенофобия, а что уж говорить о магических расах? — Драко! Ты со мной! Быстро! Они вдвоем выскочили на площадь. Там уже вовсю кипела работа. По команде Поттера мужчины тащили из тюрьмы деревянные настилы, балки и просто обломки. Четыре огромных костра накидывали до высоты шесть-восемь футов. Внутри четырехугольника образованного ими, стояли инферналы с погашенными оболочками. Все со страхом косились на них и старались не приближаться. — Инсендио! Гарольд поджег костры. Пламя быстро охватило сухое дерево. Страшные слуги палочки некроманта почувствовали тепло и сразу оживились. Они прильнули к жарким языкам пламени и протянули вперед руки, как это делают люди, греясь у костра. Оболочки засветились оранжевым: подзарядка огненных монстров началась. Гарольд удовлетворенно кивнул и засвистел, вызывая своего аргамака. Тот сразу примчался в сопровождении лошадки Шаннах. Драко побледнел. — Только не это! Можно я за тобой пешком побегу? — Ага, может ты еще как жаба запрыгаешь? Не валяй дурака! Раз дело дошло до красных жриц, то я не могу доверять магии на сто процентов. Поэтому нам нужны кони на случай, если придется быстро отступить. Садись давай! Хорошая лошадь. Одна из лучших, что я здесь видел. — А где второй аргамак? Я бы лучше на нем поехал, — не сдавался Драко, отбиваясь от животины, которая уже пыталась ухватить его губами за волосы. — Да не знаю я! — взбеленился Поттер. — Пропал вместе с Добби! Тебя, может, Круциатосом подогнать? Драко, стиснув зубы, забрался на лошадь, которая тут же игриво под ним заплясала, выгибая шею и пытаясь сцапать его за ногу. Блондин, чтобы не свалиться, вцепился в лошадиную гриву обеими руками и простонал сквозь зубы: — Уж лучше Круцио, чем эта зловредная скотина! — Вперед! — скомандовал Гарольд и направил своего скакуна к главным воротам города.

***

— Сэр Реддл! Над городом появился странный свет. — Пожар? — Нет, сэр. Не хотите взглянуть? Командующий вышел из шатра и ему быстро подкатили высокую площадку для наблюдений. Оказавшись наверху, Реддл, не глядя, протянул руку. Следовавший за ним начальник охранной сотни быстро вложил в нее сложенную подзорную трубу. Поморщившись от того, что приходится пользоваться каким-то древним магловским изобретением, невесть как сюда попавшим, Воландеморт приник к окуляру. Настроив резкость, он некоторое время рассматривал зависший над городом источник света. Затем, не проронив ни слова, вернулся в свой шатер. Сотник неотступно следовал за ним. Вошли. Реддл показал на тело советника, все еще валявшееся на песке. — Распорядись убрать отсюда эту падаль и где-нибудь закопать. Приказ исполнился мгновенно. И даже кинжал, излеченный из тела, оказался вытерт от крови и положен на стол. М-да. Этого молодого командира он обрабатывал особенно тщательно и, судя по всему, труды не пропали даром. А что еще остается делать магу, лишенному палочки? Легилименция, окклюменция, алеоменция и крохи беспалочковой магии. Но и с их помощью можно кое-чего добиться. — Какие будут распоряжения? — Я жду одного мага. Он называет себя Директором. Как появится — ведите ко мне. — Будет исполнено! Полог шатра закрылся. Воландеморт остался один. Потянулись минуты ожидания. Еще дважды его беспокоили командиры полков, которым не терпелось ринуться в драку. Реддл терпеливо запрещал самодеятельность, но обещал послать их в битву первыми. Наконец снаружи кто-то кашлянул знакомым старческим тенорком. — Пропустить! — крикнул Воландеморт и уставился на прибывшего холодным взглядом. Это был Директор. Он, сволочь, улыбался. С собой старик принес какой-то длинный тонкий предмет в матерчатом чехле. Воландеморт поморщился, как от зубной боли. Опять какое-нибудь Самоколющее копье или какая-нибудь Самотыкающая пика вместо простой и такой необходимой сейчас волшебной палочки? Трусливая осторожность этого старого хмыря уже перешла все границы! Мало ему Клятвы жизни и Непреложного обета, который пришлось принести. Все равно не верит он своему пленнику. И, в общем-то, правильно делает. Конечно, не сразу, но способ обойти клятвы и обеты обязательно бы нашелся. — Ну, милорд, что у нас тут? — бодро спросил старик и присел к столу в кресло, которое появилось под его сухим задом в самое последнее мгновение. Сотник в дверях негромко ахнул. — Брысь! — добродушно прикрикнул на него Директор и повернулся к Воландеморту. Желваки вспухли на скулах командующего. Он сунул руку в карман и швырнул на стол какой-то предмет размером с монету. — Это что такое? — присмотрелся ночной гость. — О! Пробка от бутылки со Сливочным пивом? Откуда это у вас? — Вы хотели спросить, откуда это вообще здесь взялось? Не так ли? Если вы, конечно, не таскаетесь в магическую Британию за пивом и леденцами. — Так, — лицо Директора помрачнело, — это серьезно. Что-то еще? — Вон там, — Реддл небрежно показал в сторону города, — висит мощнейший Люмос Максима и, видимо, освещает что-то интересное. Вы, как я понимаю, затеяли в обход меня какую-то игру? Мы так не договаривались… Рука Воландеморта, как бы невзначай, легла на рукоятку кинжала. Директор побледнел. Ситуация была крайне опасной. Их разделяет слишком маленькое расстояние, чтобы защититься магией от удара клинком. — Прекратите психовать! — нервно вскричал старик. — Я не творил колдовство в этом городе. Но у меня есть одно предположение. Правда, если оно подтвердится, то это может несколько нарушить наши планы. — Ваши планы, любезнейший… — Не цепляйтесь к словам и оставьте нож в покое. Тоже мне — ассасин! Реддл взял кинжал, подержал его несколько мгновений, с удовольствием наблюдая, как Директор бледнеет, и бросил на стол, а сам откинулся на спинку кресла. — Слушаю. — Я думаю, что вы ошиблись. Судя по всему, Шамира активировала свою последнюю силу для защиты. Это разновидность чистой магии, и она может иметь очень высокоэнергетические проявления. Свет, буря, шторм, гром, молния — все что хотите. Так что свет может быть просто попутным эффектом. — А пробка? — Где вы ее нашли? — Недалеко от города. На холмах. — Не забывайте, что сюда пригнали не одну сотню пленников, захваченных в Лондоне по вашему же приказу. Там было полно и магов, и маглов. Карманы же им не обыскивали. В них могло быть все что угодно. Презервативы вам не попадались? — Что? — Ничего! Фигура речи. — Ну, допустим. Есть еще какие-то предположения? Директор помолчал, раздумывая. Было видно, что ему не очень хочется говорить. — Это может быть Северус Снейп. Я оставил его в подземелье эльфов и был уверен, что он не выберется. Но когда я проверял Арку, то не обнаружил его тела. И самое главное… Арка исчезла. — Прелестно. Он мог попасть в этот мир? — Мог. — Насколько я помню, он достаточно сильный волшебник? — В общем, да. Но у него не было палочки. — Это может быть его рук дело? — палец Реддла вновь уставился в сторону города. — Может. Если он сумел воспользоваться каким-то неизвестным мне артефактом. — Вот за эту новость вам от меня отдельная и искренняя благодарность! — язвительно прошипел Реддл. — Тогда мне просто необходима волшебная палочка. — Палочку вы не получите, но и безоружным не останетесь. Директор расчехлил свою ношу. В его руках сверкнула металлическим блеском эльфийская пика. Фиолетовый кристалл на ее конце угрожающе пульсировал светом.

***

Уже светало. Ровная зеленоватая полоса медленно росла на горизонте. Освещая себе дорогу магическим факелом, Гарольд и Драко быстро доскакали до главных ворот. Здесь им путь преградили ровные ряды армии Шамиры. Тройная цепь пеших воительниц перегораживала улицу по всей ширине. — А может, бог с ними? — тихо спросил блондин, сползая то на одну, то на другую сторону спины игриво гарцующей кобылы. — Драко! Больше половины женщин опять во власти этой их Матери. Я должен быть уверен, что сделал все возможное, чтобы вернуть их. К тому же ты, наверное, не знаешь, но выйти из города можно только через ворота. Либо эти, либо задние. Блондин тихо и с отчаянием выругался. Гарольд убедился, что немедленное нападение им не грозит и теперь внимательно наблюдал, пытаясь понять смысл происходящего. Башни ристалища уже сломали, ворота были открыты настежь и в них непрерывным потоком шли конные и пешие колонны, выдавливаясь на равнину, отделяющую город от лагеря армии Архонта. В неверном свете факелов темным частоколом колыхались пики и копья. Ржание коней, звон оружия и стук копыт слились в многоголосый рокот. Этот звук заставлял сильнее биться сердце, взывая к темной глубине человеческого подсознания, в которой всегда жила память предков об этом грозном предвестнике кровавой битвы. Все новые и новые отряды проходили перед ними, и Гарольд обратил внимание, что бойцы в них становятся все моложе. Наконец, посереди одного из конных отрядов проплыла большая колесница, влекомая четверкой могучих коней. Перед воротами она остановилась. Образовался небольшой человеческий водоворот. Потом одна фигура вынырнула вверх и забралась вовнутрь открытого экипажа. Сверкающий шлем и красный плащ не оставил сомнений в том, кто это. — Шамира! — Гарольд ринулся вперед, смял тройную шеренгу красных жриц и прорвался к колеснице Хранительницы. Крик ярости был ответом, сотни копий взметнулись навстречу Гарольду. — Пусть подойдет! Не трогайте его! Глядя на врага с ненавистью и подозрением, красные жрицы, тем не менее, выполнили приказ. И даже отступили на пару шагов назад. Драко, отрезанный от Поттера, судорожно вцепился в свою палочку, плохо понимая, что он должен делать. — Зачем вы сделали это? — Гарольд впился взглядом в глаза Хранительницы. Легилименция не работала! Он не мог проникнуть в ее разум. — Куда вы ведете этих несчастных? Это же верная смерть! Лицо Шамиры страшно исказилось, и она закричала на Гарольда. — Кто ты такой, чтобы лезть в наши дела с мерками своего ублюдочного мира? Кто дал тебе право судить наше счастье и наше несчастье? Что ты понимаешь в гармонии того мира, который лежит на плечах нашей Матери? Ты — жалкий чужеземец, воспитанный в уродливом патриархальном укладе! Как ты можешь судить о нашей жизни? Уйди с дороги и не мешай! Пришло время, когда лезвию судьбы пора напиться свежей крови! Прощай, Поттер! Когда все закончится — беги отсюда со своим табором и никогда больше не возвращайся! Частокол пик и копий вырос перед лицом Гарольда. Это охрана сомкнулась вокруг колесницы. Могучие кони легко сдвинули ее с места. Шамира уже не смотрела на него. Ее лицо окаменело в величественном спокойствии. Последние отряды вышли из ворот. За ними последовало оцепление с улицы. Ворота опустели. И весь город словно вымер. — Что будем делать? — подъехал Драко. — Не знаю. — А кто знает? — блондин был шокирован. Поттер в самый важный момент проявил совершенно не свойственную для него нерешительность. Или даже слабость. — Эй, очнись! Эта битва плохо кончится! Гарольд помолчал, а потом повернулся к младшему Малфою и с горечью бросил: — Сдается мне, что если я в очередной раз вмешаюсь, то эта битва закончится еще хуже!