Странные вкусы

Джон передернул связанными руками, хмуро глянул на темный силуэт стоящего перед ним мужчины. Абсолютно точно дорогой костюм, слишком небрежно-пафосная поза. О, Джон его сразу узнал. И будто поняв это, силуэт сразу произнес: - Доброе утро, Джонни-бой! - на свой сладкий манер растягивая и пропевая слова. В ответ всё тот же хмурый взгляд. Джон не намерен вести светские беседы. - Зачем я здесь, что тебе нужно? - нижняя челюсть будто закаменела от злости. - О, неужели ты правда думаешь, что я расскажу? Сейчас? Тебе? - насмехается. Джон едва сдерживается, чтобы не закричать на этого напыщенного ублюдка, обводит взглядом помещение, где он сидит, привязанный к стулу. Небольшая комната, никакой мебели или обоев, обшарпанные серые стены в лучших традициях маньяков с подвалами, единственная дверь - за Мориарти. Перспективы отличные - по крайней мере снайперов в этой комнатушке точно нет. Джон фыркнул. А вот в следующей наверняка сидит охрана. - Мне нужно лишь, чтобы ты мило поворковал по телефону со своим дружком, - Джим подходит ближе, достает мобильный телефон и набирает номер. - Мы не.. - привычно начинает оправдываться Джон и затыкается: перед Мориарти он точно не должен этого делать! - О, правда? Со стороны кажется обратное.. - как ни в чем не бывало поддерживает разговор Джим и подносит телефон к уху Джона. - Но я рад. - Кто это? - из трубки перебивает голос Шерлока. - Шерлок, это я, ты в порядке?! - Джон? Джон, где ты?! Ты цел?! - Шерлок, я...! Но Джим уже убирает руку с телефоном и хлестко бьет Джона по лицу, чтобы было слышно по телефону Холмсу, и чтобы его пленник умолк. - Приве-е-е-е-ет, сладкий! А мы тут отдыхаем и нам тебя не хватает! И идет к двери, продолжая нести чепуху в трубку, оборачивается со сладкой улыбкой, подмигивает и захлопывает дверь. Совершенно не реагируя на крики Джона. Чуть позже заходит незнакомый мужчина и делает Джону укол, который уносит его в темноту. В следующий раз Джон открывает глаза и обнаруживает себя на заднем сиденье автомобиля в компании неизвестного громилы. Он не в багажнике, и эта мысль парадоксально его НЕ успокаивает. Джон прокашливается и неуверенно пытается завязать разговор: - Я могу узнать... куда мы едем? Безразличный взгляд скользит по Джону. Молчание. - Ясно.. Джон опускает глаза - руки в наручниках, на ногах стяжка. Стоп. Это не его джинсы. Джон недоуменно оглядывает себя, насколько позволяет положение. Его что, переодели в костюм?! Поднимает пораженный взгляд на своего "охранника". Тот продолжает безучастно смотреть вперед, естественно никаких объяснений Джону давать не собираются. За стеклом мелькают Лондонские дома, они едут по городу. То есть если Джон дернется и кинется на водителя, скорее всего громила быстро его обезвредит, да и со связанными ногами далеко он не убежит. Пока Джон прикидывает в голове возможные варианты побега, машина сбавляет скорость и молчание нарушает пиликанье телефона рядом. Громила отвечает на звонок и подносит телефон к уху Джона, все еще не говоря ни слова. - Выспался, Джонни-бой? Этот манерный тон скоро будет вызывать у Джона зубную боль. Он лишь угукнул в ответ. - Хорошо. Надеюсь, тебе не нужно объяснять, что если ты попытаешься выкинуть хоть что-нибудь, многие люди вокруг тебя умрут, правда? Джон молчит, сжимая губы, злится. - Я жду ответа, сладкий. - Да, - после затянувшейся паузы, со вздохом принимает поражение Джон. - Чудненько! Тогда слушай меня внимательно. Сейчас машина остановится, мой большой друг, который тебя сопровождает, освободит тебя и проводит в прекрасное место. А ты будешь вести себя хорошо в цивилизованном, культурном обществе, правда? - Да... - снова с опозданием отвечает Джон. Он в замешательстве. - Отлично! Короткие гудки. Машина останавливается, громила забирает телефон и внимательно смотрит Джону в лицо, медленно срезает стяжку но ногах, расстегивает наручники. А водитель уже вышел и открыл Джону дверь. Громила грубо подталкивает в плечо, и вот Джон вылезает их машины. Они... приехали к ресторану? Роскошное заведение, даже ковровая дорожка имеется. Мужчина захлопнул дверцу автомобиля и кивнул Джону - мол иди внутрь. Чтож, здесь действительно полно людей вокруг, мишеней слишком много. Поэтому Джон делает шаг и заходит в ресторан. Громила следует за ним по пятам. У стойки администратора громила протягивает приглашение работнику ресторана и вот перед Джоном уже распахивают бархатный полог, открывая взгляду большой зал с круглыми столиками. Он неуверенно проходит. Стоит заметить, что зал полон. Ни одного свободного столика не видно, а гости все в соответствующих роскошному интерьеру нарядах. Это объясняет, что и самого Джона переодели в неплохой костюм. Подумав об этом, Джон потер манжету, оглядывая зал в поисках знакомых лиц. И вот оно. Вернее он. Джим Мориарти одиноко сидит за столом и приподнимает бокал с вином, подзывая Джона к себе. Тот послушно подходит ко столу и садится на стул, услужливо отодвинутый официантом перед ним. - Ему то же, что и мне, - говорит Джим, поспешно отсылая официанта. Кивает Джону на налитый для него бокал вина и улыбается. - Прекрасный вечер, правда, Джонни-бой? Улыбается совсем не по-Мориартевски, а как-то слишком обычно, как простой и довольный происходящим мужчина. - Я не буду это пить. - Ох, Джонни, ты оскорбляешь почти столетнюю историю вин этого ресторана своим поведением! Ну же! - и снова приподнимает свой бокал. - Давай выпьем и развлечемся беседой, пока ждем ужин. Джон бегло оглядывает гостей за соседними столиками, думает, что ставит всех под удар своим присутствием здесь. И берется за ножку бокала, поднимая его, с тихим звоном касается бокала Мориарти. Оба делают по небольшому глотку и ставят бокалы на стол. - Так-то лучше! - снова улыбается Мориарти, а в глазах будто черти пляшут. У Джона мурашки бегут от этого его почти влюбленного взгляда. Потому что он физически чувствует, как Мориарти едва не раздевает его своими глазами. - Тебе идет костюм. - Спасибо, - сухо отвечает Джон. В горле пересохло и он делает еще глоток вина, пытается выглядеть не таким нервным. - А мне? - Что? - Мне идет этот костюм? - И Джим выпрямляется, расправляя плечи, демонстрирует себя. - Эм... Как всегда потрясающе, - справившись с удивлением от этого поведения, выдавливает с сарказмом Джон. Но Джим будто не распознает этого и искренне улыбается: - Спасибо, Джонни, - улыбка будто чуть смущенная. Джон думает, что в Мориарти пропадает отличный актер. И прежде, чем успевает подумать, задает вопрос: - Для чего весь этот спектакль? - Чтобы наше свидание заметили, тебе не нравится? - как ни в чем не бывало быстро отвечает Джим. На мгновение его лицо становится холодным. Но вот он снова расплывается в милой улыбке. Официант с тележкой неожиданно возникает около их стола, выставляет тарелки перед ними, кланяется и быстро удаляется. - Что? - у Джона желваки играют на лице, смотрит прямо на Мориарти. - Это телятина по особому рецепту здешнего шефа. У ресторана, кстати, три звезды Мишлена, абсолютно справедливо заслуженные. - Я не об этом. - Не будь таким хмурым, Джонни-бой, давай насладимся ужином! - и Мориарти берет приборы в руки, приступая к еде. - Что происходит, чего ты добиваешься? - не отступает Джон, продолжая смотреть на Джима. Прожевывая кусочек телятины, он мило улыбается, протирает уголки губ салфеткой и отвечает: - Я уже ответил. Не будь таким глупым, это действует мне на нервы. А в таком заведении просто преступление находится в плохом настроении. Понимаешь? Джон намек понял. - Тогда зачем тебе... - осекся, скосив взгляд на звякнувшего ножом Джима, - нам... быть замеченными? - Ох, Джонни... - снисходительно протянул Джим, кивнул на тарелку Джона. - Ешь. И будь паинькой, ведь это наше первое свидание. - Ты хочешь, чтобы Холмсы узнали, чтобы нас видели... Но для чего? Под опасным взглядом Джима, Джон все же берется за вилку с ножом и пробует поданное блюдо. Джим же улыбается на это и тихо выдыхает, чтобы слышал лишь Джон: - Хороший пёсик. Джон фыркает и продолжает есть - слишком вкусно, чтобы отказаться. Вряд ли он позволит себе прийти сюда еще когда-нибудь. Но прожевав, все же сказал, пытаясь прояснить: - Меня никто не будет ревновать, чтобы ты не нафантазировал себе... - О, ты действительно так думаешь. Забавно. Пауза. - Выпьем за нас, Джонни? - Мориарти снова поднимает бокал и тянется к Джону. И Джон пьет только потому, что ему как раз захотелось промочить горло. - Странные у тебя вкусы, однако, - фыркает, возвращаясь к еде. - Ты, например. Молчание. Вот сейчас Джон почти поверил.