Полюби свою судьбу

На ночь Антон остался у Арсения. Родители Шастуна все равно не заходят в комнату сына, поэтому рисковать было нечем. Антон проснулся раньше парня и все утро залипал на него спящего. Рассматривал его черты лица, его волосы, ресницы. Шастун даже не заметил, как Арсений открыл глаза и провел своей рукой по его волосам. — Доброе утро. — улыбнулся Арсений. — Доброе. — вместо ответной улыбки, Антон накинулся на Попова, раскрывая руки для объятий. — Мне надо зайти домой, рюкзак собрать, Риччи покормить. — Хорошо Тоша, сколько время? — отстраняясь, поинтересовался Арс. — Не знаю. Арсений потянулся к телефону. На часах было 7:36. — 7:36. — озвучил парень. — Ко второму пойдем? — Может не пойдем? Мы даже к третьему не успеем, если домой ко мне зайдём. — А где будем? — У меня. Фильмы там посмотрим, с Риччи поиграем, я тебе завтрак приготовлю, м? — с надеждой в глазах, Антон взглянул на Арсения. Попов притянул к себе парня и припал к его губам, медленно углубляя поцелуй. — Я же зубы не почистил ещё? — Антон закрыл лицо руками. — И что? Нашёл мне проблему. — умилился парень, — Давай я оденусь и пойдем. — Обожаю тебя! — теперь уже Антон поцеловал Арсения.

***

— Кстати, — Арсений сидел на стуле в кухне квартиры семьи Шастунов, пока его парень готовил ему завтрак, — Я в понедельник должен в актовом зале выступать. — А какая тема? Что вообще делать там будешь? — повернулся Антон и облокотился спиной на тумбу, забыв уже про яичницу. — Ну, я стихи же иногда пишу. Надо будет стихи собственного сочинения читать. Ещё и тема странная: «Что такое любовь?» — вздохнул Попов, явно стыдясь своего хобби, а представляя, что он всей школе будет читать стих, который сам и написал, хочется вообще отказаться от этой затеи. Но он единственный, кто будет выступать от всех 9-ых классов. — Блин, точно, ты же стихи... — остановил собственную мысль Антон. Он поражался каждой новой вести от своего парня, пусть эту деталь он помнил ещё со второго дня их знакомства, — Прочитаешь мне сейчас какой-то? — Мне будет неловко, ещё и учитывая тот факт, что ты... ну, моя муза, скажем. Все мои стихи тебе посвящены. Антон полностью ввалился в транс, пока мимо не пробежал парень, явно пытающийся что-то быстро сделать. — Антон! — Арсений уменьшил газ на плите и, закрыв сковороду крышкой, направился к Шастуну. — У тебя масло уже в разные стороны полетело, сейчас сгорит все к чертям, приём. — Блин, прости пожалуйста. — Антон выключил газ и снял готовое блюдо с плиты, ставя его на стол перед парнем. Они кушали в абсолютно полной тишине, боясь сказать что-то лишнее, но Арсений понял, в чем причина этой тишины. — Ладно, так уж и быть, прочитаю тебе свой стих. — Ты серьезно? — откладывая вилку спросил Антон. — Вполне. Тебе когда? Сейчас, или попозже? — Давай, когда покушаем? — Антон коротко чмокнул парня в щёку, на что тот мило засмущался. — В комнату потом пойдем. Парни доели и пошли в спальню к Антону. Риччи поплёлся за ними, постоянно запрыгивая на брюнета. Пара сели на кровать и Арсений нервно встряхнул руки. — Эй, чего волнуешься? — Антон сел сзади, обнимая того со спины. — Солнце? От этих слов, в груди Попова растеклись тепло и нежность. Арсений запрокинул голову назад, на плечо Антона и тот ещё крепче сжал парня. Будто в этом мире больше нет никого кроме них. Арсений медленно повернул голову на Антона, рассматривая его лицо с данного ракурса, но когда Шастун повернул голову в ответ, то их губы случайно соприкоснулись. Хотелось большего, но от этого мгновения по коже обоих пробежали мурашки. Я любовь эту буду теплить и вынашивать так, Чтоб она разрослась во мне деревом, Чтобы кончики пальцев стали ею окрашены И чтобы её во мне немерено.

Лампабикт

Антон примкнул своими губами к чужим, нежно касаясь языком верхней губы Арсения. — Успокоился? — улыбнулся Антон, садясь в прежнюю позу. — Ага. — вздохнул Арсений, — Фуф. Попов открыл в своем телефоне заметки и зашёл в одну из вкладок. — Хотелось даже лесть на стены, От той любви моей к тебе. Хочу покорным быть и верным, Но лишь с тобой, поверишь мне? Мне хочется от веры выть той, Что проявлял бы я тебе, Но, мы же знаем, что случилось, Хотел бы изменить тот день. Я мог и не идти тогда, Я мог обнять при всех тебя. Могу любить тебя, всегда! И я смогу! Поверь словам. — Вау... — спустя секунд 15, распахнул глаза Антон, теряя дар речи. Он был готов ко всему, но от такого стихотворения сводило тело. — Это... — Это тебе посвящал тоже, недавно. — перебил его Арсений. Антон смотрел восхищённым взглядом на парня, не веря, что это чудо досталось именно ему. За что? За какие заслуги? Он снова поцеловал Арсения. — Слушай, как ты смотришь на то, чтоб ты читал какой-то свой стих, а я в это время играл на гитаре? — отстранился Антон. — Мне будет стыдно. — опустил взгляд Попов. — Но ты хочешь? — Хочу. — Тогда возражения не принимаются. — ухмыльнулся Антон, садясь на другой конец кровати и доставая в углу гитару. — ищи стих. — Нашёл. — Чтож, будем импровизировать? — Шастун коротко чмокнул парня в щёку и тот окончательно поплыл. Арсений ответил на фразу яркой улыбкой и кивком. — Начнем? — спросил Антон, ставя пальцы на нужные аккорды. — Ра-а-аз. — начал счёт Арсений. — Два-а, три. — Может, мы с тобой воскресли, Как два ангела из рая? Или может, как два джинна Мы исполним все желания? Я хотел бы вновь проснуться Рядом, а не здесь, под дверью. Снова запах чтоб окутал Все мои сквозные щели. Я хочу, чтоб взгляд твой властный Мог легко я в снах хранить. И хочу, чтоб все дни счастья Я не смел даже сравнить. Все те дни — все дни с тобою. Вся та искренность — любовь. Мы с тобою лес и море, Ведь в глазах этот покой. Можно нам с тобою крылья? Мы б воскресли, как два с рая. Твое тело, как скульптура, А моё – твоё сжимает. — Антон медленно перебирал пальцами струны и переставлял их по аккордам, а Арсений, пытаясь подстроиться под мелодию, напевал свой стих. Мои стихи, твоя гитара. Мы отличная пара.

IOWA

***

— Завтра же не увидимся скорее всего? — Антон лежал под боком у Арсения, пока тот его слегка приобнимал. — Скорее всего. Завтра же суббота, моя мама дома, твои тоже будут отдыхать. — ответил на вопрос Попов. — Мне будет не хватать тебя. — щенячими глазками посмотрел Антон на объект своей любви. — И мне тебя, поверь. — Арсений чмокнул Антона в макушку, — Проводишь до двери? Мне уже домой пора. — Уже? — Арсений кивнул. — Хорошо, пошли. Арсений встал с кровати и Шастун резко схватил того за руку, переплетая их пальцы, на что Арс лишь искренне улыбнулся и крепче сжал их ладони.