По закоулкам памяти.

      Первый раз, когда Мирон встретил его был на собрании высшего совета богов.       Он тогда был глупым полубогом, маленьким и столь наивным что смешно. Мирон и его сестра очень долго уговаривали их мать, дабы та разрешила им пойти с ней, но та упорно отказывала им. В конце концов, та, устав от вечных просьб своих детей, разрешила тем желанное. Это был первый раз, когда его мать поддалась на уговоры и все-таки разрешила ему и его сестре Мирии с ней. Она всегда была женщиной сильного характера, что было очень необходимо среди богов, ведь те, как заведено, постоянно соперничали друг с другом. Мирон и Мария были очень взволнованы, ведь они увидят других богов… Другие боги… Интересно, какие они? Мама часто сплетничала о них с мисс Фуной — своей давней подругой и, судя по их рассказам, некоторые особы были не особо им приятны. Тем не менее, маленького полубога со своей сестрой это не расстраивало и не останавливало, они все также горели желанием туда пойти.       И вот, настал волнующий момент в жизни Мирона. Он очень волновался в то время как Мария, кажется, вообще ни о чем не беспокоилась. Его удивляло вечное спокойствие его сестры. Она в любой ситуации сидела так, будто ничего такого страшного и не происходит. Возможно, именно поэтому маме она нравилась больше, чем Мирон. Тем не менее, Мирон надеялся, что и она в глубине души взволнована, ему не хотелось быть единственным «пугливым» в из компании.       Всю дорогу Мирон думал о том, как же другие боги посмотрят на него. Как они его примут? Они будут смеяться над ним? Он всеми силами старался отогнать эти мысли от себя, но сознание рисовало самые изощрённые способы его унизить и с каждой секундой они становились всё более мерзкими. Он до того был поглощён в собственные мысли, что не заметил, как они уже стояли у двери.       Дверь была белого цвета, на ней красовались разного рода узоры в основном золотого цвета, на ручке красовался большой красивый камень ляпис-лазури, а по центру двери был неизвестный ему символ, но он был столь красив, что он решил его запомнить. По крайней мере, сейчас.       Из-за двери слышались разные голоса, они были разных интонаций. Какой-то из них был слишком весел, другой же наоборот, был полон чрезмерного уныния, а какой-то вообще был лишён каких-либо чувств.       — Чем эти дикари там заняты? — послышался недовольный голос матери. Она не сильно любила шум.       Она распахнула дверь и пред взором её предстал зал, а там сидели множество богов. Один из них Мирону хорошо запомнился.       Его волосы были каштановыми, длинными, с довольно длинной чёлкой, что открывал вид на лоб, а на лбу красовалась прекрасная Звезда, или, по крайней мере, что-то отдалённо напоминающее её. У него была довольно открытая одежда, он носил некий топ, что открывал вид на живот и тоже был в узорах синего цвета. У него были слегка мешковатые белые штаны, на ногах были какие-то туфли. Поверх топа были прекрасные украшения, чем-то напоминающие ему Броню. На руках были перчатки, но короткие. Лицо его было ровным и красивым, глаза его были серыми, словно серебро, а зрачок был фиолетового цвета. Прекрасен.       Он смотрел прямо на него, Мирон стыдливо отвернулся. Он только сейчас понял, что откровенно пялился на незнакомого ему Бога! Какой позор и стыд!       Мама приказала им сидеть тихо в сторонке, дабы не привлечь к себе личного внимания. Все они за столом сидели и обсуждали, как самому Мирону казалось, скучные вещи. Он смотрел на Бога, которого завидел ещё в самом начале, Тот был красивым, и очень даже. На его лице сверкала хитрая улыбка, а серые глаза были прищурены, он внимательно слушал всех, иногда говоря что-то своё, вставляя свои пять копеек. Мария же внимательно слушала мать, а не одного молодого Бога.       Тут, «безымянный» Бог резко повернул голову встретившись со взглядом маленького мальчика, тот улыбнулся ему, так нежно и по-доброму, что Мирона невольно отвернулся, но всё же подарил ответную улыбку, от чужих уст послышался смешок. Он был совсем не злой, нет! Он был очень добрый и милый, будто старый друг смеется с тобой вместе над какой-то очень смешной шуткой, а ты дополняешь ее и от этого вам становится забавнее вдвое.       Мирон очень долго старался не смотреть на старшего, но все же искушение время от времени брало вверх и мальчик все же украдкой кидал взгляд на мужчину. Иногда тот ловил на себе взгляды неизвестного, но быстро отворачивался или переводил взгляд на что-либо еще, главное не смотреть в глаза так называемую, оппоненту по неким "гляделкам".       Под конец собрания, пока мама Мирона все еще болтала с какой-то неизвестной ему Богиней, к нему подошел тот самый бог, что играл с ним в "Гляделки" на собрании. Тот легко улыбнулся ему прищурив глаза, после чего присел на корточки и сказал:       - Здравствуй, Дитя, - бархатный тембр голоса говорил с осторожностью, боясь отпугнуть собеседника помладше - я видел, как ты смотрел на меня во время собрания совета и ты, наверняка, хотел бы знать мое имя, не так ли?       Мирон легонько покраснел, но все же кивнул ему.       - Мое имя - Прометей, милое дитя, а твое..? - голос его все еще выражал осторожность, но уже был чуть смелее.       - М-Мирон... - тихо, но достаточно громко что-бы это услышал близлежащий человек, сказал мальчик.       - Мирон? Хм, очень милое имя! - с улыбкой на лице сказал Прометей, в это же время поглаживая того по голове       Те несколько минут молча смотрели друг на друга, боясь что-либо сказать, как вдруг послышался знакомый женский голос - это была мать Мирона и та была явно не очень довольна тем, что ее ребенок не с ней.       - Мирон! Почему ты ушел так далеко? Я очень испугалась за тебя, - та сделала паузу, а после кинула мимолётный взгляд на Прометея, - да и с Богом Начала. Он наверняка доставил тебе много проблем, да?       Тот, поднявшись с колен лишь улыбнулся ей и сказал:       - Ох, конечно нет! Твой малыш очень мил - тот улыбнулся еще шире, после чего взглянул на Мирона.       - Я очень рада, но нам пора идти, да, Мирон?       Мирон лишь легонько кивнул, все еще смотря на Прометея так, будто высшего Бога увидел, а тот лишь улыбался ему.       - Что-ж, тогда прощай, Прометей, - та легонько помахала тому рукой и мило улыбнулась.       Прометей же, лишь растянул губы в улыбке, тоже помохав. Мирон все еще смотрел на него, на что Бог лишь улыбнулся и подмигнул ему. Мирон вновь отвернулся краснея.       По дороге, маленький Полубог все думал о новом знакомом и невольно улыбался, на что Мария лишь дарила ему вопросительные взгляды иногда спрашивая, мол, что с тобой? Мирон же говорил: «Ничего такого, просто вспомнил кое-что»

Интересно, а Мирон встретится с ним еще раз?