расскажи, что моря не кончаются, как любовь никогда не закончится

Эмили завершила звонок с Уиллом и брела по улицам Дерри, осматривая окрестности. Она напомнила детям, где лежит еда, пообещала почитать с ними, как только вернётся, и попросила их быть максимально осторожными, пока её нет рядом. Эмили помнила о том, что какими бы самостоятельными ни были её дети, они всё ещё беззащитны перед Древним Злом. Она попыталась унять тревогу за своих малышей и продолжила поиски артефакта. Если честно, она понятия не имела, где он мог находиться, а потому шла, куда глаза глядят. В месяц ссоры с друзьями она часто гуляла без определённого маршрута, и поэтому доверилась своим чувствам. Женщина минула центральную улицу и пошла в сторону окраины, где, как она помнила, была синагога (из-за дружбы со Стэном - единственным её другом, которого одобряли родители - она часто там бывала, ожидая Стэна после службы). По пути Эмили вспоминала всё по частям, собирая, как паззл, и каждый раз по телу пробегала волна мурашек от всех чувств, которые она испытывала. Страх смешался с волнением, и руки Паркер дрожали от одних только мыслей о прошлом. Дойдя до синагоги, Эмили оглянулась, чтобы понять, куда нужно идти дальше, а потом, как по наитию, направилась чуть ниже - к трассе и мосту поцелуев. Если спуститься ещё чуть дальше - можно было попасть в чащу леса и, если поплутать, к огромной канализационной трубе, где они когда-то пытались найти хоть какой-нибудь намёк на то, что Джорджи Денбро всё ещё жив... Эмили вспоминает даже это и, аккуратно перелезая через мост, спускается в лес. Паркер не знает, куда идёт, но чувствует, что делает всё правильно. Ей кажется, что позади неё трещат ветки, и она останавливается, нервно осматриваясь. – Чертовщина какая-то... - выдыхает Эм и, не увидев никого, продолжает свой путь "в никуда". Пройдя ещё немного, она неожиданно останавливается и, сев на корточки, принимается разгребать листву и копать землю, чувствуя, что это именно то место, которое ей нужно. Женщина копает недолго, через несколько минут нащупав какой-то предмет. Она без раздумий поднимает руку с находкой в воздух, рассматривая - порванная цепочка с подвесом в виде буквы "Э". Сначала Эм не понимает, как это связано с ней, но память, оказав услугу, снова пробуждает воспоминания, которые доводят Эмили до слёз. Она обессиленно сползает спиной по стволу дерева и, закрыв рот рукой, тихо плачет, свободной рукой прижав к груди цепочку. Она всё вспомнила. flashback август 1989 года – Не уйдёшь, дрянь! - вопит Бауэрс, устроивший погоню за Эмили. Эмили не слышит ничего, кроме бешеного стука своего сердца, но бежит, бежит, бежит... В её голове только одно: "Не останавливаться". Остановиться сейчас - значит подписать себе смертный приговор. Она бежит по трассе и, перепрыгнув через заборчик моста поцелуев, кубарем катится вниз. Не чувствуя боли из-за адреналина и страха, Эм поднимается и бежит в чащу, но силы покидают её, и она тут же спотыкается о торчащие корни и падает на землю плашмя. Чёртова невнимательность! В этот день удача была не на её стороне. Эмили пытается подняться, но Генри и его дружки догоняют её за считанные секунды, ухмыляясь тому, как быстро добыча попалась в сети. Бауэрс подходит к пытающейся подняться девчонке и, перевернув на спину, берёт её за ноги и тянет к себе, нависая сверху коршуном. – Птичка в клетке, как мило, - усмехается Бауэрс, смотря в испуганные глаза Эмили. Ему всегда нравилось видеть страх в глазах потенциальной жертвы. – П-пошёл ты, Генри... - шипит Эм, пытаясь отползти, за что тут же получает пинок по рёбрам и корчится от боли. – Следи за словами, Уокер, - цедит Генри, – Со своей стаей Неудачников ты смелая, а без них ты кто? – Что тебе нужно от меня, Генри?... Оставь меня в покое... - тихо просит Эмили и, с трудом подняв взгляд, видит Виктора Крисса, смотрящего с долей сочувствия, и Белча Хаггинса, который смотрел на происходящее с интересом и азартом, поддерживая вожака. Как хорошо, что Патрик Хокстеттер, самый главный садист, пропал ещё месяц назад... От него когда-то пришлось страдать больше всего. Но Эмили чётко знает, что даже сейчас ей никто не поможет. – Ты же понимаешь, что за покой нужно будет заплатить? - ухмыляется Генри. Он садится на ноги Уокер и хищно смотрит прямо ей в душу, – Я не трогал только тебя всё лето, и это ли не покой? Ты заслужила такую милость только потому, что симпатична мне. А любишь ли ты меня? – Нет... Не-е-ет... - тихо шепчет Эм, вспоминая все молитвы и понимая, что этот день она может не пережить. Погибнуть от рук Бауэрса было страшнее, чем от Пеннивайза. – Оу, золотце, а где твой верный защитник Тозиер? Неужто он не хочет спасти тебя? - Генри корчит жалобную физиономию, а после ухмыляется, – Я знаю, что вы поссорились. Признайся, лягушонок Тозиер уже брал тебя? Не поверю, что ты ещё целомудренная девственница, - Бауэрс берёт Эмили за щёки и поворачивает её лицо так, чтобы она смотрела чётко на него, — Он не любит тебя, Эмили. – Любит! Он меня любит, Генри! Иди к чёрту! - Эмили протестует и пользуясь тем, что Генри не уследил за её руками, размахивает ими и бьёт наугад, попадая хулигану по лицу, – Ненавижу тебя! – Сука! - рычит Бауэрс и, подняв Эмили за ворот футболки, прислоняет её к ближайшему дереву, хватая её за шею. Пока что он ещё не душит, просто угрожающе сжав ладонь, но Эмили чувствует его агрессию и дёргается в попытках вырваться, – Я вырежу своё имя на твоей матке, Уокер! Не жди поблажек, я убью тебя прямо сейчас! Эмили пытается спастись, но только хватается ладонями за руку Бауэрса на её шее. Перед глазами всё расплывается от слёз и нехватки воздуха, но Эм борется за жизнь, отчаянно хватаясь за её краешек. – Генри, Генри, Генри... - к Бауэрсу подбегает Виктор и тормошит его за плечо, понимая, что ещё пол-минуты - и друг задушит девчонку, – Остановись, мать твою! – Вик, отъебись! - Генри отвлекается на Виктора, его хватка немного слабеет, и Эмили идёт на риск, находясь между жизнью и смертью. Уокер дёргает ногами и бьёт Генри в живот, и парень, не ожидавший такого, валится на землю, пытаясь удержаться за цепочку, висящую на шее Эмили. Он рвёт тонкое серебро, чудом не задев шею Уокер. Девчонка же, не теряя изворотливости, убегает настолько быстро, насколько это можно было сделать в её состоянии. Сзади неё снова слышны крики, погоня не отстаёт, но в голове только одно: "Добраться до людей. Бежать. БЕЖАТЬ. БЕЖАТЬ!!!" Она приходит в себя только в какой-то подворотне, когда крики позади неё стихают. Эм осматривается и, хрипя, хватает кислород ртом, будучи не в силах насытиться ценным воздухом. Ещё через несколько минут на неё накатывает осознание произошедшего, и она скатывается по стене на землю, поджав колени к груди. Не обнаружив на шее цепочку с подвесом - подарок от бабушки - Уокер окончательно расклеивается и начинает тихо плакать. Взяв себя в руки, Эмили поднимается и бредёт домой, изредка всхлипывая и вытирая тыльной стороной ладони катящиеся по щекам слёзы. Если бы не Виктор и его сочувствие, то её, возможно, уже бы и не было. Эмили ничего не рассказывает родителям, которые ей не поверили бы, и поэтому первым всё узнаёт Стэн, а этим же вечером, от Уриса, обо всём узнаёт Ричи, который приходит в ужас и решает поговорить с возлюбленной, пробравшись к ней через окно. Сначала Уокер была готова метнуть в Ричи что-нибудь тяжёлое за влом, но, поняв, как сильно ей его не хватало, впустила балабола в комнату. — Я скучал, - признаётся Ричи. Эмили молчит, в её голове путаются дни, и она устало выдыхает, пытаясь подобрать слова. Тозиер принимает это на свой счёт и снова принимается что-то говорить, но останавливается, прерванный мягким поцелуем. — Ты не обижаешься? - шепчет Ричи, ненадолго разорвав поцелуй. — Уже нет, - улыбается Эмили, поглаживая плечи Ричи. — Точно? — Точнее некуда, Рич. Тозиер укладывается на кровать и сгребает лёгшую рядом с ним Эмили в объятия. Им не хватало любви друг друга всё это время. – Я не переживу, если с тобой случится что-то подобное ещё один раз... - шепчет Ричи, целуя Эмили в макушку. – Вот и не бросай меня снова, если не хочешь... - ворчит Уокер, прижавшись к возлюбленному. – Я сильно вспылил тогда, жопка. Прости, пожалуйста... Теперь я всегда буду рядом, - Тозиер улыбается, и Эмили не может не улыбнуться в ответ. – Я люблю тебя, Рич. – Я тоже люблю тебя, Эм. Эмили быстро засыпает, чувствуя родное тепло, а Ричи, одевшись, накрывает её одеялом и тихо покидает комнату через то же окно, наконец-то чётко понимая, что им с Эмили нужно держаться вместе. the end of the flashback. Эмили сжимает в руке цепочку с подвесом, понимая, что нашла свой артефакт. Это значит, что ей нужно возвращаться обратно, чтобы покончить с Древним Злом как можно быстрее. Она напрявляется к нужной тропе, но тут же замирает от лезвия ножа, прислонившегося к её шее. – Соскучилась по мне, Уокер? - Эмили слышит голос позади себя и впервые за столько лет чувствует настоящий животный страх, понимая, кто это. Генри Бауэрс. – Это ты, Генри?... - она принимает правила игры, зная, что по-другому ей не спастись. – Я, Уокер! – Что с тобой случилось, Генри?... - спрашивает Эм, натягивая маску обеспокоенности, как будто бы и правда сочувствуя психопату, который чуть не убил её в 1989-м году. – Из-за тебя и твоих дружков я попал в психушку, - голос позади неё звучит неадекватно и приобретает истерические нотки, – Я так хочу вас убить, Уокер! Ты бы знала, как я хочу вас убить!... – Подожди, Генри, не нужно... - Эмили не выдаёт дикую панику и осторожно убирает нож от своей шеи, с удивлением понимая, что Бауэрс не сопротивляется, – Ты же всё ещё меня любишь? – Ненавижу, Уокер! - в сердцах восклицает Генри, смотря в глаза Эмили, которая, видя жуткого мучителя из прошлого, была готова упасть в обморок. Он ни капли не изменился, максимум, став ещё более страшнее и окончательно обезумев, — Я убью вас всех, и ты умрёшь первой! Я сделаю то, что обещал! – Генри, подожди, умоляю... - она отступает на пару шагов назад и, найдя взглядом нужную тропинку, тянет время, чтобы сбежать, – Помнишь, каким ты был в детстве?... Я помню тебя... Я помню, как мы когда-то играли вместе... Я, ты и Крис... Ты помнишь Криса Уокера, моего брата?... Он умер в 1981-м году... Вы с ним были очень дружны... - она несёт околесицу, но, видя глаза Генри, понимает, что он верит в игру, которую она устроила. – Крис...! - с болью восклицает Генри и, выронив нож, падает на колени, горько вздыхая. Эмили понимает, что другого времени для побега у неё не будет, и поэтому бежит по тропинке, не видя перед собой ничего и надеясь, что Бауэрс не понял, что произошло. Она не знала, что столкнётся со своей юностью настолько близко. Быстро идя вдоль дороги, она поднимает взгляд небо. Увидев красный шарик, летящий в воздухе Эмили немного тормозит и смотрит по сторонам. Недобрый знак пугает, и потому она спешит уйти. – Скучала по мне, Эмили? - раздаётся голос, кажется, со всех сторон, и Эмили отшатывается в сторону. Этот голос - голос Пеннивайза - она узнает из тысячи, и поэтому ей нужно понять, где находится опасность, — Оооу, какая радость... Малышка Эмми снова спаслась! Похвально, похвально! — Отвали! - вскрикивает Эмили, ускоряя шаг. – Как невежливо... И ты думаешь, что тебя можно полюбить? - жалобно произносит голос Пеннивайза, и Эм вздрагивает, – Тебя никто не любит и никогда не любил - ни мамочка, которую убил твой папочка, ни твои дети, которые скоро умрут, ни твой милый Ричи, которого ждёт такая же судьба, как и тебя. Мы все летаем, Эмили! И они будут летать! И ты будешь... - Пеннивайз появляется прямо перед ней, и Эмили, плюя на всё, бежит с такой скоростью, которой у неё никогда не было. Ей кажется, что она слышит звон колокольчиков и чувствует запах сладкой ваты, и это добавляет адреналина, заставляя не останавливаться. В голове бегущей строкой проматывается только одна мысль: они все умрут, если оставят всё, как есть.

***

Эмили приходит в себя только тогда, когда падает на диван в лобби гостиницы. Она закрывает лицо руками и пытается отдышаться, но тут же подрывается с места, боясь, что пока она разлёживалась, с Уиллом и Робин случилось что-то страшное. Эмили врывается в комнату, будучи готовой ко всему, но испытывает огромное облегчение, смотря на Уилла, Робин и сидящего с ними Ричи, который увлечённо помогает ребятам сделать кораблик из бумаги. – Мама! - с улыбкой кричит Роб и, подскочив с кровати, мчится обнимать Эмили, – Дядя Ричи сделал мне котика из бумаги, а у Уилла там целый самолёт! - она протягивает Эмили бумажного котика, и Эмили чувствует, что сейчас заплачет, снова растрогавшись от того, как Ричи ведёт себя с её детьми. – Как здорово, Роб! Вы дядю Ричи не замучили, банда? - улыбается Паркер, поглаживая дочь по волосам. — Дядя Ричи сам вызвался помочь! - отчитывается Уилл, и Эмили хохочет. – А если дядя Ричи уложит Робин на тихий час - цены ему не будет, - отвечает Эм, беря на руки уже начавшую канючить девочку. – Неееет! Мам! Я не хочу спать! - Роб пытается убежать, но Эмили знает, что если дочь включает капризу - ей точно пора на тихий час. – А сказку хочешь? - заговорщическим тоном спрашивает Ричи, забирая Робин у Эмили. – Хочу! - сразу успокаивается Роб, смотря на Тозиера. – Тогда давай спать, а, Робин Гуд? - улыбается Ричи и, получив кивок в ответ, начинает операцию "Уложи спать неугомонную девчонку", а Уилл помогает ему, сочиняя сказку на ходу. Эмили садится рядом с ними, и такой дружной командой они помогают Робин уснуть буквально за пятнадцать минут. – Невероятно... Электровеник спит, - усмехнулся Уилл. – Действительно - невероятно, - улыбается Эмили, — Вы поели? — Угу, - Уилл кивает, – Перекусили орехами, яблок поели. В общем, все сыты и довольны. Я хочу в ютубе посидеть, пока Роб не проснётся. – Мои умнички, - хихикает Эм, целуя сына в макушку, – Сиди конечно, только будь на связи, ладно? – Договорились, - Уилл показывает жест "ок" и, плюхнувшись на соседнюю кровать, подключает наушники к телефону и залезает в ютуб. Эмили, с улыбкой посмотрев на детей, выходит из комнаты, и Ричи следует за ней, думая, что если бы не сумасшедший Рик Уокер - он и Эмили стали бы настоящей семьёй ещё давно. – Спасибо за то, что посидел с ними, Рич... - тихо произносит Эмили, притворив за собой дверь, — Я думала, что умру от тревоги за них, пока искала этот чёртов артефакт... – И мне не сложно, и детям нравится, что с ними такой смешной дядька сидит... - натянуто улыбается Ричи, слыша упоминание артефакта, — Ты нашла его? – Нашла... А ты? – Да, я тоже... - нервно выдыхает Тозиер, – Прости, но это всё мне осточертело... Вся эта хрень с прошлым... Я вспомнил даже то, что не хотел, и поэтому я отчаливаю домой, Эм. Прямо сейчас. И я прошу тебя и детей поехать со мной, пока есть возможность, - он разворачивается и уходит в соседний номер, чтобы продолжить собирать вещи. – Рич, ты что?!... - шокированно произносит Эмили, смотря на Ричи, – Нет, нет, нет, подожди, не надо! - она бежит за Тозиером и врезается в его широкую спину, крепко обнимая сзади, от чего мужчина останавливается и вздрагивает, – Нельзя уезжать, ни в коем случае, Ричи!... Пожалуйста, послушай меня! – Назови хотя бы одну причину, почему я и ты должны остаться в этой дыре, - голос Ричи звучит отрешённо, но он, изнывая от чувств, кладёт свои руки на ладони Эм, — На кону наше будущее. – Мы умрём, - тихо отвечает она, – Ты, я, Уилл, Робин, наши друзья... Оно никого не пощадит... А я умру, так и не рассказав тебе правду. Ричи не выдерживает и, повернувшись, вжимает Эмили в стену для того, чтобы поцеловать. Сначала он делает всё осторожно, но, не видя сопротивления, делает поцелуй развязнее, оглаживая руками талию возлюбленной. Эмили прижимает Ричи к себе за шею и поддаётся ему во всём, желая, чтобы это длилось вечно. То, чего ей так не хватало, наконец-то снова было у неё. Любовь. Вот, что было ей (им) нужно. – Ты не изменился, Рич, - Эмили отстраняется и, улыбаясь, гладит Ричи по щетинистой щеке. – Ты тоже, жопка, - хитро улыбается Ричи, блаженно смотря на Паркер. — О, боже, Рич... - Эмили пробирает дрожь от прозвища, которым её называл только балабол, – Мы слишком близко к прошлому, я сейчас в обморок свалюсь от переизбытка воспоминаний. – Я отлично понимаю тебя... Давай вспомним всё вместе, когда это дерьмо закончится? - тихо спрашивает Ричи, беря Эмили за руку. – Да... Вместе, - кивает Эмили, сжав руку Ричи в ответ. Возможно, небеса сжалятся над ними и дадут ещё немного времени на то, чтобы пожить.

***

Эдди возвращается в отель и, возмущённый, поднимается в свой номер. Он сразу же залетает в ванную комнату и, выкрутив краны на максимум, принимается умываться. – О, этот прокажённый блеванул на меня! - психует Каспбрак, пытаясь смыть с себя мерзкую жижу, – Привет, это Майк! Возвращайся в Мэн! Тьфу... - Эдди выключает воду и закрывает дверцу шкафчика, висящего над раковиной, приходя в ужас от того, кого видит позади себя. Генри Бауэрс. О, чёрт... – Твой черёд, Эдди! - хищно говорит Генри, вонзив нож в щёку Каспбрака. Он садистки хохочет, смотря на скривившегося от боли парня. — За что?!... - спрашивает Эдди, смотря прямиком на того, кого боялся больше микробов и антисанитарии, – Зачем ты это сделал?!... – Потому что он сказал, что твой черёд! - улыбается Генри, от чего Эдди впадает в ещё большую истерику. – Кто?! Кто это сказал?!... - Каспбрак пятится к ванне, чувствуя, что ещё немного - и он умрёт от страха. Или от приступа астмы. Или и от того, и от другого одновременно... – Ты знаешь, Эдди, - чётко произносит Генри, смотря на мужчину, – Ты знаешь. Пора летать! Эдди, ведомый паникой, смеётся вместе с Генри и залезает в ванну, задёргивая штору. Ему нужно выждать немного времени... – Куда же ты? - спрашивает Генри, медленно подходя к ванне, – А ну отдай мне мой сраный нож! - Бауэрс собирается отдёрнуть шторку, но Эдди вонзает в него нож, который вынул из своей щеки. Психопат отшатывается назад, а Эдди торопится вылезти из ванны и на негнущихся ногах идёт к выходу, не веря в то, что он только что сделал. – Тебе бы подстричься... Так уже никто не ходит... - давит Каспбрак и, выйдя из ванной, позволяет себе панически заорать, – РЕБЯТА! Эмили и Ричи мигом выскакивают из своего номера, а Бев и Бен, которые находились внизу, мчатся по лестнице. Билл, до этого протараторив что-то про мальчика, живущем теперь в его доме, торопливо уехал куда-то, и Бев не смогла его остановить. Беверли поднимается наверх и испуганно вскрикивает, видя окровавленного Эдди и ребят, которые пытались его удержать. – Боже, Эдс, что с тобой?! - шокированно спрашивает Бен. – У меня в номере Бауэрс, - булькает Эдди. Этого было достаточно для того, чтобы Бен помчался в номер Каспбрака, а Ричи, взяв друга за плечо, потащил его вниз, пока девчонки пытались найти аптечку. Бен забегает в ванную комнату, видит кровь на полу и, подбежав к разбитому окну, смотрит на то, как Бауэрс, как ни в чём не бывало, достаёт из своей груди нож, не спуская с лица ухмылку. Хэнском видит Генри и вспоминает всё, что так хотел забыть. flashback – Я вырежу своё имя на этой свинье! - рычит Бауэрс, пока его друзья держат пытающегося вырваться Бена. – Помогите! - кричит мальчишка, а потом корчится от боли, чувствуя, что Генри режет его живот. Сквозь пелену слёз он видит садисткое удовольствие Патрика Хокстеттера, злобный оскал Генри и немое одобрение происходящего Виктором Криссом и Белчем Хаггинсом, которые держали его руки, не позволяя вырваться. the end of the flashback Генри, заметив Бена, посылает ему воздушный поцелуй и, ненормально смеясь, бежит к машине. – Минус один! - довольно кричит он, после чего машина, за рулём которой находится неизвестный водитель, исчезает с парковки. Бен поджимает губы и возвращается обратно к друзьям, которые привели Эдди в более-менее живой вид. Он всё ещё очень нервничал, и Бев уговорила его пойти хоть немного поспать. Эмили и Ричи, решив развеяться, выходят на улицу. – Вот же конченный ублюдок этот Бауэрс! - злится Тозиер, – И как он вообще нас нашёл?! Он не мог следить за нами! – Рич... Я увидела Генри, когда искала артефакт... - признаётся Эмили, зажигая сигарету. – Чего?! - произносит Ричи, – Почему ты молчала? – Я надеялась, что он остался таким же тупым, но в этот раз, кажется, им управляет кое-кто сообразительнее... - вздыхает Паркер, делая затяжку. – Господь бог, Эмили... - шепчет Ричи, сгребая Эм в охапку, — А если бы он прикончил тебя, Эдди или кого-нибудь из нас? Где ты вообще его нашла? – Если спускаться от синагоги на окраине Дерри вниз, то можно дойти до моста поцелуев... Оттуда я спустилась в лес и нашла свой артефакт, ну и Бауэрса вдобавок... - нервно улыбается Эмили. – Больше не пущу тебя одну, блин! Надо же, хренов Бауэрс нашёлся... Стой, погоди... Синагога? - спрашивает Ричи. – Да... Там была бар-мицва Стэна, а через несколько лет, на одной из служб, куда нас с тобой позвали, Стэн поспорил со старым раввином, которому не понравилась его речь... Это было феерично. Мы сбежали из синагоги и гуляли до поздней ночи... Ты не помнишь? – Тот день, когда Стэн послал всех к чёрту и сказал, что останется Неудачником навсегда? - улыбается Ричи. – Именно. Мы так им гордились, Рич! – Это да!... Ты помнишь, о чём он конкретно говорил? – Да, кажется... Я помню.

***

Отобрав микрофон у старого раввина, Стэнли поднялся на трибуну, тем самым привлекая к себе всеобщее внимание. Эмили дёрнула Ричи за рукав, и он, вылупив глаза, наблюдал за Урисом, который наконец-то решил пойти против правил. – Да! Да, я стал мужчиной несколько лет назад, и... Это странно. Думаю, у каждого есть воспоминания, которыми он гордится больше, чем другими. И... Возможно, поэтому перемены так пугают. То, что мы, к сожалению, не можем забыть... Шёпот, который нельзя заставить стихнуть... Кошмары, от которых хотелось бы пробудиться... Воспоминания, которые мы очень хотели бы изменить... Секреты, которые нам приходится хранить... Это то, с чем сложнее расстаться... А хорошие воспоминания? Картинки в нашем сознании, которые быстро исчезают? Эти частички себя потерять легче всего... Может быть, я не хочу забывать? Возможно, в этом был смысл моего обряда становления мужчиной - забыть всё? – Спасибо, Стэнли... Ты можешь уходить, - прерывает сына Дональд Урис, пытаясь забрать микрофон. – Я стал мужчиной давно, но я не чувствую себя по-другому, - Стэнли спускается с трибуны и, повернувшись к отцу и старому раввину смотрит прямо на них твёрдым, как сталь, взглядом, – Я знаю - я Неудачник и, несмотря ни на что, всегда, мать вашу, им останусь. Толпа осуждающе смотрит на Стэна, опозорившего честь семьи, а Ричи и Эмили, поняв, что нужно спасать положение, поднимаются со своих мест и, догнав Стэна, берут его за руки и бегут в сторону выхода. Урис не сопротивляется и бежит за друзьями, плюя на всё. – Это наш Стэнли! Выкусите! - напоследок кричит Ричи, и трио скрывается за углом, направляясь к Пустоши. Они будут гулять до наступления вечера, а потом встретят закат на берегу карьера, разговаривая обо всём на свете. – Спасибо вам, ребят... - тихо произносит Стэн, смотря на уходящее за горизонт солнце. – Это мы должны тебя благодарить... - отвечает Эмили, улыбнувшись. – Да! Ты хорошенько проехался по этим старпёрам! - соглашается Ричи. – Мы очень тобой гордимся, - Эмили обнимает Стэна за плечи, – Ты невероятный, Стэнли. – Малышка Эм права! - ободряюще улыбается Ричи, обняв Уриса за шею, – Клянусь, Дон Урис съел свою кипу от того, что мы натворили! – Даже если он запретит нам общаться - я всё равно буду тусоваться с вами, - улыбается Стэн, – Я люблю вас, ребят. – И мы тебя любим, Стэн-Супермен! - почти что в унисон отвечают Ричи и Эмили и, улыбаясь, крепко обнимают друга. Сегодня был самый лучший день в жизни Стэнли, который он запомнил на всю оставшуюся жизнь.

***

– Спасибо Стэну за самую настоящую правду... - грустно улыбается Ричи. – Он, как никогда, был прав, - вздыхает Эмили и, сделав последнюю затяжку, выбрасывает окурок, – Я так по нему скучаю... – Я тоже, малышка Эм... - Ричи обнимает Эмили, — Стэн наблюдает за нами, а ещё очень гордится нами и нашей смелостью, и поэтому мы не должны его разочаровать. – Да... - кивает Эм, прижавшись к Ричи, — Вечером нам нужно будет к Майку, в библиотеку... – Верно... Убьём клоуна и вернёмся домой. Они возвращаются в гостиницу и, решив немного отдохнуть, расходятся по номерам. Прямо перед самой дверью Ричи ловит Эм за руку и, притянув к себе, целует в лоб. Целомудренный поцелуй смешит Эмили, и она, слыша сказанные шёпотом слова о любви, верит в то, что им всем правда дадут больше времени на жизнь. Играя в жизненную лотерею, чтобы выиграть свой шанс на право наконец-то стать по-настоящему счастливыми, они обязательно поймают удачу за хвост.