Пропала

Агенты незаметно собрались вокруг здания бывшего цеха. Они не знали, как шеф вычислил нужный из нескольких бетонных остовов, но спросить не решались – от вампира явно веяло смертельной опасностью, и, даже будучи уверенными, что им ничего не угрожает, детективы инстинктивно держались на расстоянии. Лида собрала поблизости всех окрестных бродячих собак, на случай, если преступники попробуют сбежать. Гера вселился в дерево рядом с припаркованными машинами и выяснил, что в здании двое мужчин. - Не вздумайте приближаться к ним, - предупредил Феликс, - У них вполне могут быть отравленные кинжалы, от этого яда даже вампирам не спастись. Ищите Ульяну, она где-то внутри, в одном из вентиляционных рукавов. Феликс достал пузырёк тёмного стекла и полил на руки. На глазах у изумленных людей странная, слабо светящаяся жидкость растеклась по рукам мужчины, как ртуть, и образовала подобие багровых перчаток. Вампир на секунду застыл, словно принюхиваясь, затем взмахнул рукой, указывая направление, а сам решительно шагнул к проёму в подвал. Коридор освещался тусклой, изредка помигивающей лампой, создавая зловещую атмосферу, и мешая разглядеть детали. Феликс медленно, шаг за шагом, продвигался вглубь здания. Вампир сбросил с себя последнюю маску человечности. Он был прекрасен красотой хищника, вышедшего на охоту, но хищника настолько страшного, что ужас сковал бы любого, попадись он случайно на пути охотника. Первые две ловушки были сделаны по-дилетантски, ну как можно было рассчитывать, что настороженный вампир не увидит протянутых серебряных струн, или закреплённой на потолке сети, пропитанной парализующим раствором. Третья - была посерьёзней, Феликс чудом не вступил в пентаграмму подчинения, и лишь покалывание в ладонях помогло обнаружить слабый след магии. Перчатки работали! Продвинувшись ещё немного вперед, вампир заглянул за угол. Ему открылся вид на кое-как благоустроенную комнату и двух мужчин сидевших за самодельным столом и поглощавших какое-то варево. Тот, что был помоложе, все время поглаживал рукой ножны на поясе, старший был безоружен, но именно он выглядел более опасным, что-то во взгляде прищуренных глаз предупреждало – это достойный противник, не стоит его недооценивать. Феликс узнал ножны – это тот самый кинжал, со смертельным ядом. Поэтому мужчин желательно было разделить на короткое время, чтобы не получить случайную царапину. Времени на раздумья не было, вампир чувствовал, что Ульяна всё-еще где-то в здании и слабеет с каждой минутой, связь вновь начинала прерываться. Не придумав ничего более умного, Феликс зашвырнул горсть камней за угол, и растворился в воздухе. Услышав шорох рассыпавшихся камешков, молодой вскочил. - Это он! – чуть глуповатое лицо озарилось надеждой и предвкушением праздника. - Сиди, раньше завтрашнего вечера вампир здесь не появится, краска еще не могла поблекнуть, - старший остался невозмутим, - это, наверное, крысы. - А девка не сдохнет там, без еды? – молодому не сиделось на месте, - уже четыре дня прошло! - Не сдохнет, вода есть, а без пищи человек может долго протянуть. - Всё же я пойду, посмотрю, кто там шастает, - молодой схватился за кинжал и поднялся, - не нравится мне этот шум. Старший остался сидеть на месте, лишь потянувшись за пачкой сигарет. Его рука так и осталась висеть в воздухе, когда он почувствовал за спиной присутствие чего-то жуткого. Кривая улыбка медленно проявилась на тонких губах. - А ты оказался хитрее, вампир. Ну что же, я проиграл – кусай. Мужчина склонил голову и откинул воротник. - Ты так и не понял, что ты окончательно проиграл, - прошептал вампир на ухо своей жертве, - я не тяну в рот всякую гадость, поэтому зря ты измазал всю шею ядом. Миг – и голова развернулась на 180 градусов, в серо-стальных глазах ещё успело промелькнуть разочарование, и жизнь навсегда покинула бренное тело. Феликс аккуратно опустил тело на стул, и мгновенно развернулся навстречу новой опасности. А-а-а – выставив перед собой кинжал, на вампира летел разъяренный парень. Феликс только успел схватиться за лезвие рукой и вырвать кинжал. В следующий момент молодой бугай был отброшен к стене. Скорчившись в углу, он обезумевшими глазами смотрел на оживший ужас, приближающийся к нему с грацией кобры, поигрывая смертоносным клинком. - Этого не может быть, этого просто не может быть, кинжал был отравлен, отравлен, не может быть, отравлен, - шептали посиневшие, дрожащие губы. Феликсу стало противно, он скривился и легким движением запястья послал кинжал прямо в сердце безумца. Затем придирчиво осмотрел ладонь, к счастью отражающее средство не подвело, перчатки остались неповреждёнными.