Одна ночь и тысяча проблем.

      Когда вы осознаёте то, что прям нисколечко не хотите просыпаться. Даже если вам снятся пони и радуга? Тогда? Когда вас обнимают сильные руки и уже совсем родное дыхание ощущается на своей шее? Или когда вас облепили конечностями. Что аж дышать не можешь? А может быть, тогда, когда совсем неуловимо слышишь тихие слова: «Как же я тебя люблю, что даже на миллиметр отпускать не хочу». Да уж... Ну зачем тогда не просыпаться, если можно и так прекрасно это всё ощущать и слышать? А может быть, потому, что придётся вставать с нагретой и мягкой постельке и идти в этот холодный и бесчувственный мир, где уже не получится так сладко лежать и чуть ли не мурчать от удовольствия, притворяясь совсем немного спящей. – Солнце, – прям тихо-тихо. Как будто и вовсе не говоря, Юнги опалил своим горячим дыханием ушную раковину Т/и. Со счастливой улыбкой, он своим носом зарылся во вкусно пахнущие волосы. Пока их обладательница, для вида «сонно промычала» и повернулась лицом к мужчине, всё также продолжая держать глаза закрытыми. Хотя, это с каждой секундой давалось ей всё сложнее и сложнее, потому что обладатель, небесных голубых глаз неотрывно на неё смотрел. – Зайка, – он как будто решил начать перечислять всевозможные милые прозвища. Чтобы и так, покорённое сердце Т/и не выдержало и вообще перестало функционировать, потому что в последнее время, сердце, то делает, что отбивает двести ударов за минуту! Нет, ну правда! Она, конечно, не считала, но по ощущениям, так оно и есть! – Крошечка моя, –ласково промурлыкал тот и губами начал выцеловывать шею, на которой расцветает пышный куст, из его засосов и укусов. Да уж, этой ночью он оторвался по полной, потому что, не только шея пострадала, но и абсолютно все участки, когда-то, фарфоровой кожи. Он старательно, своим мягким и тёплым языком обводил каждый участок на сладком теле Т/и, стараясь ничего не пропустить. Та он даже за задницу успел её укусить, за что потом поплатился ударом пяткой. Но зато, его внутренний собственник теперь довольно мурчит и порыкивает от счастья, что он наконец-то пометил своё. – Мушечка моя сладкая. Когда Юнги, своим носом провёл по-влажному от духоты в комнате, виску Т/и, эта стала её последняя нервная клетка, которая тоненькой ниточкой небрежно разорвалась, выбрасывая этим наружу: недовольное пыхтение Ти. Неожиданно, даже для самой себя, не то что для Юнги, она резко поднялась с кровати и каким-то недовольным, или даже обиженным от чего-то взглядом, начала смотреть на мужчину. – О. Проснулась, наконец, – сделав вид, как будто он совсем не знал, что она и вовсе не спит. Юнги как-то выжидающе покачал головой, мол: «говори уже, что стряслось, рас смотришь на меня своим убийственным умиляющим взглядом, и пошли пожрём уже чего-нибудь, поскольку я будил тебя больше часа». – Ааа-ах! – как-то раздражённо простонала Т/и и закатила глаза, на что Юнги ещё больше удивился, поскольку не понял, откуда и по какой причине, началась такая реакция с утра пораньше. Он всего лишь, захотел милым способом её разбудить, а в итоге получает: растрёпанную, с заспаными глазами, недовольную булочку, которую так и хочется укусить за щёчку, а потом звонко мокнуть, в знак извинения. Но сначала, прежде чем он осуществит свою маленькую шалость, он выслушает все появившиеся из не пойми откуда, претензии и не довольства. Наверное, это привычка просыпаться с раздражением у ведьм. Главное, чтобы они не передавали это состояние другим людям, –  подумывал Юнги, пока Т/и сосредоточенным лицом, смотрела куда-то сквозь него. Кажется, она пытается подобрать слова для дальнейшего высказывания своих нахлынувших недовольств. Он, кстати, в своих догадках оказался прав, поскольку Т/и через несколько секунд сразу же заговорила. – Снова ты своих мух приплетаешь? Если они тебе так нравятся, то иди и встречайся с ними! Нафига тогда ко мне лез, если в твоих предпочтениях: лохматые и некрасивые мухи, которые летают возле всякой фигни?! – с красными от злости щеками, Т/и своим кулаком не сильно ударила помятое одеяло, показывая этим, что она крайне зла и недовольна, и что прощение он теперь навряд ли получит сегодня, ато и завтра. Секунда, и по комнате, эхом, раздался хриплый смех Юнги, у которого даже появились слёзы в уголке глаз. Ничего смешнее, в то же время совершенно непонятного. За всю свою жизнь, Юнги ни разу не слышал, утром, от человека, который только недавно проснулся. Ему понадобилась целая минута, чтобы успокоиться от дикого приступа смеха, пока Т/и, в это время, чуть ли не плача от отчаяния, смотрела на Юнги, и нифига не могла понять, почему о н так дико орёт. Да, прям орёт и громко ржёт. Вообще-то, она была недовольна, но теперь она ещё и зла. А все из-за того, что Юнги снова вспомнил про своих долбанных мух, так ещё и посмел обозвать её ею! И сейчас, чтобы наконец-то рассказать причину его не понятного смеха, он сидит и ржёт, как умалишённый и совсем не слышит того, как Т/и возмущённо его обзывает и требует объяснений. – Айщ, может, ты прекратишь ржать, как: «подбитая чайка» и, наконец, скажешь, когда ты успел головой удариться? И я, между прочим, ещё как бы обижена на тебя. – как-бы невзначай решила напомнить Т/и, чтобы тот не расслаблялся, и скрестив руки, она отсела на край кровати. Юнги, тяжело вздохнув и помолившись за себя, потянулся за обнимашками, но Т/и одним взглядом показала ему, что если он  ещё пододвинется на один миллиметр, то она ему что-нибудь отгрызёт. К примеру: язык, чтобы он больше не смог так отвратительно смеяться. – Ух. Запрещаешь шевелиться на своей же кровати? Правильно! Туда меня.. – усмехнулся Юнги и сам отсел чуть назад, чтобы не провоцировать свою прелесть, который на данный момент выглядит: как дикая белочка, которая может до мяса расцарапать твоё лицо, если пересечёшь, черту личного пространства. – Первый день ночуешь здесь, а уже оккупировала мою кровать. Прелестно! Что же будет дальше? Моя одежда? Тогда, трусы хоть оставь, или ты предпочтёшь, чтобы я ходил без них? – поиграв бровями и тихо позлорадствовав над удивлённым, но в то же время пурпурным, от смущения лицом, Юнги упустил маленький момент, когда в него полетела подушка, и он, к сожалению, не смог от неё увернуться. Теперь, у Юнги было удивлённое лицо, а у Ти - победное. Господи, если это сон, то Юнги вообще не хочет просыпаться. Потому что. Как же он мечтал вот об этом. Каждый день просыпаться и встречать новый день с таких забавных ситуаций. – Прекрати нести этот бред, иначе, я и без нижнего белья тебя оставлю. Его секундные мечтания прервала Т/и, которая обратно пододвинулась чуть ближе, но всё равно почему-то держала дистанцию. Юнги только руку протянуть, как она будет его крепких в объятиях. Это так, к слову. Т/и, кстати, уже не выглядела такой обиженной и злой, как раньше, но всё равно что-то оставалось не так. Юнги это чувствует. – Правильно. Долой трусы, свободе письке! – Юнги! – Ладно-ладно-ладно! – сдался Юнги, поскольку понимает, что и правда заигрался. Та и взрослые, интеллектуальные, умные люди такого не говорят. Но, черт, наблюдать за смущённой и такой нежной Т/и -  это просто рай для его глаз! Так! Не о том думаем, Юнги! – Кхм... Да. Давай поговорим о том, что сейчас произошло. – Т/и согласно качнула головой и стала теребить подол огромный футболке, в которой она почему-то проснулась. – Давай по порядку. Ты на меня обиделась из-за того, что я назвал тебя мухой? Но что вообще может быть общего, между булочкой и мухой? Наконец-то, Юнги задал столь волнующий его вопрос, который он до сих пор не смог разгадать в своей голове. – Да. Ты назвал меня мух... Что?! – остановилась на пол пути в своих словах Ти, поскольку до неё полностью дошли слова Юнги. – Ты назвал меня: булочкой? – Ааа-а. Даа-а, – почему-то не очень уверенно для самого себя, качнул головой Юнги, словно, он и сам не верит своим словам. Но он ведь говорит правду! – Может быть, это тебе нравится, мухи, раз в каждом моём комплименте их только и слышишь? – прищурил глаза Юнги, как будто он разгадал маленький ее секрет. Т/и, как только услышала слова Юнги, отрицательно начала мотать головой и вскрикивать, что он точно ударился головой и теперь всё сваливает на неё, чтобы выйти из ситуации сухим и не виновным.  – Так. Ладно, – выставила руки вперёд и как-то снисходительно на него посмотрела – Произошёл маленький конфуз, поэтому я, больше на тебя не обижена, – натянуто улыбнувшись, она бегло отвела взгляд на тумбочку и зачем-то подождав несколько секунд, быстренько начала выбираться из-под одеяла. – Всё. Давай, вставай и пошли есть. Надеюсь, еду, которую ты уронил вчера, ещё в нормальном состоянии. Юнги успел только один раз моргнуть, как Т/и оказалась уже возле дверей. Резко встав с кровати, чтобы он успел ее догнать. У него резко потемнело в глазах и закружилась голова, из-за чего Юнги ойкнул и отступил назад, немного покачнувшись, но не упав. Поборов сильнейшую силу притяжения своей задницей, он всё же смог в самый подходящий момент, как в замедленной съёмке, поймать Т/и за руку, когда она уже начала открывать дверь и выходить. – Что случилось? – немного нервно повернувшись к Юнги, Т/и сделала лицо, А-ль: «Ну что тебе от меня надо? Если ты хочешь поговорить про мух, то иди и делай это на улице». – Эм, – отпустив руку, так как он уже остановил её, Юнги стал мысленно подбирать свои мысли, чтобы чётко и понятно преподнести их Т/и, которая очень нервно и смущённо себя ведёт. У него есть предположение по этому поводу. И он их сейчас, кстати, озвучит. – Ну, говори уже, – несдержанно проговорила Т/и, как будто куда-то спешит, или знает на подсознательном уровне, о чём её хотят спросить. – Я хотел спросить. Не болит ли у тебя. К примеру, поясница? Или у тебя появились мысли: почему ты в одежде? Минута молчания длилось вечность. и очень неприятно давила на его барабанные перепонки. От нетерпения, он начал постукивать ногой, пока Т/и, покусывая свои губы, смотрела на всё, кроме Юнги, и это его немного раздражало. – То есть, ты хочешь обсудить то, как мы потрахались? – прям в лоб задала она вопрос, и от чего-то пропищала непонятные слова себе под нос. – Да. Я хочу обсудить то, как мы потрахались, – выделил, с какой-то неприязнью последнее слово он, и в мыслях, он переделал эту фразу на: «любили друг друга». – Отлично! – воскликнула она и махнула головой. Что означало, она была зла и раздраженной. – Ам... Ну? – Айщ! – раздражённо взвыла она, поскольку. Ничуть не хотела затрагивать эту тему, но, видимо, Юнги был другого мнения, и ей теперь вряд ли отвертеться от ответа –Замечательно! Просто прелестно ты меня трахнул! Аж чувствую, что стала бабочкой! – Правда? – Все-все. Я понял! – быстро замахал руками Юнги. Когда Т/и, прямо как самый настоящий волк, оскалилась на него и чуть ли не зарычала. Это, конечно, очень потрясло его, поскольку, он ни разу не видел, чтобы девушки на него скалились, да и к тому же и рычали. Наверное, не с той ноги встала, вот и обозлилась на него. Из-за ерунды, к тому же. – Ну а всё же? Стукнув ладошкой себе по лбу, при этом ещё тяжело вздохнув. Т/и закатив глаза, эпично и при этом резко, отвернулась от него, из-за чего её волосы проехались по офигевшей роже Юнги, который, зажмурив лицо, сделал пару шагов назад. – А я всё равно знаю, что тебе понравилось! Можешь даже и не пытаться это скрыть! – выкрикнул вдогонку Юнги, когда Т/и слишком громко и быстро начала спускаться по ступенькам. – Такой горячий парень, как я, не мог не понравиться девушке в постели, – самовлюблённо произнёс Юнги. и подойдя к зеркалу, он сделал лицо: «bad boy» и под медленную музыку в своей голове, он зачесал свои волосы назад. При этом, он приподнял одну бровь, чтобы казаться ещё более сексуальнее и горячее. Простояв возле зеркала ещё несколько минут, любуюсь, как Нарцисс и восхваляя себя. Юнги всё же решил спуститься к Т/и, которая по-любому, его уже заждалась, и ждёт не дождётся, когда же он спустится к ней. И не важно, что он, между прочим, в трусах и с расстёгнутой белой рубашкой.

***

– Как это, у тебя вообще ни хрена нету? Я думала, это шутка такая! – носилась, как маленький ураганчик по всей кухне Т/и, пытаюсь найти, хоть те же сраные макароны, но она вообще ничего не смогла найти, кроме как, пропавшей еды, которую Юнги не соизволил отнести вчера в холодильник. – Вот так. Я же говорил. Я обычно всегда заказываю еду – присев за высокий стул, возле: мини-бара, Юнги специально ещё сильнее расправил рубашку, чтобы открывался вид на его напряженный пресс. – Чёрт. Да почему всё идёт через твоё место!? – схватившись за волосы, Т/и боковым зрением увидела нижний ящик, который она ещё кстати не проверяла. Почувствовав долю надежды, она, присев на корточки, и не специально оттопырив пятую точку, начала там лазить. Совсем не подозревая, как. Юнги несколько раз облизнул свои засохшие и покусанные губы, и несколько раз, под томные вздохи, сжал свой пульсирующий орган, который был чётко виден сквозь боксеры. – Мм, – прикрыв глаза и сжав чуть сильнее, горячую и такую влажную головку, Юнги не услышал, как Т/и печально простонала и, поднявшись на ноги, придумала одну идею, совершенно не замечая того, чем тот занимается. – Раз уж ты такой зажравшийся мажор, то я сама, на свои деньги, схожу в магазин и куплю нам хавчик. Но с тебя книги от нового автора – повернувшись к Юнги и лучше бы, она этого не делала, Т/и так и застыла с ужасом на глазах. – Хренов извращенец! – заверещала она, спустя несколько секунд оцепенения и быстро прикрыв своё лицо, рванула в гостиную, подальше от этого ужаса который, лишь злорадно усмехнувшись, жалобно посмотрел на свой орган, который пульсировал и неприятно давил на влажное бельё. – А нехрена шастать и нагибаться в трусах. Потом я ещё и виноват. – поднявшись, он пошёл снова за Т/и, чтобы попросить прощения.

***

– Не подходи ко мне, пока в твоих гормонах играет половой орган. – надев на себя обувь, попутно укоризненным взглядом смотря на Юнги, Т/и начала проверять, а не забыла ли она свой кошелёк и телефон. – Ох. Я же говорю. Ты слишком сексуально всё делаешь, из-за чего мне сложно сдерживаться. Да и это от того, что у меня было воздержание. Я же не занимался сексом после того, как встретил тебя, – начал оправдываться Юнги за то, что просто поглаживал себя... Ну и что в этом такого? Хотя. Может быть, для святых дев - это вообще не простительно? – Ладно. Забудем. Не каждый день я вижу, как мужчина сидит напротив меня и трогает свой причиндал – опытавшись спокойно дышать, и правильно мыслить, Т/и прикрыла глаза, и почему-то в её голове всплыл снова этот отрывок. Хотя она ясно дала себе понять, что не хочет это вспоминать, но, видимо, её разум и желание были против её самой. Ну ладно. Может быть, самую малость. Она и признает, что Юнги в этот момент уж очень выглядел охрененно, что на него так и хотелось запрыгнуть и объездить всего с ног до головы. Но из-за принципов и морали, она не хочет до конца это принимать, а вот её тело ещё как – Поверь, детка, ты ещё не такое увидишь. – Таа-аак. Давай не начинай, а то сейчас уйду и больше никогда не вернусь. – Эта что, угроза? – скрестив руки и по-доброму улыбнувшись, Юнги облокотился о дверной проём. – Нет. Всего лишь маленькое предупреждение, после которого ты не сможешь иметь детей. – Пф.. – Все, Юнги. Мне нужно идти в магазин, а ты меня задерживаешь. Ты же и сам хочешь есть. – Истину глаголишь. Ну ладно, иди, но когда ты вернёшься, я продолжу тебя дрючить. – Так ты это специально?! – Все иди. – бережно вытолкнув Т/и за дверь, Юнги быстро закрыл её. – Неблагодарный старикан! – Я и тебя люблю, солнце. И не забудь купить продуктов из списка, который я тебе написал! – послышалось из-за двери, а дальше, шаги, которые означали одно. Эта неблагодарная морда слиняла. – Ааа-айщ! Ну что за кусок отбитой мухи!? – стукнув ножкой из-за несправедливости и настоящего хамства, Т/и подумала о том, что фиг ему, а не продукты из списка. Купит ему укропчика, пусть его и хавает, может быть мозги на место встанут. – Тогда ещё ещё и орехов ему куплю. Немного плохих, но ему и так сойдёт. – злорадствующе хмыкнула она и пошла к лифту.

***

– Три килограмма говядины, красная рыба, овощи... – читала вслух список Т/и и охреневала одновременно. – Это что, заклинание: Как стать бомжом за короткий срок?! Он там ничего не путает? Я, конечно, не из бедной семьи, но такие прелести я вижу только по праздникам, раз в год! А этот, гад ползучий, каждый день, наверное, такое уплетает! – неспешным шагом шагая по оживлённой улице, Т/и чуть не запнулась об камень, когда подумала, сколько же ей выйдет только одно мясо. – Та у меня все деньги со счёта уйдут, или даже не хватит, если я куплю ему, его говядину. Из этого списка, я могу позволить ему, только соль. Вот её и куплю. Пускай за свои деньги такое покупает и угощает меня. – из-за машин и людей даже не слышно, как она разговаривает сама с собой. – Извините...! – послышалось где-то сзади и, сомнительно остановившись, вдруг ей послышалось. Т/и посмотрела назад и увидела красивую женщину в возрасте, которая, кажется, обращалась к ней. – Аа.. Да? – посмотрев на запыхавшуюся женщину с сумками, она сразу же подумала, что у неё будут спрашивать дорогу. И она не ошиблась. – Извините, пожалуйста. Я приехала в гости к своему сыну, но не была здесь больше пяти лет, поэтому подзабыла, что и как тут. Не могли бы вы подсказать дорогу к этому дому? – положив, сразу видно, недешёвые сумки на землю, не боясь их при этом испачкать, она из своего пальто начала доставать маленькую бумажку, на которой, видимо, был адрес. Взяв из рук женщины бумажку, Т/и начала читать адрес и сразу же узнала в нём дом, в котором живёт Юнги. – Ааа-ам. Вам сейчас нужно будет пойти прямо, и как дойдёте, до вон того розового задания, вы должны будете завернуть налево. А дальше вы увидите огромный жилой комплекс. Туда вам и надо – показав приблизительно рукой, куда нужно этой женщине, Т/и улыбнулась и слабо поклонилась в знак уважения, что, кстати, сделала и сама женщина. – Ой. Спасибо вам большое! Вы меня так выручили. Уже у двенадцатого человека спрашиваю, и все меня игнорят. Что за люди неблагодарные пошли?! – пожаловалась незнакомка и тяжело вздохнула, поскольку устала уже больше часа бегать туда-сюда. – А почему вы не воспользовались навигацией? – Я прилетела с другой стороны, поэтому, интернета здесь не будет. Я хотела, как только найти сына, сходить с ним в связной и поменять симку. – Аа-аа. Вот оно что. Ну понятно. Вы кстати такая красивая. – не сдержалась, и сделала действительно искренний комплимент Т/и, из-за чего женщина смущённо улыбнулась и махнула рукой а-ль: «Чего вы меня смущаете?» – Хи-хи. А вы такая чудесная и искренняя девушка, что даже не верится, что на этой гнилой планете, ещё остались такие люди. – женщина тоже решила сделать комплимент Т/и, из-за чего, та уже конкретно засмущалась. – Вы такая хорошая и добрая мать. Вашему сыну очень повезло с вами. – Ха-ха. Спасибо, голубушка. Но, этот засранец не ценит меня. Звонит в раз в год, чтобы убедиться, что его единственная мать ещё жива, – закатила глаза на последних словах женщина, и не довольно цокнула, вспоминая их последний звонок два месяца назад. – Ой. Какой ужасный сын. Обязательно отвешайте ему подзатыльников за это, чтобы в следующий раз, ценил такую прекрасную женщину, как и вы. – Ой. Спасибо. Я обязательно послушаю твоего совета и отлуплю его как следует, – искренне хохотнула женщина и, посмотрев на свои часы, недовольно охнула. – Ох. задержалась я уже тут. Сыну вот хотела сюрприз сделать, а уже почти обед. Наверное, он сейчас на своей работе. – Тогда, вам следует поторопиться, чтобы сделать ему замечательный сюрприз. – Т/и так комфортно было разговаривать с этой незнакомой женщиной, что она и не заметила, как они разговорились аж на двадцать минут. Т/и не может описать словами, но рядом с этой женщиной, она ощущает себя в безопасности и в тепле. Или как будто, она её ангел-хранитель и защищает её от всех бед. – Что ж. Было приятно встретить такого человека, как ты. Надеюсь, ещё встретимся! – Взяв в руки свои немного тяжёлые сумки, женщина широко улыбнулась и, поклонившись на прощание, быстренько пошла по указанному пути, услышав при этом, как Ти желает ей удачи. – Блин. Она мне кого-то напоминает. – нахмурив брови и попытавшись немного вспомнить, у неё ничего не вышло. Махнув рукой, она дальше направилась в магазин. Наверное, Юнги её уже заждался. И когда она придёт, он накинется не на еду, а на неё.