Русое издевательство.

Ночь. Лунный свет освещает мое лицо. Едва раскрыв глаза, замечаю странную деталь – я не в своей комнате. Сразу после, ощущаю лёгкий холодок по ногам. Открыв глаза так широко как могу, во взгляд бросается парень, который стоит прямо надо мной. До невозможности белая кожа вызывает новые ощущения, страх и заинтересованность. Он не смотрит в глаза, но я все равно ощущаю чей-то взгляд на себе. Приподнявшись на локти я посмотрел вниз. Никогда прежде не испытывал страха перед кровью, но в этот момент я был шокирован от вида своего голого и окровавленного тела. Жалость. Окинув взглядом место, я понял, что нахожусь в лесу. Смотрю во второй раз на парня, снова отстранён. — Эй, может объяснишь мне, что за чертовщина происходит? Парень, слегка улыбнувшись, наконец-то перевел взгляд на меня. Его янтарные глаза уставились в мои, теперь уже широкая улыбка открыла вид на ровные зубы. Он заговорил. — Ты так ничего и не понял? Оглянись вокруг, посмотри внимательнее, где мы. Послушавшись, я окинул взглядом местность, более сосредоточив внимание на деталях. Щелчок, боль в висках. Я, черт возьми, на неофициальном кладбище 70-х. Уставившись на самодовольное лицо парня, я понял, что раньше знал его. Слишком хорошо знал. — Черт возьми. Снова ты. — Даже не скучал? После попытки встать на ноги, в боку появилась резкая жгучая боль. Теперь-то понятно, откуда столько крови. Приложив руку к своему животу, я почувствовал тепло и пульсацию. Рана, глубокая. Парень резко опустился на колени, схватил меня за руку, которой я пытался закрыть кровоточащую рану. Его лицо залилось яростью. Неподдельная злость была заметна в каждой части лица. Насмешливая и широкая улыбка превратилась в оскал. Русые локоны закрывали его лицо, но я чувствовал этот взгляд. — Ты не уйдешь. Никогда прежде. – быстрым движением он переместил руки на мою шею и начал душить. В попытке выбраться из его хватки, я вцепился ногтями в его лицо, оставляя за собой царапины. И всё безуспешно. Спустя пару секунд прозвучал хруст. Это моя трахея? Провалившись в темноту я перестал чувствовать что-либо. Неужели долгожданный конец..? *** Неделей ранее. Я открываю глаза от яркого света. Как показалось, неестественно яркий свет. Сука, когда же конец? Меня окружала ванная комната. Я лежу в ванной в едва теплой воде. Проведя рукой по воде я почувствовал жжение, пробормотал ругательства себе под нос, и торопливо достал её из воды. Осмотрев после этого руку я обнаружил порезы. Удивление сменилось смехом. Пора бы уже привыкнуть к искалеченному телу. Аккуратно выбравшись из воды, я уставился в зеркало. Красивый, но я ли это? Черные волосы отросли до едва уцелевших ключиц, зелёные глаза казались уставшими, без огонька, как это было раньше. Ребра начали выпирать так, будто их просто обтянули тонким слоем кожи. Выставив перед собой руку, в родинках я увидел ночное небо, горы в криво отросших ногтях и вулканы в разбитых костяшках. Забавно выглядит на фоне бесконечного количества белых полосок и бурых широких порезов. Кинув усмешку отражению я всё-таки вышел из ванной комнаты. Неприятный, жгучий холод ударился о мое голое и мокрое тело. Снова он не закрыл окна и ушел? Неудивительно. Пройдя в комнату я взял первую попавшуюся толстовку, которая лежала на старом табурете, укутался в довольно приятную дорогую ткань и принялся искать кота. — Грей? Кс-кс, ты тут? Черный миниатюрный кот не откликался. Пройдя на кухню я застал довольно-таки неприятную для себя картину: кот с распоротым брюхом лежит на тарелке. Возле него красовалась веточка мимозы. Протянув руку к тарелке я ухватился за мимозу и принялся вдыхать ее аромат. Прекрасно. Стол находился посреди комнаты, поэтому пришлось обходить его, чтобы пройти к холодильнику и обследовать его. В морозильной камере оказалась тушка кролика. Серьезно? Это начинает забавлять. Захлопнув дверцу морозилки я прошел к окну, которое открывало вид на пробуждающийся город. Порыскав рукой по подоконнику я нащупал пачку сигарет, а рядом с ней и коробок спичек. Толстую сигарету во рту уже поджигала сгорающая до тла спичка, а дым отдался сквозняку, который неприятно тянулся по полу. Присутствие напротив широкого окна в одной лишь толстовке заставляло чувствовать себя как никогда хорошо. По комнате пронесся звук отворяющейся двери. Я не отрывал взгляд от окна, потому что уже знал, кто войдет. Русый парень, который подарил мне столько боли, а вместе с болью и невозможное удовольствие. — Интересно получилось с Греем, не правда ли? – его голос как шило пронзил мой слух. — Весьма занимательный перформанс, но я предпочитаю живого кота, а не очередную тушку без парочки органов. Подойдя со спины, он грубо повернул мое лицо к своему, держа за челюсть. Затем выхватил сигарету изо рта и вдавил ее в мою оголённую шею, оставляя жгучий ожог. Я резко отскочил и прижал руку к шее. Взглянув на меня с отвращением, он снова подошёл. — Ты думаешь, что отделаешься парочкой порезов и дырой в бочине? Все не так просто, парень, – он положил свою руку на моё плечо и сильно надавил. Я рухнул на колени и поднял взгляд исподлобья, уставившись в янтарные глаза. Снова эта ухмылка, и снова я чувствую себя до невозможности жалко. — Знаешь же, что делать, – скинув с себя лёгкое пальто, он принялся расстёгивать широкие черные брюки из легкой ткани. Я опустил голову и отвёл взгляд куда-то в сторону, стараясь не думать о происходящем. Мгновение, и моя голова была притянута за волосы так, чтобы я в полной красе мог насладиться его лицом. Самодовольно уставившись, он начал говорить, но будто не со мной. — Интересно, сколько ещё он так будет ждать? Неужели все надо объяснять, как маленькому ребенку? – он притянул мое лицо к своему члену, затем поелозил пульсирующей плотью по губам. Приоткрыв рот я начал посасывать головку члена, зная, что лучше так, нежели с парочкой сломанных ребер. Все ещё держа за волосы, он начал двигать мою голову в нужном для себя направлении. С каждым толчком это становилось всё более унизительно. Я схватился руками за его бедра, в надежде, что острые ногти выбьют его из колеи. Он отстранился, и я смог вдохнуть. Пощёчина. Меня притягивают за подбородок, заставляя вновь смотреть прямо в глаза. Снова пощёчина. Замётано. — Прекрати, пожалуйста. Я устал. Я хочу просто поспать, без унижений и новых ран. — Тебе не кажется, что ты слишком много хочешь? Я не закончил, – грубым жестом парень поднял меня за локоть и кинул животом на стол. Я ударился ребрами о стол. Больно. Он грубо вошёл в меня, от неожиданности я вскрикнул, сразу после чего прикрыл рот рукой. Схватившись за мои бёдра, он продолжал грубо вдалбливаться. Я плакал. Справа от меня лежал мой мертвый кот. Издевательство. Я настолько истощён, что не могу сделать ничего кроме как плакать и всхлипывать, в то время как он продолжал издеваться над моим телом. Резко схватив за плечи он заставил меня упасть на его грудь. Его член вошёл в меня максимально, насколько это возможно. Он начал меня душить, продолжая двигаться во мне. Унизительнее некуда. Я, парень ростом в 180, когда-то занимавшийся профессиональным спортом, больше не могу дать отпор человеку едва старше меня. Он отпустил мою шею и с протяжным вдохом, который перешёл в стон, я смог хотя бы чуть-чуть отдышаться. Он сжал мои бёдра до боли. Мгновение, и все закончено. Он кончил. Я свободен на ближайшие пару часов. Меня отпустили, после чего я резко повалился на пол. — Что я, блять, делаю не так? Неужели я заслужил твоих издевательств? — Должен быть благодарен. Не переживай, будет хуже. Это ничуть не утешило меня. *** Наше время. Согреваясь в теплой кровати, я сжимаю одеяло в кулак. Я знаю, что сегодня он придет снова. Ком в горле заставляет слезы литься из глаз. Я встаю, прохожу на кухню и подхожу к барной стойке, на ней находятся кухонные приборы. В подставке для вилок и ложек я обнаружил нож. Уверенно взяв его в руку, провожу по запястьям. Не больно. С каждым порезом я вдавливаю нож сильнее, но мне категорически недостаточно. Спустя минуту я подношу его к шее, и начинаю кромсать и ее. Опускаю взгляд – грудь в крови. Кинув нож в раковину я неспеша пошел набирать ванну теплой водой. После чего залез в неё и начал смывать кровь. Пришел к выводу, что надо бы помыть голову. Грязная. Закончив с ванными процедурами, я надел черную футболку, на которой красовалась надпись "mayhem", широкие клетчатые штаны и мягкие носки. Я чувствовал себя уютно, впервые. Перемотав руки, я переместился в кровать, снова. Самое теплое и уютное место. Я прикрываю глаза, проваливаясь в сон. Просыпаюсь от крика. - Ник, блять. Какого черта вся кухня в крови? Блять, неужели я забыл про кровь на кухне? Плохо. Подрываюсь с кровати и бегу на кухню. - Блять. Извини, ради бога. - Руки. - Что? - Протяни мне блять свои руки, – кареглазый срывается на крик, дёргая брюнета под локоть. Я послушно протянул руки парню, после чего получил удар по рукам. Посмотрев на парня исподлобья, я оскалился. - Ты же знаешь, что я тебя ненавижу? Каждую частичку тебя, – парень ухмыльнулся и прикрыл глаза. - Конечно знаю. Меня это и забавляет. Я ударил его. Нашел силы, чтобы ударить. Кулак попал в нос, русый от неожиданности чуть не упал. Из носа парня начала капать кровь. Он уставился мне в глаза с неподдельной яростью. Мне уже не было страшно. Набросившись, он начал сжимать мою шею. Хруст. *** Спустя два месяца. Неофициальное кладбище. Лес на обочине города. Стоя перед разрытой могилой, он улыбается во все зубы которые у него есть. Стоя с ножом в руках, он притягивает меня к себе, в последний раз смотрит в глаза, улыбается. Я выдавливаю ухмылку, пока по щекам льются струйки соленых слёз. Я знаю, что для меня всё закончилось. Я знаю, что "русое проклятье" снято с моей жизни раз и навсегда. Парень схватился за нож и пырнул меня в последний раз. Я немного помучился и закрыл глаза навсегда.