Полюби свою судьбу

— Это твоя квартира? — спросила шокированная Оксана, делая шаг внутрь. — Здорово! — Че щас делать будем? — вопросительно кивнул Дмитрий. — Можно поговорить с вами? По душам. — в диалог вступил Антон, который так и не смог успокоиться. — Конечно! Давайте только в зал пойдем или в спальню ко мне, а-то что, в дверях что-ли? — Позов стянул с себя обувь и показывая взглядом Оксане дорогу, присел на кровать в собственной спальне. — Что у тебя случилось? — Оксана присела рядом и смотрела на ходящего туда-сюда по комнате Антона. — Антох, не томи, говори уже! — Дима слегка вскрикивает, ведь сидеть в ожидании уже было невозможно. — Короче, Дим, почему ты шипперишь меня с Арсением, если прекрасно знаешь, что я унижаюсь при подобном высказывании обо мне? — Потому что ты слепой и не видишь, что он любит тебя. — за друга заступается Оксана. — Окс, он тоже не из таких, по нему видно! — А как по твоему выглядят геи? А? Как выглядят люди нетрадиционной сексуальной ориентации? — С чего вы взяли что он меня любит? — Антон успокоился и уже абсолютно спокойно спрашивал, прясаживаясь к остальным, но при этом уходя заданного от вопроса. — Шаст, ты реально слепой, да? — Дима слегка ухмыльнулся, но был спокоен. — Он сразу бросает взгляд на тебя когда ты рядом с ним, он смотрит на тебя своими стеклянными глазами не просто как на друга, Тох. Он пытается иногда коснуться тебя, всегда над твоими шутками смеётся, даже если они тупые, и так далее. А главное, почему он по твоему не отрицает шипперства с нашей стороны? Присмотрись уже! Открой глаза! — Я не хочу ему сердце разбивать, Дим. Ты то сам знаешь, что я гетеросексуал и мне это нахуй не нужно. Он мне не нужен, как парень. Я просто хочу с ним дружить и если он действительно в меня влюблен, это обидно. — Возможно, ты ещё не раскрыл в себе свою ориентацию на все сто процентов, поэтому не будь так уверен. — Суркова разглядывала свой маникюр. — Я ничего не чувствую к парням и не почувствую. Я не пидор, Оксана, Дим. Я ожидал поддержки, а вы даже тут приебались. — Но я тебе даю слово, что будет день, когда ты поймёшь, что любишь его, но будет уже поздно. — Оксану, видимо, как-то задели предыдущие слова и она встала с кровати, не желая продолжать диалог с Антоном. — Не неси чушь, пожалуйста Окс. Я тебе говорю, что я натурал! *Тишина* После этого разговора, вроде день проходил спокойно. Они то сидели на кровати смотрели фильмы, то играли в дженгу, то кушали чипсы на балконе, осматривая окрестности двора. Они даже раскопали где-то в старом шкафчике домашнее вино и напились до боли в голове. Оксане не составило труда заставить Антона написать Арсу.

Антон Арс, прикинь мы щас о тебе гаоворивлт.

Арс Что говорили?

Антон Прикинь, Окс мег щас глвориь чтл нажуй тв эато написаь.

Арс Что происходит у вас там, Антох? У тебя все хорошо?

Антон Мы ткт птем)

Арс Антон, ты пьян? Скажи адрес я приду!

Антон Я щасдомой поцжк

Арс Я могу к тебе прийти? Родители ведь у тебя приходят ближе к ночи, а сейчас пять.

Антон Приходи попа. Я выхлжу. Щас скинк адрнс

И антон на полном серьёзе оставил друзей и пошел к себе домой, даже не попрощавшись с ними. Уже через минут 30, еле подойдя к подъезду, Антон увидел там взволнованный знакомый силуэт. — Антон! Ты в порядке? — Арсений подбежал к пьяному другу и схватил его за плечи. — Ты меня любишь? — Антон посмотрел в пустоту и после опустил взгляд. Было ему стыдно? Он не знал. Он не хотел это говорить, слова вырвались сами по себе. Лишь после того, когда Антон понял что сказал, он начал понемногу приходить в себя. — Всмысле, Тох? — глаза Арсения округлились и он отпустил руки с плеч собеседника. Антон промолчал. Он сейчас просто напросто думал, какой же он тупой. Он жалел о сказанном? — Антон, пожалуйста, бросай пить, я тебя очень прошу. — Попов слегка нахмурил брови. — Сам понимаю, что видимо лучше бросить. — Пообещай пожалуйста. — Хорошо, обещаю. Пошли в дом? — Пойдем! Антон присел на лавочку у подъезда, потому что на секунду почувствовал, что валится с ног. От морального состояния, от физического, от алкоголя... — Тоша, все хорошо? — Арсений очень забеспокоился, увидев, как Антон начал падать, и даже, попытался его ухватить. — Я прошу тебя, не молчи. — Все хорошо. — на его руках, Шастун увидел новые порезы. — Ты опять? Антон мог мыслить разумно, но физически, себя плохо чувствовал, а после сказанных им же слов, ещё и морально. Теперь уже, Арсений не знал что ответить. Он просто убрал руки и опустил глаза. — Пойдем в дом, расскажешь всё — Шаст встал со скамьи и взял под руку друга. — Проходи. — А что ты скажешь родителям на счёт того, что пьян? — резко пробормотал Попов. — Блять. — на лестничной клетке Антон встал, как вкопанный. — Я не знаю! — Скажи что у Димки останешься... — Мы уже чуть ли не живём друг у друга, меня не отпустят Арс. Что мне делать? — Шастун прислонил руки к лицу и спустился, сев на холодную, бетонную лестницу. — Антош, вставай пожалуйста, прошу, давай дойдем до квартиры! — Арсений попытался поднять с пола друга, но всё бесполезно — Антош, умоляю, ну пошли! Со стороны, можно было сказать, что Арсений был готов заплакать от безвыходности друга и от своей беспомощности. Он даже с пола не мог поднять друга! Этого беззащитного котенка, которому вечером не поздоровится от родителей. — Мы что-нибудь придумаем, только вставай! Котенок! — котенок? — Что делать? — по щеке Антона прокатилась слезинка. Он действительно не знал, как ему поступать в этой ситуации. Хотелось исчезнуть. Он ненавидел себя. Арс присел рядом, увидев эту капельку на щеке. Он крепко обнял его и прижался, будто в последний раз. — Я тебя прошу Тош, не плачь! Пожалуйста... Ты сильный, ты сможешь! Мы сможем! Мы что-нибудь придумаем. Успокойся только. — Попов отстранился и аккуратно вытер слезинку. — У нас ещё есть около двух часов, мы решим что делать! Я помогу. Антон посмотрел прямо в глаза Арсения. В эти стеклянные, голубые и безумно красивые глаза. Подъездная темнота придавала им невероятный оттенок. Шастун хотел прижаться к этому человеку и не отпускать его ни на секунду, но он успокоился. Действительно успокоился и осторожно встал с пола. — Спасибо, Арсюш, — милая улыбка Антона, после которой получил ответную, самую милейшую. Антон, нет, ты не гей, тебе не нравится этот человек, нет! Это просто действие алкоголя которое скоро пройдет и всё. Ты не гей! ТЫ НАТУРАЛ! — Проходи в квартиру. Что у тебя случилось, расскажи! — Антон сделал шаг внутрь, при этом пропуская и друга. — У тебя сейчас другие проблемы, зачем тебе мои? — Арс облокотившись на стенку, снимал свои кеды, надетые до этого в спешке. — Ты мне только что помог, поэтому я помогу тебе. Тем более, ты сам говорил, что у нас есть часа два. Пошли в кухню, за мной. — Ну что там? — Антон поставил на стол конфеты, разлил ромашковый чай по стаканам и присел за стол напротив Арса. — В общем. Я сбежал сейчас из дома. — Ради меня?! Арс! — Мама у меня напилась тоже. Начала отрываться на мне и я не мог не сделать, ну, порезов. Позже, ты написал, что тоже пьян. Тебе помощь нужна была наверное даже больше, чем маме, у которой каждые два дня пьянки. Мама даже не заметит моего ухода наверное, а тебе действительно нужна моя помощь. Вот я и пришел, Тош. Антон поднялся со стула и подошёл к Арсу, крепко обняв его. Как же ему повезло с этим человеком, и как же хорошо, что когда-то он заговорил с ним на этой гребанной школьной дискотеке! — Спасибо тебе... — прошептал ему на ушко Антон и отстранился, присев на свое место. Пока они пили чай, Антон безумолку говорил разные истории из своей жизни. Как он в детстве шел в деревню к бабушке и мама его сфотографировала у снежной ёлочки. Рассказал несколько ситуации в лагере и многое другое, а Арсений внимательно наблюдал за ним и увлечённо слушал. — Арс, слушай, может быть останешься сегодня у меня, пожалуйста? — Я не знаю, вряд-ли получится. Завтра то мама уже отойдет. Я не смогу, Тош. — Мы ещё не придумали, что нам делать. — Ты себя как чувствуешь? Вроде бы все хорошо, ты отошел? Можешь себя в руках держать, контролировать? — Я не знаю. Я постараюсь перед родителями. Делать нечего. Отошёл почти. Арсений опустил взгляд. — Спасибо тебе, Арс. — Всегда пожалуйста — парень медленно поднял голову и широко улыбнувшись, стал рассматривать каждый миллиметр черт лица Антона, уголки губ, реснички, родинки и даже его кудряшки. — Мне наверное пора, Антон. — Арсений помог убрать Шасту со стола всю ненужную посуду и взволнованно встал перед ним. — Все хорошо? — Да, конечно. Просто переживаю за маму, я бросил ее там, а теперь придется и тебя бросать. Чувствую себя говном. — Все хорошо! Ты не бросаешь меня! И маму ты не бросал... Напиши пожалуйста потом, что дома происходит, как дела, хорошо? И пожалуйста, не делай с собой ничего, я тебя очень прошу. Арсений лишь плавно и неуверенно кивнул, натягивая на себя черные кеды. — Обещай, что все хорошо будет. — Антон схватил его за руку, когда тот уже вышел в подъезд и стал уходить, а теперь, обернулся. — Обещаю антон, обещаю. — Попов улыбнулся и даже умудрился выдавить из себя легкий смешок. Антон опустил руку Арсения и посмотрел ему вслед. Попов был явно уставшим и поникшим, но выйдя из квартиры друга, максимально пытался это не показывать. Антон смотрел. Смотрел, понимал, что же на самом деле у него творится на душе, какие вороны там гуляют. Ему было жаль этого мальчика, который просто хотел быть любимым. И в какой-то момент, ещё раз убедился, что не хочет разбивать ему его хрупкое, большое и доброе, ранимое сердечко, если все таки, тот влюблен в Антона Шастуна. Они с Арсением пусть и знакомы не так давно, но уже стали значить друг для друга очень многое. Они не представляли жизни друг без друга и им хотелось счастья. Как своего, так и счастья друг друга. Хотелось, быть любимыми, но возможно, оба хотели друг от друга разные вещи...