Координаты не найдены

      5 курс Хогвартса, начало учебного года Кудрявая девушка быстрым шагом шла по запутанным коридорам школы. Как назло лестницы каждый раз меняли свое направление, лишь задерживая ее. Она опаздывала на встречу со старым приятелем уже на целых 15 минут. Для нее это казалось чем-то неприличным и немыслимым. Они только стали снова дружить, а гриффиндорка уже заставила его ждать. Ее кудряшки подпрыгивали на каждом шагу, а улыбка озаряла лицо, на котором виднелся румянец. Посмотрев на Гермиону, казалось, что случилось что-то невероятное: может Министерство Магии ввело новый закон о защите домовых эльфов или Амбридж сняли с должности? Но, к счастью или сожалению, нет. Девушка лишь возобновила общение со своим другом — человеком, который на первый взгляд казался холодным и непробиваемым, но на самом деле он был дружелюбным и милым с ней. Забежав в библиотеку, гриффиндорка кивнула Мадам Пинс и прошагала к стенду с книгами и свитками, посвященными Зельеварению. Увидев своего друга, девушка лишь улыбнулась и, со слегка различимой одышкой, проговорила: — Тео, привет еще раз! Прости, что опоздала, меня просто задержали. — Что-то случилось? Ребята с моего факультета? — посмотрев на подругу взволнованным взглядом, сказал Нотт. — Нет-нет. Просто Амбридж действительно оказалась неадекватной. Не понимаю, почему Министерство направило ее в нашу школу, — всплеснув руками, сказала Гермиона. Для нее практика защитных заклинаний была незаменима для обучения этому предмету, тем более в нынешние времена. — Они просто не верят директору и Гарри, это же понятно. Ты же видела все эти статьи в Пророке, — проговорил парень, а после, усмехнувшись, добавил, — интересно, сколько галлеонов получила Скитер за ее грязную работенку? — Думаю, много, — улыбнулась девушка, — начнем с лечебных зелий? — Мы ждем лишь тебя, наша любознательная госпожа, — подмигнул Теодор. Однокурсники переглянулись и тихо рассмеялись. Им нравилось работать вместе: оба интересовались учебой, а лучший способ запоминания — это что-то объяснять другому человеку. Их совместное написание докладов сопровождалось шутками и беззаботными улыбками, как будто они были студентами только 1 курса. После пребывания в библиотеке, старые друзья вместе пошли на ужин. Хозяйка дворца книг — Ирма Пинс — лишь улыбнулась, видя эту картину. Женщина частенько наблюдала за парочкой в прошлом учебном году и была расстроена, перестав их замечать. Этот дуэт казался ей странным, но до чертиков интересным. Библиотекарша также видела и косые взгляды, обращенные на их тандем. Многие однокурсники, замечая слизеринца и гриффиндорку вместе, выдумывали грязные вещи об их времяпровождении, начиная с зелья Амортенция и заканчивая заклятием Империус. — Кстати, что по поводу Амбридж? Я так и не понял, что произошло, если быть честно, — почесав затылок одной рукой, нелепо улыбнулся Тео. — Ох, она использовала черное перо в качестве отработки, представляешь? Джинни и несколько ее однокурсников отличились на занятии, а после оказались на свидании с Мадам Помфри, — размахивая одной рукой и придерживая второй рукой новый том, который для девушки казался книгой для легкого чтения, сказала Гермиона. — Прости, но черное перо? Перо черного филина или как? — проговорил слизеринец. — Ты серьезно не слышал о нем? — девушка посмотрела на приятеля изумленным взглядом, — это особое перо, которое не требует чернил. Вместо них используется кровь, а все написанное на пергаменте отражается на руке пишущего, — нравоучительным тоном начала рассказывать о свойствах пера Грейнджер. Тео лишь улыбался, слушая некую лекцию от девушки. Он обожал слушать ее и узнавать что-то новое. Иногда создавалось впечатление, что гриффиндорка знает абсолютно все об этом мире, хоть сама и выросла среди магглов. Для него, как для чистокровного мага, это было странно. Даже Малфой не знал некоторых фактов, которые знала Гермиона. Дойдя до Большого зала, парочка вновь рассталась около стола Слизерина и каждый направился к своей компании друзей. Некоторые смотрели на них с недоумением, особенно ярые противники факультетов. Особенно Драко Малфой. Он не был против Грейнджер и Нотта, но после разговора с Блейзом и его шуток, аристократу казалось, что дело нечистое. Блондин был рад за своего друга, потому что его уши услышали слишком много об этой девчонке за прошлый учебный год. Поздоровавшись с Теодором и отметив про себя, что нужно переговорить с Забини, парень принялся за еду. За гриффиндорским столом многие однокурсники Гермионы, в особенности старшекурсники, которые были свидетелями множества конфликтов между студентами, также отпускали нелестные комментарии и косые взгляды. Девушка же, конечно, их замечала, но ей было все равно. После Святочного бала в прошлом году Кудрявая услышала множество оскорблений в свой адрес. Ее друзья, увидев улыбку и румянец на лице Грейнджер, лишь кивнули ей. Они беспокоились за нее, но главное для них было ее благополучие. Джинни, сидевшая рядом с девушкой, ткнула ее локтем и тихо проговорила: — Он тебе все еще нравится, м? — Что? Мы только начали вновь общаться, — с недоуменным видом сказала Гермиона. — Он с тебя глаз не сводит, прими это к сведению, — усмехнулась рыжая, смотря в тарелку, а после направила свой взгляд на стол Слизерина. Еще вчера она заметила, как блондин и кудрявый шатен смотрит на ее подругу. Один взгляд был обеспокоенным, а второй же счастливым. Девушку это немного настораживало. Гермиона же лишь улыбнулась на слова Уизли и принялась за свой ужин. Ей было приятно внимание от Нотта. Девушка не могла сказать, что он ей нравится, но симпатия явно была. Молодой человек был приятен в общении, умен и внимателен. Он заботился об ее благополучии и верил ей, и это было главным.

***

После ужина в подземельях было немного людей. Все разбрелись кто куда: кто отдыхать после первого учебного дня, а кто-то пошел шастать по коридорам Хогвартса. Первый день с непривычки казался тяжелым. В отдаленных уголках гостиной сидели несколько компаний слизеринцев, а перед камином сидели лишь двое — платиновый блондин и мулат. Они тихо переговаривались, не замечая никого вокруг. — Что ты сказал Тео, раз он снова стал подбивать к ней клинья? — проговорил Малфой. — Клинья? — с наигранным удивлением спросил Блейз, — если для тебя дружить с девушкой, это хотеть затащить ее в постель, то у меня для тебя плохие новости. Они лишь снова общаются, ничего страшного. — Конечно же это должно было произойти после моих слов о задании, — посмотрев на друга, агрессивно сказал блондин, — я не верю этому, Блейз. Вы так решили помочь мне? Втереться к ней в доверие, а после позволить сделать мне то, что я должен? — Ты совсем свихнулся, Малфой. Я лишь хотел сделать так, чтобы они снова стали общаться, — уже громче проговорил слизеринец, — спасибо, конечно, за идею, но я не такой ублюдок. Я даже не знаю сути твоего задания, а ты уже наговариваешь на нас с Тео. — Мне нужно заполучить информацию об Ордене, — вздохнув, тихо сказал Драко, — я же говорил тебе о пророчестве. Лорд считает, что именно Орден знает об его значении. А Грейнджер, ох, — проведя рукой, продолжил парень, — она самая доверчивая из них, по его мнению. На его месте, конечно, глупо полагать, что она мне расскажет об этом, но попытка не пытка. Пыткой будет наказание, — усмехнулся блондин.       — Тогда твои доводы вполне уместны. Мы можем попросить Тео узнать об этом. Я думаю, что вскоре эта информация будет у тебя, — смотря в одну точку и снизив тон, начал свою речь Забини, — ты же помнишь, мы всегда все делаем вместе. Я думаю, Нотт согласится помочь тебе, тем более его обворожительная Кудряшка никак не пострадает от этого, — усмехнулся молодой человек, — я уж думал, тебе необходимо убить ее. — Кто знает, кто знает. Может следующее задание от него будет и такое. Блейз настороженно посмотрел на друга. Он знал, что в каждой шутке блондина могла оказаться капля правды. Он положил руку на плечо Малфою и проговорил: — Драко, ты же не хочешь быть Пожирателем. Ты же можешь не подчиняться ему, слышишь? Ты хоть и делаешь вид, что ты такая холодная глыба и к тебе нельзя подойти и на километр, но я же знаю тебя несколько лет. Ты не такой, как твой отец, слышишь? — Он тоже больше не хочет, — прислонив руки к горящему лицу, сказал блондин. — Что? — удивленно спросил Забини. Ему всегда казалось, что именно Люциус виноват в том, что происходит с его другом, — ты хочешь сказать, что твой отец больше не хочет ему прислуживать? — Не хочет. Мы с ним говорили после моих последних тренировок с тетей. Оказывается, что он слишком любит меня и матушку, чтобы подвергать нас такой опасности, — проговорил Драко. Обстановка дома была накаленной. Отец сходил с ума, пытаясь понять, как помочь Нарциссе и их сыну. Каждый день мужчина перерывал семейную библиотеку в поисках ответов, но, как будто бы назло, ответов он не находил. — Теперь я хоть на секунду стал понимать, что именно происходит у тебя дома, — улыбнувшись и похлопавши своего друга, сказал мулат, — держись, брат. У тебя есть я, Тео и Пэнси, мы со всем справимся вместе. Ты можешь на нас положиться, — подмигнув и закончив свою речь, поднялся со своего места Блейз и направился в общие спальни. Для него каждый первый учебный день был непривычным и сложным, тем более в связи с тем, что он сегодня узнал, парню был критически необходим сон. Драко лишь кивнул другу и, проводив его взглядов, уставился в камин. Его голову охватывали тревожные мысли. Ему были непонятны действия Тео. Конечно, он знал об его чувствах к девушке, но ему было как-то странно наблюдать все это. Когда он видел их, внутри него как будто что-то рассыпалось. Будто стекло превращалось в мелкие песчинки, царапая все внутренности. Парень не понимал, что с ним происходит. Его мысли были забиты и приближающейся войной. Негласно, она была уже начата. Блондин знал о столкновениях Пожирателей Смерти и Ордена Феникса. В Пророке не было об этом ни строчки, но его мама еженедельно отправляла письма с тем, что действительно происходило в Поместье и в мире. Почти каждую битву погибал человек, и это было ужасающе. Слизеринец боялся, что когда-то он потеряет в этих боях своего отца. Малфой не рассказывал никому об его тренировках с Беллатрисой. Женщина истязала его Круциатусом без какой-либо причины, объясняя пытки обучению выдержки к заклятию. В последнее такое занятие, Драко отключался около десяти раз, а его мозг, казалось, уже расплавился. От неизбежного спас его именно Люциус. Тот, поговорив на повышенных тонах с сестрой своей жены, отлевитировал сына в его покои. Младший Малфой медленно поправлялся благодаря зельям Северуса и поддержки своей семьи. Парень относился к своему отцу странным образом. С одной стороны, именно он втянул его и Нарциссу во все это, но с другой стороны, Люциус был готов на все для их спасения. Для него именно любимая жена и сын, его семья, стали светом и спасением во всей этой тьме, которая затягивалась с каждым новым днем. Просидев в гостиной достаточно долгое время, молодой человек не пришел ни к какому компромиссу в своей голове. Мысли хаотичным образом вращались. Может, Лавгуд была права об его мозгошмыгах и его действительно необходимо Успокаивающее зелье. Тревога накрывала Малфоя волной, в которой парень уже захлебывался. С каждым днем ее уровень, словно уровень воды, лишь поднимался. Хотелось рвать и метать, но Драко лишь смотрел на потрескивающий огонь, сохраняя аристократические манеры. Стальной и безжизненный взгляд, высоко поднятый подбородок, ровная осанка — ни малейшего намека на какие-то чувства.

***

В гостиной красно-золотых цветов атмосфера была определенно противоположна. Студенты разбились по компаниям. Кто-то играл в шахматы, кто-то попросту общался со своими друзьями, а кто-то пробовал новые вкусы конфет Берти Боттс. Царила теплая и дружественная обстановка. Каждый улыбался и радовался даже незначительным вещам. Даже Симус Финниган, который спровоцировал ссору с Гарри в поезде, спокойно проводил время со своими друзьями, не пытаясь как-то задеть, по его мнению, лжеца. Кудрявая девушка вместе со своей рыжеволосой подругой сидели в уголке гостиной, тихо переговариваясь. Гарри и Рон обсуждали матч по квиддичу, который мало волновал Грейнджер, поэтому та отсела от них, а вскоре к ней присоединилась и младшая Уизли. — Ты не замечаешь, как на тебя смотрят Малфой и Нотт? — снова завела привычную пластинку последняя. — Джинни, конечно я замечаю, у меня такое же строение глаз, как и у тебя, — отмахнулась от подруги Гермиона. — И тебя это никак не задевает? Может, у тебя не только один поклонник со Слизерина? — усмехнулась рыжеволосая бестия. — Не думаю. Я лишь заметила то, как стал выглядеть Драко, — тихо проговорила Кудрявая. Джинни лишь изумленно и с неким недоверием посмотрела на свою подругу. Девушка беспокоилась о ней, потому что частенько слышала сплетни о представителях дома Салазара Слизерина. Те не отличались своими манерами по отношению к девушкам из не чистокровных семей. Даже к ней, волшебнице, родившейся в семье магов, относились пренебрежительно, часто называя ее семью предателями крови. Гермиона, увидев недовольный взгляд Уизли, лишь покачала головой и продолжила: — Он слишком бледен, да и его синяки под глазами. Тем более, все мы знаем об его семье, — уставившись в одну точку, сказала девушка, — я думаю, в их поместье что-то происходит, и, как подсказывает мое чутье, это что-то ужасное. — Извини меня, но я сейчас не ослышалась или у меня проблемы со слухом? Ты беспокоишься о человеке, который оскорблял тебя все 5 лет твоего обучения в Хогварсте? — обеспокоенно проговорила Джинни. — Он такой же человек, как и мы все. Я не говорю, что его семья или он как-то замешаны в том, что произошло в прошлом году, но факт фактом, Джинни. Такой человек как Малфой не может выглядеть таким образом, если все в порядке. — Может тебе узнать об этом у Тео? И, кстати, ты так и не ответила на мой вопрос в Большом Зале, — подмигнула подруге рыжеволосая. — Ты же не отвечаешь на мои вопросы про Гарри, — съязвила Грейнджер, а после, поднявшись с кресла, направилась в спальни для девочек. Ее заряд батареи падал, и она изрядно выдохлась в ходе этой беседы. Она понимала отношение Джинни к Малфоям, все-таки из-за Люциуса малышка была не в себе весь свой первый курс. Увидев Драко в вагоне поезда, девушка даже его не узнала. Да, парень повзрослел и его черты лица заострились, но его вид был болезненным, и этого нельзя было отрицать. Решив не идти за своей подругой, младшая Уизли присоединилась к дуэту своего брата и Поттера. Девушка не первый год замечала в друге Рона какой-то излишний интерес к своей персоне. Увидев реакцию Гарри на свою покалеченную руку, гриффиндорка подтвердила свои доводы. Джинни с детства была наслышана о некоем Гарри Поттере, который смог избежать саму смерть. Для нее это казалось какой-то сказкой на ночь. Увидев его первый раз, рыжеволосая маленькая девочка даже рухнула в обморок. Проучившись на одном факультете несколько лет, девушка не потеряла свой интерес к Мальчику, который выжил. Веснушка расстраивалась, видя его на первых порах с Гермионой или Чжоу Чанг. Она частенько плакала в подушку, не понимая свои и его чувства. Гарри обращал на нее внимание, но казалось, будто он делает это из вежливости, ведь она младшая сестренка его лучшего друга. Теперь же, повзрослев, Джинни немного понимала молодого человека. Он часто кидал на ее неоднозначные взгляды, особенно при виде ее и Дина. Девушка часто ссорилась со своим молодым человеком, который ревновал его, как казалось, даже к неодушевленным предметам. Он не был плохим, но его гиперопека напоминала ей Молли. Та тоже излишне оберегала единственную дочь. — О, Джинни! — увидев девушку, просиял Поттер в улыбке. На его слова, Рон лишь фыркнул, — ты не знаешь, у Гермионы все хорошо? Вы с ней явно ближе в обсуждениях таких вопросов, — усмехнулся парень. — В каких таких вопросах? — делая вид, что не понимает, о чем речь, невинно проговорила девушка. — Я имею в виду Нотта, — сказал Гарри. — О, у них все хорошо. Они сегодня вместе занимались в библиотеке, — с улыбкой рассказала текущие новости Веснушка, — и, как мне кажется, вскоре наша Гермиона станет девушкой студента со Слизерина, — добавила она. Услышав слова своей сестры, Рональд опустил глаза и покраснел, а после сказал: — Но Нотт же со Слизерина, тем более он общается с нашим врагом! — Ты имеешь в виду Малфоя? — обратив свое внимание на брата, проговорила Джинни, — я не думаю, что это станет препятствием для их отношений. Тем более, Гермиона выглядит наконец-то счастливой. Ты должен радоваться за подругу! — Извините, конечно, но я выйду подышать, — еще больше покраснев, сказал Рон и вышел из гостиной. Цвет его лица смешался с цветом волосы, а из ушей, как казалось, собирался пойти дым от злости. — Он никогда не повзрослеет, верно? — проводив взглядом своего брата, проговорила девушка. — Не знаю, Джинни, — помотал головой Гарри, — кстати, как твоя рука?.. Парочка друзей стала обсуждать последние новости, прерываясь на шутки и смех. Им было комфортно не только в привычной компании, но и вдвоем. Для Гарри такие минуты были роскошью, потому что он прекрасно понимал, как относится его лучший друг к его чувствам. Да, он их уважал, но эта излишняя озабоченность своей сестрой даже иногда пугала его. Рональд же, выйдя из гостиной, прогуливался по коридорам школы. Прохладный воздух, который практически не нагревался в стенах каменного замка, освежал молодого человека и помогал собраться с мыслями. Гриффиндорец искренне беспокоился за свою лучшую подругу, тем более после того, что было в прошлом учебном году. Уизли всегда был фанатом Виктора Крама. Он считал его, талантливым игроком в квиддич и, смотря на него, он даже думал о спортивной карьере. Парень мечтал играть в своей любимой команде — Пушки Педдл. Да, она была аутсайдером, но он верил — его появление поможет оказаться в топе. Частенько Рональд думал и о карьере мракоборца, но, вспоминая Аластора Грюма, он каждый раз пугался собственным мыслям. Отношения Крама и Гермионы подвергли его в шок. Да, он просил свою лучшую подругу познакомить их и даже взять автограф, но он не понимал, как гриффиндорка и болгарин могли быть вместе. По его мнению, для Крама Гермиона была полезной, и все их отношения — это сплошной фальшь. Многие однокурсники были согласны с ним, а некоторые наоборот осуждали его. После их ссоры с Грейнджер, Уизли долгое время боялся подойти к ней первым. Парень находил девушку необычайно красивой и умной, особенно ему нравились ее запутанные локоны, цвета молочного шоколада, который он так любил. В солнечные дни, они светились, словно темное золото. Рон понимал, что они никак не могли быть парой, хотя бы по причине амбиций Гермионы, но в глубине души, он все же на что-то надеялся. Видя свою лучшую подругу в компании Нотта, внутри Уизли что-то ломалось, а надежда осколками втыкалась в его внутренние органы. Было больно, но парень пытался не показывать этого, чтобы снова не разрушить их дружбу. Он очень дорожил Гермионой и Гарри, для него они были очень важными людьми. Потеряв хотя бы одного из них, он бы потерял самого себя. — Блять, — тихо выругался Рональд, пиная воздух, — просто блять. В его мыслях смешались слова Джинни и собственные чувства. Гермиона действительно выглядела счастливой, но он не мог поверить, что лишь какой-то слизняк смог сделать его Кудряшку такой сияющей всего за один поход в библиотеку. Парень всерьез задумался о том, чтобы пригласить Грейнджер тоже позаниматься в дворец знаний и книг. Его голову занимал так же и Гарри. Молодой человек не мог не заметить влюбленный взгляд лучшего друга, предназначающийся его сестре. Он прекрасно понимал, что та ему не безразлична, да и Джинни частенько открыто заигрывала с Гарри, но он не мог представить их вместе. Дело было не в том, что Гарри — его лучший друг, а Джинни — младшая сестра. Рональд хотел для малышки лучшую жизнь, в том числе полную безопасность и минимум беспокойств, но, продружив столько лет с Мальчиком, который выжил, парень понимал, что, если те будут вместе, от слов безопасность и беззаботность не останется ни буквы. Уизли надеялся, что когда-нибудь его, так называемую, гиперопеку поймут, но, пока что, всего его попытки защитить сестру от ненужных переживаний были тщетны.