Глава 8
25 августа 2023 г., 01:00
В Малфой-мэноре царила жуткая обстановка. Каждый день были слышны крики жертв, которые молили либо о пощаде, либо о смерти. Нарциссе казалось, что она начала сходить с ума.
Изо дня в день она переживала за сына, не могла смириться с тем, что ему дали это проклятое задание. Ей хотелось уже самой всё сделать за него, но Волан-Де-Морт не простит ей такого.
Миссис Малфой не знала, к кому обратиться за помощью. Она пытается найти выход, которого нет. Хотя если так посмотреть, у неё есть один, совершенно маленький выход, который состоит в том, чтобы обратиться за помощью к Снейпу.
Это было совершенно глупым решением, но другого выбора у Нарциссы не было. Она обязана обратиться к нему во чтобы то ни стало.
***
— Гермиона, как ты? — взволнованно спросил Рон, садясь на табуретку возле её постели. — Я так переживаю за тебя. — Мне уже значительно лучше, — с теплотой в голосе ответила Гермиона и взяла ладонь Уизли в свою. Рядом лежал Драко, который с омерзением смотрел на них. Ему было противно от всех этих телячьих нежностей. Малфой не понимал, как Гермиона, умнейшая ведьма столетия, могла полюбить Уизела, который тупой как пробка. Рон повернулся в сторону Драко и спросил: — Ну а ты как, Малфой? — Оу, тебе и вправду интересно, как я? — Поморщившись, Драко продолжил: — Или, может, ты просто хочешь доложить о моём состоянии святому Поттеру? — Собственно, такого ответа я и ждал, — закатил глаза Уизли и перевёл внимание на девушку: — Гермиона, я надеюсь, этот мерзкий ублюдок тебя не трогал? — Кого ты там ублюдком назвал?! — Малфой с трудом поднялся с кровати и направил пронзительный взгляд на Рона. — Ты что вообще себе позволяешь, нищее животное?! — А что такое? Правда глазки колет? — рассмеялся рыжий. — Мальчики, успокойтесь! — выкрикнула Гермиона, чтобы они обратили на неё внимание. — Перестаньте друг друга задирать. Ради чего вы всё это делаете? — Оу, грязнокровка решила защищать нищебродов, как это мило, — фальшиво улыбнулся Драко. — Пойдите теперь потрахайтесь. — Ты как вообще с ней разговариваешь, чёртов ты ублюдок?! — Рон подскочил и за долю секунды оказался возле слизеринца. Схватив его за шиворот, он медленно проговорил: — Ещё одно такое слово в её адрес, и поверь мне, я тебя заживо выброшу на съедение собакам. — Давай прямо сейчас это сделаешь — или ты только на словах силён? — бросил Драко вызов Рону. И в эту же секунду он пожалел о сказанном. Уизли с размаху ударил его кулаком по морде. — Прошу, перестаньте, — простонала жалобным голосом Грейнджер и закрыла лицо руками, чтобы не видеть весь этот кошмар. Она не любила, когда кто-то кого-то бьёт: для неё это было как моральное давление. В детстве Гермиона натерпелась сполна, когда родители ругались, — иногда их ссоры доходили до драк. Один раз их конфликт почти дошёл до развода, но буквально через день Чарли пришёл к матери с цветами и вымаливал прощение. Именно поэтому при виде скандалов она всегда вспоминала родителей. — Сука! Конченый ты идиот, — тяжело произнёс Малфой. От боли он схватился ладонью за лицо, а другую руку сжал в кулак, готовясь нанести ответный удар. Но не успел, потому что к ним подбежала Помфри. Гермиона же продолжала плакать, так и не отводя рук от лица. — Вы что как маленькие дети?! — выкрикнула Поппи. — Мистер Уизли, вы хоть понимаете, что делаете? Я буду вынуждена об этом доложить вашим деканам! — Этот ублюдок назвал Гермиону «грязнокровкой»! Как я, по-вашему, должен был ещё поступить? — возразил Рон. — Как минимум вы не должны были его бить! — повысила тон лекарша; аккуратно укладывая Малфоя, она стала осматривать место удара. — Мистер Уизли, я прошу вас покинуть больничное крыло, пока вы кого-нибудь ещё не избили. На этот раз Рон не стал спорить, а спокойно ушёл, напоследок бросая на Гермиону полный раскаяния взгляд. — У вас тут ничего серьёзного нет, так что можете спокойно жить дальше, — улыбнулась Помфри Малфою, а затем направилась к выходу. Драко, лёжа на койке, повернул голову в сторону Гермионы. Она сидела, вытирая слёзы. Как только гриффиндорка заметила на себе его взгляд, она тут же нырнула под одеяло. — Эй, с тобой всё нормально? — Малфой заволновался. Его тут же стала грызть совесть за то, что он в очередной раз оскорбил её, задел за живое. Драко прекрасно понимал, что ей больно слышать слово «грязнокровка», но он из раза в раз продолжал её так называть. — Грейнджер, не молчи. — Малфой, иди к чёрту. У меня нет желания вести с тобой диалог. Так что избавь меня от этого, — устало пробормотала Гермиона, устраиваясь удобнее в кровати. — Я с тобой нормально сейчас разговариваю, ответь мне на вопрос, — всё так же с переживанием сказал Драко, но уже начал понемногу давить на неё. — Нормально со мной нужно было говорить вчера, а не сегодня, — с обидой проговорила она, напоминая ему о вчерашней ночи. — Окей, извини меня, если правда сделал тебе больно, — с трудом вымолвил Драко. Он не любил извиняться, но иногда ему приходилось это делать, если он заходил слишком далеко. Услышав эти слова, Гермиона не поверила, что это был Малфой. Она и в тот раз не поверила, что он извиняется перед ней, а тут вот, опять. Грейнджер перевернулась на другой бок и посмотрела в глаза Драко. После извинений ей стало немного легче. — Я не верю своим ушам. Малфой, ты что, опять передо мной извиняешься? — сквозь нескрываемую улыбку спросила она. — Мерлин, не заставляй меня повторять, — закатил он глаза. — Можешь считать, что я тебя простила. Только прошу тебя, никогда больше не упоминай… — Не упоминать тему секса? — перебил её Драко. — Грейнджер, я, конечно, знал, что ты чистая и всё такое, но чтобы настолько. Если ты стесняешься разговоров об этом, хорошо, больше не буду. — Малфой рассмеялся так, что у него потекли слёзы. — Ничего я не стесняюсь! — запротестовала Гермиона. — Ну-ну, — через смех выдавил Драко. Незаметно для Малфоя Гермиона взяла с прикроватной тумбочки бинт; прицелившись, она кинула его ему в лицо. Попав точно в цель, теперь стала смеяться Гермиона, а Драко же заткнулся. — Тебе повезло, что я встать не могу. А то так бы встал и придушил тебя! — Взяв бинт, который только что прилетел в него, Малфой пульнул его обратно. — Боюсь-боюсь! Малфой задумался над происходящим. Он не мог поверить в то, что они опять разговаривают так, будто никогда не были врагами. Теперь ему кажется, что с каждым днём их отношения улучшаются. «Салазар, почему я стал думать так? Это всего лишь временное перемирие! Мы лежим тут одни и, можно сказать, без общения, вот и страдаем хернёй», — убеждал себя Малфой.***
— Малфой вообще охуел! Я его готов придушить. — Как только Рон вошёл в гостиную Гриффиндора, он сразу выкатил своё возмущение. — Что там произошло уже? — спросил Гарри, не понимая, о чём говорит его друг. — Чтоб ты знал, этот гад опять оскорбил нашу Гермиону! — Уизли переполняли эмоции: он не знал, что делать; его руки чесались оттого, что он хотел кого-нибудь прибить. — Та-а-ак, давай-ка по порядку всё рассказывай! — с азартным интересом потёр ручки Поттер. Уизли рассказывал всё в мелких подробностях, только вот себя в этой ситуации он старался сделать невинным, будто это не он ударил Малфоя по лицу. — То есть, ты хочешь сказать, что он сам напросился, да? — перебил его Поттер очередным вопросом. — Ну да, — подтвердил Рон. — Так, всё, прекращай! Я из твоих рассказов практически ничего не понял. — Гарри тряхнул головой, чтобы хоть какая-то сказанная Роном информация усвоилась. — Я лучше сегодня схожу проведаю Гермиону и заодно спрошу, что да как было. — Давай я с тобой пойду? — Не-е-ет! — вскрикнул Поттер, вставая с мягкого дивана. — Я хочу один пойти. Не думаю, что Малфой будет рад твоему визиту во второй раз за день. В эту секунду распахнулась дверь, и из неё появилась профессор Макгонагалл. У неё был весьма суровый вид. Обернувшись, Рон тут же испугался. Он совсем забыл о том, что Минерве всё доложили. — Рон Уизли, прошу вас пройти за мной, — злым тоном позвала его Макгонагалл. Уизли встал и направился к декану. Ему было страшно до такой степени, что он даже сказать ничего не мог. — Сейчас мы отправимся в больничное крыло, там мы и побеседуем по поводу вашей драки с Малфоем. — Хорошо, — подал дрожащий голос Рон. Они шли достаточно быстро. По пути рыжий обдумывал, что будет говорить. Он молился, чтобы об этом не донесли родителям. Ему бы точно не хотелось слушать кричалку от матери. Молли и так много страдает из-за них, поэтому Рон не горел желанием лишний раз её расстраивать. Войдя в просторное больничное помещение, Уизли увидел профессора Снейпа. Он тут же захотел отмотать время обратно, потому что не вытерпит его словечек. Рону становилось плохо от одного его присутствия, не что от разговоров. — Ну наконец-то вы пришли, мы вас уже заждались! — воскликнул Северус, переводя угрожающий взгляд на Рона. — Ну что же, рассказывайте, мистер Уизли, по какой причине вы ударили студента моего факультета. Рыжий замялся: он не знал что говорить, вернее, с чего начать. У него было такое ощущение, что под ним уже образовался кирпичный завод. — Профессор, позвольте мне рассказать, раз уж Уизли не может? — спросил Драко у Минервы, медленно переводя горящий взгляд на Рона. — Конечно, мы все внимательно вас выслушаем, — спокойно ответила Макгонагалл, скрестив руки. Малфой рассказывал всё почти честно, только некоторые моменты он корректировал, чтобы обернуть всё в свою пользу. Рон пытался что-то сказать, но увы, ему не дали права голоса. Младшего Уизли переполнял гнев. У него возникло очередное желание вмазать ему, только на этот раз посильнее. Рону стало обидно за то, что Гермионы тут не было. Её вывели из медицинского крыла, чтобы не было лишних ушей. — Как я поняла, вас, мистер Малфой, Уизли ударил без причины, так? — обратилась декан Гриффиндора к Драко. — Можно и так сказать. — Драко понимал, что прямо сейчас нагло врёт, но говорить о том, что он оскорбил Грейнджер, ему не хотелось. — Ты сейчас издеваешься? Ты хочешь сказать, что не называл Гермиону «грязнокровкой»? — раздражённо спросил Рон. — Это абсурд! — Уизли, успокойтесь! — рявкнул профессор Снейп. — Расскажите нам вашу версию, мы с удовольствием послушаем.***
Гермиона стояла практически у двери и прекрасно слышала весь разговор. Ей было смешно от всего происходящего. Малфой пытается обернуть всё в свою пользу, так же как и Рон. Грейнджер было непонятно, почему нельзя просто всё сказать как есть - так бы это не отняло у них много времени, но нет же, нужно всё усложнять. — Гермиона! — окликнул её Поттер, расставляя руки для объятий. — Гарри! — тепло произнесла Гермиона его имя. — Ты не представляешь, сколько сегодня всего произошло. — Об одном событии я уже в курсе. — Настроение Гарри тут же упало, когда он вспомнил об их конфликте с Малфоем. — Не переживай ты так. Скажу тебе по секрету, Драко извинился за сказанное, — улыбнулась она Гарри. — Ну неужели у него совесть проснулась? — удивлённо спросил брюнет. — Я в шоке. — Честно говоря, я тоже, — согласилась с ним Грейнджер. — Лучше расскажи мне, как ты, а то эти четыре дня были будто вечностью. — Прекращайте мне задавать этот вопрос! Надоело отвечать одно и то же. Вы же отлично видите, что всё прекрасно, — всплеснула Гермиона руками, садясь на скамейку. — Ладно-ладно, — поднял руки Гарри, усаживаясь рядом.
