Разбежавшись, прыгну или нет?

1889 год       Не помня себя от горя, я бежала и бежала по вязкой, тёплой, сырой земле. Босые, исцарапанные о мелкие камни и молодую траву ступни то и дело утопали в мягкой, скользкой жиже. Я спотыкалась о подол собственного платья, девственно белый шёлк которого был безвозвратно и грубо перепачкан брызгами размытой дождём дороги. С неба уже который час бешено и остервенело срывались тяжёлые капли. Падая мне на лицо, они смешивались с горячими слезами, которые я не могла остановить, и тут же смывали их, в тщетной попытке меня успокоить.       В какой то момент бежать не осталось сил, я замедлила шаги и стала ступать совсем уже вяло, изо всех сил пытаясь подавить в себе крик отчаяния. Злой ветер то и дело толкал меня в спину. Внезапно мне захотелось взвыть, словно раненая насмерть волчица, грудь в очередной раз пронзила острая, ни с чем не сравнимая боль, я замерла на месте и подняв опухшие от слёз глаза, увидела впереди себя чёрную полоску воды. В темноте было сложно разобрать возвышающийся над бурной рекой мост, но увидев его, я вдруг чётко осознала то, что хочу сделать.       Перед глазами то и дело вспыхивало его лицо. Лицо предателя. Изменника. Лицо моего убийцы. Да, он и знать не знал о том, что я собираюсь сделать, однако своими руками, со всем, присущим только богатому человеку равнодушием, толкнул на этот отчаянный и необдуманный шаг. Я не могла, физически не могла жить с мыслью о том, что всё, что он сказал и сделал оказалось ложью. На моих руках, щеках, на моей груди, которая сейчас так тяжело дышала, казалось, до сих пор пылали ожоги его прикосновений. Его поцелуев.       Я ненавидела тот день, когда он впервые остановился в нашем городе. Какой же глупой и наивной я была тогда. Как безрассудно я влюбилась, нет, не в богатства, не в принадлежащий ему огромный пароход, не в рестораны, не в ожерелья и бриллианты, которыми он так легко одарил меня буквально через несколько дней после знакомства. Я влюбилась, слепо и наивно, в него самого, в высокую фигуру, сильные, властные руки, в лукавый и весёлый взгляд. Я поверила, не допуская ни на секунду никаких сомнений в том, что могу стать для подобного человека единственной. Я отдалась ему и телом и душой. Всего за несколько дней я всю себя раздарила, искренне поверив в три-четыре пустых слова. Пожалуй, самых дешёвых из всего того, что ему могло принадлежать. Слова - пустота. Ничто. Громкая, бессмысленнная вибрация в воздухе. Как много они могут обещать, и как легко могут ранить.       Я уже была на мосту, когда в небе сверкнула первая молния. Зажмурившись на мгновение, я тут же невольно вздрогнула от громыхнувшего где-то неподалёку раскатистого удара. Чёрный лес вдалеке на секунду осветился ярким светом, и я, будто днём, смогла свободно разглядеть сотни тяжело качающихся на ветру деревьев. Ветер, к слову, всё усиливался и растрёпанные, промокшие насквозь волосы, под его силой, то и дело больно хлестали меня по щекам.       Старинный, сложенный из огромных угловатых каменьев мост во всём бушующем вокруг меня безумии, казалось, был единственным, кто смог сохранить непоколебимое спокойствие. Его камни были скользкими и холодными, и я скоро почувствовала, как у меня замерзают и почти уже немеют ноги. Тянуть дальше не было ни времени, ни сил. Мне нестерпимо сильно хотелось прервать в голове нескончаемый поток ядовитых и невыносимых мыслей. Подойдя к высокому, глухо сложеному парапету, я поняла, что перед тем, как прыгнуть, мне придётся перелезть через него и встать на небольшой, типа узкого козырька, выступ внизу. Сделать это оказалось довольно сложно, моего роста до выступа не хватало и когда я, не без труда, переползла через осклизлые перила и повисла на слабеющих руках то, спрыгнув наконец, поняла, что слегка подвернула ногу. Она тут же больно заныла, и от этой живой отвлекающей боли я как будто немного протрезвела. Обернувшись и опустив вниз глаза, я увидела под собой страшную, взволнованно бушующую ледяную реку. Она была широкой и наверняка очень глубокой. "Это хорошо, значит всё случится быстро". - подумалось мне, но легче почему-то не стало. Я никогда не умела плавать, более того, всегда ужасно боялась воды. В следующий же миг я почувствовала, как моё замёрзшее и уже изрядно уставшее тело сковал животный страх. Я всё ещё продолжала плакать, но помимо воли вдруг вжалась в стену и почти что завыла. Я оказалась в западне. В ловушке собственных мыслей и действий. Назад дороги не было, даже если бы я очень сильно захотела, забраться обратно на мост у меня бы уже не получилось. Я снова посмотрела вниз и содрогнулась в нерешительности. - Ээй... Может я могу чем то помочь? - внезапно раздался совсем рядом странный и какой-то будто нечеловеческий голос.