Поцелуй, признание и обещание.

Чайлд наконец мог расслабиться после недавнего дружеского спарринга между ним и Люмин, хотя и вздрагивал порой от боли в боку. Путешественница же сидела у костра, скрестив ноги. Она с теплотой и беззаботностью смотрела, как горит пламя в тёмной пещере. Их поединок, который проходил на открытой местности Драконьего Хребта, каким-то образом перетёк в метание снежков. Всё зашло настолько далеко, что пара стала даже использовать элементарные навыки. Тарталья упрочил и утяжелил лёд своим Гидро элементом, чтобы было проще метать в соперницу, а Люмин в свою очередь использовала Анемо стихию, чтобы запускать в парня струи снега. Такое развитие событий приводило Чайлда к мысли, что он так давно не играл в снежки, отчего осознание этого приводило его в огромный восторг. Да, он действительно был быстрее её в лепке снежков, но и она была не промах. Отточенный навык с детства не мог сравниться с тем, как она с помощью Анемо целилась и контролировала движение снега, удваивая скорость броска. Но всё же их «битва» закончилась вничью, когда ветер стал усиливаться. Скоро должна была начаться метель. Но даже так, промокшие насквозь от снега, они широко улыбались. Когда небо полностью затянулось тяжёлыми серыми тучами, пара успела найти небольшую пещеру, чтобы переждать непогоду. Им даже не составило труда развести небольшой костёр. К этому времени наступил поздний вечер. Из-за туч нельзя было разглядеть на небе ни одной звезды. Это не могло не разочаровать Аякса. Хотя он и считал, что самым красивым небом могла похвастаться его родина — Снежная, но всё же не мог согласиться с тем, что Драконий Хребет также манил. Всё же тоска по дому порой проскальзывала в его сердце, от чего парень отправлялся на Хребет, чтобы снова окунуться в такой родной леденящий душу холод, увидеть вновь полностью замершие озёра и то самое ночное небо, усыпанное яркими звёздами. Иногда ему нравилось забираться на самый верх заснеженных гор, где бы он мог наконец очистить разум от неуверенности и страха. Да, в такие моменты он действительно чувствовал себя свободным. Но в этот раз его взгляд был прикован на кое-что другое, а именно на хрупкую леди, которая сидела у костра и пыталась согреться. Её взгляд был столь нежный при его рассказах о Снежной, что Тарталье стало любопытно, посмотрит ли она когда-нибудь также на него, будет ли её улыбка предназначена ему. «По крайне мере ей понравился наш спарринг» — подумал парень про себя. Его мысли начали смещаться, когда его взгляд переместился с ее глаз на бицепс, заметную выпуклость, намекающую на приличное количество мышц под ним. Тарталья почувствовал, как дыхание перехватило в горле без всякой видимой причины. «Она сильная девушка. И очень красивая.» -рассеянно подумал он, прежде чем поспешно перевести взгляд на ее лицо. Если бы кто-то спросил у Чайлда, что его привлекает больше всего на свете, то ответ пришёл бы незамедлительно. Сила. Он считал её одной из форм истинной красоты, которую не всем дано оценить по достоинству. И парень видел в Люмин не только это, но и её ум, страсть, смелость бросить ему вызов, и непоколебимый характер. От таких мыслей он почувствовал, как его щёки покраснели. Не от стыда или смущения, а скорее от осознания, что его мысли звучали, как безудержный флирт. А также от взгляда её янтарных глаз, который приковал к себе всё его внимание. В нём читалось предвкушение и даже всепоглощающая страсть. Уже не одному ему казалось, что между ними была какая-то недосказанность, и их сердца бились всё сильнее и сильнее, предвкушая следующего сказанного слова или действия. Тогда Тарталья и подвинулся к ней чуть ближе, пока их колени не соприкоснулись. Его лицо расплылось в ухмылке, когда он подтолкнул её плечо своим и с неким озорством и волнением наблюдал за её реакцией. Она вернула ему этот толчок, прислонившись близко к парню. И когда Аякс посмотрел в её глаза, он не мог свести с них взгляд. Такое нелепое и даже детское поведение вызвало у обоих смех, и они продолжили слегка подталкивать друг друга, пока не оказались настолько близко, что оба чувствовали, как при малейшем наклоне вперёд, их губы могут соприкоснуться. Всё это сводило Чайлда с ума. Он чувствовал, как его сердце бешено колотиться в груди, заглушая треск дров в костре. Весь мир исчез и лишь она, чьи зрачки слегка расширились, предстала перед ним. Пленённый её взглядом, он невольно наклонился к ней ближе и сначала даже не заметил, как рука девушки коснулась его предплечья. От ощущения её теплой, несмотря на холод и сырость пещеры, ладони, по его спине пошли мурашки. Её прикосновение было таким простым и невинным, но в тоже время обманчивым, вызывая у Аякса непонятное чувство. Чайлд почувствовал, как кровь прилила к шее, лицу и ушам, оттого и был рад, что свет в пещере был настолько тусклый, что его смущение легко можно было спутать с отблеском пламени. Однако такое поведение вызвало у Люмин едва слышный смех. Но даже так, парень старался изо всех сил сохранить самообладание. Путешественница крепко, но также с нежностью сжала руку парня в своей, большой палец поглаживал тыльную сторону его руки, не разрывая зрительный контакт. Тарталья с трудом сдерживался, чтобы не наплевать на всё и не прильнуть к её губам для долгожданного поцелуя. Однако голос в голове навязчиво твердил, что всё это не останется без последствий как для него, так и для неё. И хотя девушка была готова принять его чувства, парень не мог поддаться внезапному желанию. Но даже эти мысли заставляли его желать большего. Он не просто жаждал с её стороны внимания и тепла, ему хотелось поцеловать эти манящие губы, заключить девушку в крепкие объятия и никогда больше не отпускать. Видя, что Аякс сомневается, Люмин хотела отстранится и уже собиралась убрать руку, но тот прижал её с таким отчаянием к себе, что мог почувствовать дыхание девушки, щекочущие шею. Она лишь прошептала два слова, от которых у парня пробежала дрожь по всему телу. «Что теперь?» Никогда в своей жизни сердце парня не билось настолько сильно, как от этого единственного вопроса. Хватка Аякса ослабла, но желание в груди всё возрастала. Его взгляд метался то на её губы, то на лицо. И когда он снова взглянул в глаза, все навязчивые мысли улетучились в мгновение ока. Девушка сама не выдержала и наклонила голову в бок. Так они оба поддались своим чувствам. Оба наклонились вперёд, соприкасаясь легонько лбами. Их тела были настолько близко друг к другу, что пара чувствовала, как их губы почти соприкасаются, а сердца бились одновременно. И, наконец, их губы встретились в нежном поцелуе. Ничего, кроме страсти и нужды оба не испытывали. Тарталья ощущал такое наслаждение, что его сердце наполнилось блаженным теплом при мысли о небывалой связи между ними. Покалывание в груди от их близости и прикосновений вызывало восторг. Особенно парень и представить не мог, что губы девушки были такими мягкими. Он часто говорил ей, что битвы были их способом узнать друг друга поближе, особенно когда он чувствовал, как его пульс совпадал с её, а также биение сердец, словно они были одним целым. Но теперь поцелуй, подобный этому, станет также его способом показать, как сильно она влияет на него, насколько она важна для него. Люмин даже не осознаёт, как он всецело принадлежит ей. Как только девушка нежно прикоснулась к его щеке, он чуть не растаял на месте. Это чувство было потрясающие, поглощающие, словно Аякс был пьян. Но в тоже время ему было настолько хорошо, как будто все шло именно к этому моменту. И поэтому его чувства обострились до предела, когда он почувствовал прикосновение к своей щеке, прикосновение её губ к его. Его рука легла сначала на плечо девушки, а затем медленно коснулась её лица, чтобы углубить поцелуй. «Это всего лишь поцелуй! Что в нём такого особенного?» — таким вопросом мог задаться маленький Аякс, но не в данный момент. Сейчас ему казалось, что он не просто касался её губ, а словно делился с ней переживаниями, признательностью и частью души. Ему хотелось лишь быть в её объятиях, и лишь огонь был бы свидетем их страсти, особенно когда короткий и единственный поцелуй перерос в нечто большее — в влечение к друг другу. То, как она целовала его, нежно касалась лица, как ее язык скользил по его рту, как она покусывала его нижнюю губу — всё это сводило парня с ума. И когда оба отстранились друг от друга, Тарталья почувствовал слабость и одновременно восторг при виде её нежного выражения лица и глаз, где отражалось его молчаливое признание любви. Люмин улыбнулась и легонько поцеловала Аякса сначала в лоб, затем в нос, и в конце концов снова её губы коснулись его рта. Парень всё ещё не отошёл от их первого поцелуя, чувствуя, как горят щёки и покалывают губы. И лишь спустя несколько мгновений он смог вернуть самообладание. -«Думаю, слова здесь будут лишними, да?» — усмехнулась Люмин, прижавшись к его лбу. -«Да, будут лишними». — прогудел Аякс. Её смех вызывал у него неизвестные ему раннее чувства. -«Но мы ещё не закончили…» — сначала Тарталья не понял о чём говорила девушка, пока не увидел её лицо в миллиметре от его. — «Буря до сих пор не стихла». — она смотрела прямо в его глаза с задором. -«Полагаю, что нет». -прошептал парень в ответ, наклоняясь за очередным поцелуем, признанием и обещанием.