Бог герой .

      Труд: Неет, Узун, не умирай!       Лифана: Узун, Узун, не молчи.       Кил: Сенсей, как так?       Моя команда была шокирована моей смертью. Они и не могли поверить, что я, сильнейший в своем мире мог пасть от рук врага.       А тем временем Саднесс бился с Ктулху. После смерти своего лучшего друга собутыльника, он стал серьёзнее, и ему хотелось выжать из существа всё его дерьмо. Саднесс, владыка тьмы, сжал железные кулаки, объятые огнём. Правый кулак пылал белым, как снег, пламенем Широи, а левый — яростным черным пламенем Аматэрасу. С адской силой Саднесс обрушил свой пылающий гнев на Ктулху, исполинское божество глубины. С каждым ударом, его кулаки вгрызались в исполинскую плоть Ктулху, оставляя глубокие ожоги.       Гигантские щупальца Ктулху хлестали по Саднессу, пытаясь раздавить его своим ужасающим весом. Но пламя Саднесса отталкивало их, оставляя на их поверхности волдыри. С ревом, Ктулху изверг поток отравленной слизи, осыпая Саднесса ядовитой жидкостью. Но пламя Аматэрасу испарило слизь, не причинив ему вреда.       Несмотря на усилия Саднесса, Ктулху регенерировал с ужасающей скоростью. Ожоги, которые оставляло пламя Саднесса, исцелялись на глазах. Каждый удар становился все слабее, поскольку сила Саднесса истощалась.       В отчаянии Саднесс призвал все свои оставшиеся силы. Концентрируя адское пламя в своих кулаках, он обрушил их на голову Ктулху. Разразился оглушительный взрыв, и на секунду темнота поглотила поле боя.       Когда дым рассеялся, Саднесс стоял на коленях, истекая кровью. Его тело было искалечено и обожжено, а его пламя потухло. Ктулху, хоть и ослабленный, все еще стоял на ногах, его тело сморщилось от ожогов.       Ктулху хотел воспользоваться моментом и прихлопнуть надоедливую букашку. Он атаковал обессиленного Саднесса. Но потом резко взвыл от боли, когда Ногицунэ отрубила ему по локоть руку. Его гигантская рука рухнула на землю, но рассыпалась в ничто, прежде чем достигла ее, поглощенная магией пустоты Ногицунэ.       Ужас охватил Ктулху, когда он понял, что больше не может регенерировать свою отрубленную руку. Это было впервые, когда он столкнулся с чем-то, что могло помешать его регенерации.       Пока Ногицунэ сражалась с Ктулху, Кил бросился к Саднессу и схватил его за шиворот. Не обращая внимания на собственные раны, он потащил своего товарища в безопасное место.       Кил смотрел на своего раненого командира, и в его сердце вспыхнуло яростное бешенство. Ожоги и раны, покрывавшие тело Саднесса, были невыносимы для его глаз. Из пасти Кила хлынула обильная пена, смешанная с ядовитой слюной. Вокруг него начала бурлить и подниматься лава, образуя вокруг него адский вихрь.       Тело Кила начало меняться и искажаться. Его шерсть потемнела и стала как смоль, а его зубы превратились в острые, как бритва, клыки. Его когти вытянулись, став похожими на когти адского пса.       На глазах у изумленной команды Кил эволюционировал в Адского волка Фенрира, легендарное существо из скандинавской мифологии. Его огромные размеры и ужасающая сила заставили содрогнуться даже Ктулху.       Когда Кил эволюционировал в Адского волка Фенрира, его пассивный навык «Альфа» распространился на моего Кила, его верного друга и товарища. Без ведома самого Кила, эта эволюция пробудила в нем древнюю силу, силу волка бога грома. Небо затянуло тучами, и тысячи молний пронзили остров. Земля содрогалась от ударов грома, когда Кил начал свою трансформацию.              Тело моего Кила увеличилось в размерах, а его шерсть стала белоснежной, как снег. Его глаза засияли электрическим голубым светом, а клыки стали острыми, как у сабли. Вокруг него образовался вихрь молний, и воздух наполнился электричеством. На глазах у изумленной команды Кил превращался в бога грома, легендарное существо из древних скандинавских мифов.       Бог грома издал оглушительный вой, и молнии устремились с неба, поражая Ктулху с невероятной силой. Исполинское божество содрогнулось от ударов молнии, его тело обуглилось и было парализовано.       Фенрир и бог грома сражались бок о бок, используя свою новую силу, чтобы атаковать Ктулху. Их атаки были невероятно мощными, но этого было недостаточно, чтобы победить исполинского бога. Однако в самый критический момент появилась Труд, скорбящая по своему потерянному возлюбленному. Ее горе пробудило в ней древнюю силу — силу валькирии, легендарных девиц-воительниц из скандинавской мифологии. Тело Труд окуталось сияющей броней, а в руки она взяла сверкающий меч. Ее глаза пылали решимостью, и она присоединилась к битве против Ктулху.       Вместе они обрушили всю свою мощь на исполинского бога. Атаки обоих волков отвлекали Ктулху, в то время как Труд наносила смертельные удары своим мечом.       Труд двигалась с невероятной скоростью и ловкостью, уклоняясь от атак Ктулху и нанося ему раны, которые он не мог регенерировать. Ее меч был пропитан силой валькирии, и с каждым ударом он вырывал куски плоти из тела Ктулху.       В хаосе битвы могущественный Ктулху возвышался как гигантский колосс, окруженный ордой атакующих. Его массивное тело постоянно регенерировало, поглощая энергию, направленную против него. Но возможности для ответного удара не было.       И вот, когда напор героев достиг своего пика, Ктулху издал оглушительный рев, сотрясший весь остров. Его энергия вспыхнула уничтожающим пламенем, превращая обширные участки земли в пыль. Героям чудом удалось избежать этой катастрофы, отступая в ужасе.       Но на этом Ктулху не остановился. Он обрушил на своих врагов сокрушительную атаку, которая заставила их рухнуть на землю, содрогаясь от невыносимой боли. Их тела были искалечены, а надежды на победу рушились с каждым ударом.       Саднесс: Вот чурка ты ебаная! Всё никак не подохнешь, — Ели дыша проговаривал владыка тьмы.       Кил Саднесса: Саднесс, что будем делать? Мы все очень истощились.       Мой Кил: Ага, этот абортыш решил контратаковать.        Пока остальные сражались против Ктулху, Лифана сидела и оплакивала своего потерянного возлюбленного. Ее сердце разрывалось от боли, и отчаяние грозило поглотить ее.       Саднесс почувствовал тьму, растущую в ее сердце, и подошел к ней. Он сказал ей, что лучшим способом справиться с болью будет использовать эту тьму в качестве оружия. Он также заверил ее, что, если что-то пойдет не так, он сможет остановить эту силу.       Лифана приняла решение впустить тьму в свое сердце. В мгновение ока она начала призывать дьявола из ада. Ее голос был полон боли и решимости, когда она произнесла заклинание:       «Душа Сатаны: Люцифер!»       Новая сила Лифаны, «Душа Сатаны», дала ей облик и силу Люцифера. Однако ее разум и душа все еще были слабы, и Люцифер сумел захватить ее тело. Мир был окутан тьмой и хаосом, когда Люцифер буйствовал. Он уничтожал все на своем пути, наслаждаясь хаосом, который он создавал.       Саднесс встал перед Люцифером, пытаясь остановить его разрушения. Он знал, что должен использовать все свои силы, чтобы победить падшего ангела.       «Люцифер — Король Ада. Исполни желание своего сосуда, а иначе я поглощу тебя!» — сказал Саднесс.       Люцифер засмеялся в ответ на слова Саднесса. Он напал на Саднесса, но был быстро пойман. Люцифер был в шоке. Он посмотрел в глаза Саднесса и увидел в них пустоту, боль и страдания.       «Это всего лишь временное воплощение. Ты не можешь использовать всю свою силу», — прорычал Саднесс своим гробовым голосом. «Либо ты помогаешь нам, либо я поглощу часть твоей силы, а затем доберусь и до тебя».       Люцифер почувствовал опасность и решил не рисковать. Саднесс был прав, из-за слабого сосуда он не мог использовать всю свою силу. И так, Люцифер согласился на битву с ними и напал на Ктулху.       Когда в бой вступил Люцифер, динамика битвы изменилась. Магия Ктулху оказалась бессильна против взмаха руки Люцифера, который отразил энергию с легкостью. Началось невообразимое месиво. Ктулху и Люцифер сошлись в битве, которая затмевала само понимание. Мир содрогался от их сокрушительной силы, раскалываясь на части.       Люциферу удалось ослабить Ктулху, повалив его на разбушевавшиеся воды. В этот момент Ктулху осознал, что должен устранить самого сильного противника, чтобы расправиться с остальными.       Незаметно он направил свои длинные и массивные щупальца к беззащитному Саднессу, который восстанавливал силы, наблюдая за боем. Ктулху стремительно атаковал, пытаясь схватить Саднесса за горло. Но Саднесс уловил опасность сзади и ловко увернулся. Однако Ктулху все же успел схватить его за правую руку. Ктулху сжал руку Саднесса с такой силой, что кости его противника хрустнули и превратились в пыль, а мышцы разорвались в клочья. На месте руки Саднесса осталась лишь беспорядочная масса костей и плоти.       Голоса шока и ужаса пронеслись среди собравшихся. Все наблюдали, как рука Саднесса превратилась в кровавое месиво, раздавленная со всей яростью Ктулху. Однако среди всеобщего смятения Люцифер выделялся своей широкой улыбкой. Он понимал, что с устранением Саднесса его путь к победе над всеми стал гораздо проще. Ибо теперь никто не мог встать на пути его амбиций.       Саднесс истошно кричал от мучительной боли, которую он никогда раньше не испытывал. Но даже в таком состоянии он сохранял ясность ума. «Кил, иди сюда», — позвал он, стиснув зубы от невыносимой агонии. Кил немедленно бросился к нему, ожидая приказаний. Саднесс вытащил из своего теневого арсенала кинжал и протянул его Килу. «Нагрей клинок своим огненным колдовством», — приказал он.       Кил выполнил просьбу, и вскоре клинок раскалился докрасна. Саднесс терпеливо ждал, пока металл не достигнет нужной температуры, а затем начал резать свою изуродованную руку.       Боль была невыносимой, пронзая его тело словно раскаленные иглы. Чтобы сдержать крики, Саднесс засунул в рот кусок разорванной футболки. Он яростно резал, понимая, что иначе рука начнет гнить.       Наконец, с огромным усилием, он отсек конечность и рухнул на землю от болевого шока. Его тело содрогалось от боли, но он знал, что сделал единственно верный выбор. По крайней мере, теперь он мог быть уверен, что не умрет от заражения.       Ктулху внимательно наблюдал за беловолосым парнем. Об был весьма удивлён самопожертвованием и сильной воле, чтобы отрубить свою же руку.       Ктулху: Двое сильнейших пали, мир обречён!       Тем временем:       Я: Сука, все же задел меня падла.       Осмотревшись, я увидел только чёрное пространство.       Я: Так, тут два варианта, либо я умер и нахожусь в аду, либо я в месте между смертью и жизнью.       И тут я слышу голос в своей голове.       Всевышний: Ты пока ещё не умер, да и я не говорил, что тебе умирать.       Я: Я не заслуживаю такой щедрости, как разговор с тобой, о Всевышний.       Всевышний: Ты делал правильные поступки, спасал множество невинных. По этому я даю тебе малую часть своей силы.       Я: Что вы, я не хочу быть тем, кого все будут считать ровней вам.       Всевышний: О раб мой, я даю тебе силу и я так же могу ее отобрать, все зависит от твоего решения.       Я: Тогда спасибо вам, извините, что я там мало молился.       Всевышний: Я тебя прощаю, о сын Адама.       И тут меня как будто резко выкидывает из этого измерения.       В реальном мире:       В величественном хаосе битвы, когда поле пылало огнем, отважные воины отчаянно сражались против ужасающего громилы Ктулху. Но его единая сохранившаяся рука легким движением отбрасывала их всех, словно беспомощных муравьев.       Внезапно среди оглушительного рева битвы послышался ритмичный стук сердца. Его могучее биение эхом разносилось по острову, заглушая лязг оружия. Напряжение повисло в воздухе, когда все присутствующие замерли в недоумении.       Ктулху: Чьё же сердце так громко бьётся?       Остальные тоже не понимали откуда исходит этот звук. Первым их взор упал на Саднесса, но он лежал без сознания. Однако вскоре их взгляды привлекла белая энергия, поднимающаяся из тела погибшего Узуна. Его волосы становились ослепительно белыми, а странная энергия несла его тело ввысь.       Мимир: Чтоб я снова был прикован к дереву, ребят.       Все кто оставался в сознании посмотрели на мое тело. И тут всех снова охватил шок.       Труд: Не может быть.       Мой Кил: Как?       Люцифер ощутил то, что он никогда не хотел снова почувствовать.       Люцифер: Да как же меня заебали эти Мусульмане!       Когда Узун открыл глаза, они засияли потусторонним светом. Мир вокруг вспыхнул ослепительной белизной, затмевая все остальное. Яркий свет пронзил Ктулху, заставив чудовище       Я: Я же проиграл. Но почему мне так весело.       Ктулху: Так ты ещё жив, сопляк.       Но тут же он закрыл рот, так как почувствовал силу равною себе.       Я: ЯХА БАЛЯ!       И с мощным давлением я выпустил на свет невообразимую мощь. Я увидел, что тело Лифаны захватил демон. Да не кто иной как Люцифер. Я в одно мгновение оказался рядом с ними и лёгкой пощечиной откинул Ктулху. Затем я схватил тело Лифаны и начал пиздеть с Люциком.       Я: Ну привет. Люцифер. Как в одну живётся. Все ещё не хочешь покаяться перед Всевышним за свою гордыню?       Люцифер: Пошёл ты, вы люди никогда не поймёте меня.       Я: А нам и не надо, просто у нас гордыни меньше, чем у тебя. Ты когда-то был одним из ангелов, но из-за тупой гордыни и гнева стал таким.       Люцифер: Что, жалость хочешь проявить?       Я: Ага хуй тебе, так, все погулял и хватит. Я начал изгонять этого чёрта молитвами из Корана. Долго он это слышать не смог, и его присутствие в этом мире исчезло. Через десять секунд Лифана открыла глаза.       Я: С возвращением милая!       И она сразу же прильнула к моим губам. Я естественно ответил на поцелуй. Но через минуту мы отстранилась от друг друга.       Лифана: Я рада, что ты жив.       Я: Извини, что заставил поволноваться.       Ктулху: Я вам не мешаю.       Я: Мешаешь, иди нахуй.       Ктулху: Ахуел.       Я: Ага.       Он уже хотел атаковать какой-то кислотой, но я уже был на берегу рядом со всеми и поставил Лифану на землю. Ко мне подбежали Кил и Труд. И они сразу же обняли меня.       Я: Ну ну, что вы?       Труд: Ты обещал, что не будешь нас так пугать.       Кил: Да сенсей, не умеете вы сдерживать обещания.       Я: Ну бывает, ошибся один раз.       Они отстранилась и я посмотрел на Саднесса.       Я: Нехило его потрепало.       Мимир: Он хорошо постарался брат.       Я: Тихо а то...       Все не понимающе посмотрели на меня, а я лишь удручённо стоял.       Саднесс: Брат моего брата - мой брат!       Труд: Жесть сказал это будучи бессознания.       Я и спутники Саднесса: Ожидаемо!       Я : Хором. Так, вы тут отдыхайте, а я пойду готовить осьминога. Гому гому но, резиновая пружина.       Кил Саднесса : Когда Саднесс проснется он ахуеет от стольких отсылок на Ван пис.       Кил : Что такое Ван пис?       Кил Саднесса : Ебу шоли? Претензии к авторам этой работы.              Я уже шёл по направлению к Ктулху, но резко меня что-то остановило. И это связано с Саднессом. Из тела Саднесса потоком хлынула темная энергия, окутывая мир непроглядной тьмой.       "А вот и наша спящая красавица проснулась", - усмехнулся я. Саднесс не спеша направился ко мне. Встретившись с его взглядом, он произнес: "Ты достал воровать силы других персонажей. Но ладно, эта креветка меня уже заебала. Пошли шашлык делать".       "Погнали, Даттебайо!" - воскликнул я.       "Сказочный далбоёб!" - выругался Саднесс, закатывая глаза.       Мы двинулись на Ктулху с невероятной скоростью. Чудовище не теряло времени даром, выпустив луч солнечной энергии, чтобы испепелить их. Но эти двое не хуем деланы.       Саднесс мгновенно сформировал из тьмы новую руку, заменив потерянную, и выхватил из теневого мира базуку. С грохотом она выстрелила, поразив голову Ктулху. Я же пробил насквозь тело чудовища, словно пуля.       "Я родился!" - воскликнул Узун, усмехаясь.       "С днем рождения, братанчик!" - ответил Саднесс, усмехаясь.       Я давно вынашивал план заточить Ктулху в другом измерении, тем самым стирая его с лица земли. Я быстро поделился своим планом с Саднессом, и вместе они возобновили атаку с новой силой.       Саднесс высвободил свою способность воспроизводить музыку, и поле боя наполнилось эпичным треком, под который они сражались с врагом.

Just to find, to find my samurai

Someone who is strong

But still a little shy

Yes I need, I need my samurai

Ay, Ay, Ay, I’m your little butterfly

Green, black and blue

Make the colors in the sky

       Узун молниеносно заморозил ноги Ктулху, а Саднесс взмыл в воздух, готовясь нанести сокрушительный удар по лицу чудовища.       "Пиздуй на родину, Гандон!" - Выкрикнул Саднесс.       Ктулху получил мощный удар и начал падать на спину. В этот момент Узун, не теряя времени, создал огромный портал в другое измерение. Ктулху, потеряв равновесие, рухнул в портал.       Саднесс, приземлился на остров, наблюдая, как Узун залетел в портал.       Саднесс: Ну, не будем мешать им, Узун будет страпонить этого ублюдка.       Когда мы оказались в другом измерении, кругом было белое пространство. И я сразу же не церемонясь начал быстрыми атаками, вбивать любовь и мир в этого кальмара. Он пытался защищаться, но это не особо помогало. Когда я остановился, то начал концентрировать магию пространства.       Я: "Черная звезда".       Ктулху был в шоке, ведь здесь он практически не может защитится.       Ктулху: Не зазнавайся, "Великое бедствие".       Мы одновременно выстрелили, и когда наши остатки столкнулись, само пространство начало трясти. Представляю, что было бы если мы были там, вне измерения. Но не успела эта атака пройти, как я атаковал уже сзади.       Я: "Вечерний вой волка".       И я выпустил красного волка, который когда попал по цели, взорвался красным огнем плюс ещё звуковой удар задел этого моллюска. После этой атаки Ктулху окружил себя защитным куполом.       Я: Ты что думаешь, что меня это остановит. Сейчас ты увидишь тот прием, который сразил твоего малейшего врага Хастура.       И я окружил себя молниями и активировал джекпот. И начал делать тот же самый прием. Но уже с ещё большей скоростью и тут, то там бил по барьеру. Через пять минут такой долбежки барьер сломался, и с немыслимой скорость подлетел к нему.       Я: "КОБАЛЬТ!".       После столкновения был взрыв сильнее предыдущего. А уже после взрыва вид Ктулху был не лучшим.       Ктулху: Так вот каким приемом ты его одолел.       Я: Пора перейти к кульминации.       Ктулху: Да. Это и решит судьбу боя.       Ктулху собрал все силы в одну атаку. Да и я не оставался в стороне.       Ктулху: День конца!       Он сформировал стрелу багрового черного цвета.       Я: "Ночной рёв Черного дракона! "       Я выставил свою правую руку. И вокруг меня образовался аватар черного дракона. И за одну секунду наши атаки столкнулись. Пространство начало трескаться от давления, что мы выпускали. Казалось бы, что между нашими атаками образовался паритет но, моя атака была сильнее и в следующий момент я ударил своего противника. Через секунду произошел взрыв равный взрыву нейтронной звезды. И через минуту показалась следующая картина. Я стою над безжизненным телом Ктулху. Хотя от тела осталась только органы и кровавые ошмётки.       Ктулху: Вы были сильнейшими с кем я сражался.       Я: Да и ты не промах. Ну что-ж прощай надеюсь мы не увидимся никогда.       Ктулху: Прощайте Саднесс и Узун.       После окончания диалога я открыл портал и вышел из этого измерения. Я приземлился на остров. Хоть от этого острова осталось только название. И как только я приземлился.       Узун приземлился на остров, его измученное тело тяжело рухнуло на твердую землю. Но едва его ноги коснулись земли, как сила бога, дарованная ему ранее, начала стремительно покидать его тело.       Он упал на колени, все его существо сотрясалось крупной дрожью. Он не мог пошевелиться, его тело онемело, подчиняясь неумолимому процессу. Но к его счастью, рядом оказались Саднесс и его верная команда.       Они бросились к Узуну, оказывая ему поддержку. Саднесс осторожно поднял его израненное тело и нежно уложил на землю. Другие члены команды окружили их, их глаза полны сочувствия и беспокойства.       Узун тяжело дышал, его тело содрогалось от боли. Он знал, что его время на исходе. Сила бога, которая поддерживала его в течение столь долгого времени, покидала его. Он был смертен снова, и его раны грозили ему смертью.       Команда Узуна наблюдала за его тяжелым состоянием со слезами на глазах. Но один Саднесс стоял в стороне и закатывал глаза на драматичное поведение своего друга.       "Заебал драматизировать!" - выкрикнул он и, присев рядом с Узуном, коснулся его груди.       К удивлению всех присутствующих, Саднесс начал вытягивать из тела Узуна темную энергию. Он поглощал боль и тьму, сосредоточенные в теле его друга. Узун изумленно наблюдал, как с каждой секундой его состояние улучшалось. Боль отступала, а слабость уходила. Он чувствовал, как жизненные силы возвращаются к нему.       "Жить будет", - объявил Саднесс. Команда Узуна облегченно вздохнула, а сам Узун благодарно посмотрел на своего друга. Он не понимал, как Саднесс это сделал, но он был бесконечно признателен ему за спасение.       Узун: Кстати, Ктулху там тебе пока передовал.       Саднесс: Да пошёл он нахуй!       Узун: Хах, вполне в твоем духе.