Охота Снейпа. На подмостках магглов нет

Хищный на вид автомобиль профессора въехал за ограждение во внутренний двор многоэтажного строения. Охранник на вахте едва удостоил гостя взглядом. Ему, человеку с зарплатой двадцать фунтов в неделю, не хотелось оставлять глаза на недоступных предметах роскоши. Профессор Снейп, мысленно уже переступающий порог тишины своих апартаментов, припарковал авто. Мобильный напомнил о себе аккордом из внутреннего кармана пиджака. Северус хмурясь прочёл как всегда короткое сообщение от абонента «Л». «Ты должен мне этот вечер. Так что будь добр, не пытайся отвертеться, я знаю ты взял отпуск. В семь. На нашем месте». Северус скривил лицо в гримасе тихой ненависти и быстро отослал ответ. «Больничный не фикция. Планирую провести один. Не утруждайся визитом, я не могу обещать, что не убью тебя за слишком громкое дыхание. Не волнуйся, обо мне позаботится мой лечащий врач. Увидимся через две недели, Люц.» Подъем на лифте на двенадцатый. Год назад Люциус предложил разнообразить их совместные «игры» и в апартаментах профессора сценической речи начали скапливаться самые разные приспособления. Северус с кислой миной вспоминал тот день, когда его ненормальный скучающий аристократ явился из его гардеробной в кожаном костюме с шипами в интересных местах. Он не мог не признать, что ему могло бы понравиться, если бы этот светловолосый нимфоман был сносным актером. Но Люциус при всем его магнетизме портил игру своими пафосными и вульгарными вывертами. Замок коротко просигналил, дверь мягко закрылась за хозяином и тот слегка вздохнув, швырнул пиджак на вешалку. На телефон снова прилетело смс. «Я не раз снимал твою мигрень. Тебе стоит только написать «приезжай» и я сделаю это снова. Я знаю что тебе нужно, лучше любых врачей, Север. Обещаю, ты действительно захочешь меня убить… потому что мне нравится сводить тебя с ума, медленно… Одно смс, Север. Я хочу тебя.» Люциус. Ты, подонок, похоже всерьез озабочен тем, чтобы не потерять того, кого игнорировал два месяца. Причинное зачесалось? Северус отключил телефон и оставил его в пиджаке. Последние три их встречи Северус не мог отделаться от гадостного оттенка отвращения от пошлых слов и прикосновений Люциуса. Раньше адвоката и преподавателя вполне устраивали их отношения, все эти спонтанные встречи пару раз в неделю и грубый секс каждый раз в новых условиях. Сейчас профессор не мог понять, что он находил в этом человеке. Да, Люциус знал о сексе все, умело использовал эти знания и мог соблазнить любого. И любую. Идеальный жиголо, по недоразумению выбравший тогу адвокатства. Жиголо, не способный на бескорыстный поступок. Северус пинком открыл дверь лоджии и опустился в объятия кресла. Из ящика стола поблескивала бутыль виски. Подарок Альбуса, который сбагривал своему подчиненному полученные презенты, сам предпочитая ром другим сортам спиртного. «Вы считаете, что для того, чтобы играть на подмостках, вам нужно выглядеть как люди с обложки. Но это не главное в вас как в актёрах, в вас как в людях. Театр это место, где создаются иные реальности, и магическим путем искусства то, что кажется гротеском и далёким от красоты, может преобразиться в нечто притягательное.» — сказал Дамблдор, собрав первокурсников в прошлом году. Он много чего наговорил им тогда. Северуса раздражала потребность директора чесать языком перед студентами, ведь вряд ли они запомнят и поймут весь этот глубокомысленный спич. Нужно давать теорию и сразу после — показывать на практике. Сейчас речь Альбуса вспомнилась в другом контексте. Люциус — любитель всего необычного, не брезгует ничем ради собственного удовольствия. А профессор Снейп, темпераментный и гордый, до Люциуса не имевший любовников, был любопытным экземпляром. Почему бы не дразнить его изредка, наблюдая, как неприступный ворон привязывается к своему любовнику? Профессор зло зашипел сквозь зубы и опрокинул в себя полстакана разом. А ведь он действительно привык иметь Люциуса в своей жизни. Завтра Люц останется в этом городе, и точно не сможет связаться с Северусом. Приятное тепло начало разливаться под кожей, и Северус прикрыл глаза, свесив руку с подлокотника. В этот момент до него пытался дозвониться частный детектив, голос оператора бесстрастно оповестил о недоступности абонента. Петтигрю на другом конце города чесал свой лысеющий затылок. Профессор наблюдал за тем, как красится брюнетка из квартиры напротив. Ее было отлично видно, она никогда не утруждалась тем, чтобы опустить жалюзи. Большой наштукатуренной воблой с непропорционально развитыми ягодицами, она вертелась перед зеркалом. Виски слегка затуманил разум, обманчивой легкостью и пофигизмом покрывая мысли. Это лишь потому, что профессор сам этого хотел, хотел захмелеть. Он мог бы в считанные минуты полностью протрезветь лишь усилием воли. Актерская самодисциплина позволяла ему многое, в том числе контроль над физическими процессами в собственном организме. Контроль, не раз буквально спасавший его карьеру. Немного позже Северус открыл ноутбук и подключился к сети. Карта старушки Англии лениво развернулась в окне браузера, отображая сеть дорог, покрывающую зеленую кожу полей. Дороги смыкались на городах, надписи роились перед полупьяным взглядом профессора. Он помнил гастроли по многим местам, все еще регулярно находил на своей электронной почте десятки писем с приглашениями в актерские труппы черти-откуда. Но причина по которой он больше не мог играть как раньше — Лили. Ее смерть и ее убийца. Первые три года он специально максимально загружал свой график гастролями, желая выплеснуть боль, переплавить это чувство несправедливости, беспомощности в нечто большее, чем саморазрушение. Но потом он в один черный день понял, что внутри не осталось ничего, кроме зияющей пустоты. Он не мог продолжать играть. Люди, с которыми он столько лет имел дело, которых знал, стали казаться отталкивающими, бездарными, фальшь в каждом жесте и слове. Теперь снова остановиться в одном из тех городов, пусть все изменилось за много лет… Пожалуй все еще не самая лучшая идея. Северус доверял своему чутью, когда рациональное мышление заводило в идиотские тупики. В последнее время все чаще. Взгляд уткнулся в надпись «Фарнем», и на экране по щелчку развернулся веер фотографий панорамы улиц. Северус без интереса просмотрел их, в конце концов решив, что по крайней мере это место не раздражает и он мог бы остановиться в одном из коттеджей, и, если повезет, найти предложение об аренде. Что ж, значит Фарнем. Город небольшой, мягко говоря, и вряд ли там много актерских курсов и студий. Но это вовсе не значит, что там нечего ловить. Жизнь любит иронию. Отключившись на диване в шесть вечера, Северус проснулся ровно в полночь с легкими симптомами похмелья, которые успешно отступили, стоило только принять душ. Сменив рабочий костюм на домашний халат и мягкие брюки, он снова засел за компьютер, просматривать почту в поисках интересного сценария. На его ящик приходила настолько разномастная корреспонденция, что шанс что попадется что-то стоящее, был. Таким путем он заключил два контракта. Не пожалел ни об одном.