Все не так, как было раньше

Мо Жань бодро топал по лесу. Ночные птицы тихо свистели, трава мягко проседала под ногами от недавнего дождя. На плече у юноши болтался колчас со стрелами а в руке он держал лук. Выходные быстро шли, впереди оставался всего один день. Ребята решили вернуться в академию на утро, после охоты на которую пошли ночью. Неделя прошла в целом мирно, компания сдружилась — даже Юйхэн был с ними. Пусть он и молчал почти все время, но сам факт присутствия был. Мо Жань умудрился подружиться с Наньгун Сы, он с ним во многом был похож — начиная с выбора стиля боя и заканчивая предпочтениями в публичных домах. Они решили, что и в академии будут держатся всей четверкой. Весёлый и наглый как хаски Мо Жань, добрый и игривый как волчонок Наньгун Сы, мягкий и самовлюбленная как павлин Сюэ Мэн и холодный и строгий как белый кот Чу Ваньнин. ** Мо Жань был не один. Где-то поблизости ходил Чу Ваньнин, но его слышно не было. То и дело Мо Жань замирал, прислушиваясь. Наконец он улыбнулся и зайдя за дерево беззвучно наложил стрелу на тетиву. Мгновенно вывернув из-за дерева он единым выстрелом уложил неосторожного зайца. Мо Жань подошёл осмотреть добычу и вероятно завтрак. Удивительно большой белый заяц. Юноша вынул стрелу из тела животного и закинул тушку в заплечный мешок, где уже покоились три куропатки, а затем отправился на полянку, где увидел Чу Ваньнина. — На кого ты охотишся? Всю дорогу смотришь на какие-то следы… — Мо Жань не любил искать добычу. Он любил её ловить. — На оборотня судя по всему. Молодого оборотня. — Чего… Так, мы же хотели просто поохотится. — А я по твоему страдаю дебилизмом? — Чу Ваньнин встал и отправился к востоку. — Как думаешь, почему жители не сообщили о появившемся звере? — Ну… Не нападал ни на кого. Хотя это маловероятно, особенно если он, как ты говоришь, молодой. Может академия слишком завышает цену? -… — Юйхэн остановился около дерева с царапинами на стволу. — Он был здесь. Недавно. — Стой… Мы же проходили сдесь меньше четверти часа назад, ничего не было! Значит он где — то… — Пригнись!!! Мо Жань инстинктивно послушался и над его головой тут же пролетели монстр, свалив с ног Юйхэна. — Осторожно! — Мо Жань вскочил, выхватывая меч и направляясь к монстру. Тот отвлекшись от своей случайной жертвы отразил его удар и поцарапав Мо Жаню бок, швырнул его в дерево. Юноша вскрикнул от неожиданной боли, но быстро оправившись встал. От удара немного кружилась голова, так что ему понадобилось некоторое время на то, чтобы прийти в себя. Когда он поднял голову, то оборотень безмолвно валялся на земле, а Чу Ваньнин с брезгливым выражением лица вставал с земли. — Мерзость! — он стряхнул с руки чёрную кровь и недолго думая отрубил оборотню голову, которую замотался в какую-то тряпку и засунул в мешочек Цянкунь. Мо Жань пошатываясь подошёл к нему. — Как ты его… У тебя есть меч? — юноша удивлённо уставился на длинный меч с тонким золотым лезвием. — Хуайша, домой. — меч засветился и исчез в воздухе. — Да. У него огромная жажда крови, трудно контролировать, но сдесь выбора не было. Слишком быстро появилась эта тварь. — Сстой… Этот меч ведь тоже не из простых. — Угу. Сильнейшее моё оружие. Но я предпочитаю использовать Тяньвэнь или Цзюгэ, Хуайша я стараюсь не использовать. — Подожди ты! То есть, и Тяньвэнь, и Цзюгэ, и Хуайша…у тебя три божественных оружия?! — И что. — абсолютно безразлично ответил Юйхэн. — а то у тебя их не два. — Фффф… Но… Я же старше на два года, а… а у тебя их уже три! Да редко у кого второе то бывает!!! Стоп, а кто такой Цзюгэ? — Гуцинь. Попрошу тебя не говорить об этом. Вообще тебе лучше забыть про все, что ты узнал сейчас. Для этого мира существует только Тяньвэнь. — Ааа… Эээ… Ладно… Хорошо, хорошо, я правда никому не скажу. — Ты ранен. — А? А да, просто царапина.- махнул рукой Мо Жань. — Прости. Это из-за меня ты ранен. — Пфффффффф!!! Чего? Ты извиняешся за то, что меня оборотень царапнул? Господи, вот за что ты мне, а? Чу Ваньнин молча взял Мо Жаня за запястье и потащил к озеру, которое было где-то неподалёку. Когда они оказались на берегу тот аккуратно промыл царапины от когтей и намазал какой-то прохладной мазью. Мо Жань пытался разговорить Чу Ваньнина, но ему так и не удалось вытянуть из него ни слова. Позже они вернулись в гостиницу. Мо Жань сразу завалился спать, а Чу Ваньнин просто лежал, свернувшись в клубочек. Он хотел спать, но заснуть не мог. Бессонница не была для него редкой гостьей.