Dirty and Clean

- Блэкхарт, Блэкхарт, та пара недель твоего отсутствия показалась мне целой вечностью, - появление верного слуги на пороге моей спальни немного подняло удрученное настроение и отвлекло зацикленные на эдельвейсе мысли. Хотя я и не был уверен в том, что он принес хорошие новости, все же любой ответ намного лучше томительного ожидания... Мне необходимо знать, есть ли даже зыбкая надежда на то, что я смогу вернуть своему разуму трезвость и освободиться от наваждения, которым отравила мое сознание чертова девчонка. - Милорд, - Блэкхарт склонился, учтиво приветствуя меня. - Довольно церемоний, - я нетерпеливо взмахнул руками, давая понять слуге, что бы он скорее переходил к сути того, что сейчас действительно было важным для меня. - Увы, мой господин, - почти шепотом произнес вампир, не осмеливаясь поднять взгляд. - От крови эдельвейсов не существует противоядия... Даже одна капля принесет вампирам окончательную смерть. Милорд, надо убить пленницу, пока она не погубила вас! - буквально на одном дыхании сказал Блэкхарт, я ощутил собственный страх, как только ненавистные мне слова сорвались с его губ. Но чего именно я испугался? Отсутствия противоядия или предложения убить девчонку? Первым моим желанием было вырвать сердце "гонца", принесшего плохую весть, но я сдержался. Смерть верного подданного явно не облегчит мне жизнь, и уж точно не поможет решить эдельвейскую проблему. "Не ожидал от тебя такого милосердия! - раздался насмешливый голос в голове. - Ты умеешь удивлять!" - Опять ты? Убирайся, ничтожество! Меньше всего я хочу знать твое мнение! - Милорд? - Блэкхарт с недоумением посмотрел на меня. - Мне жаль, что я не оправдал Ваши ожидания, но... - Замолчи, моя последняя фраза прозвучала не в твой адрес, - я раздраженно закатил глаза. "Ты еще не рассказал своим мерзким друзьям обо мне? Боишься, что они примут тебя за сумасшедшего? Хотя, они итак видят, что ты не в себе. Поверь, Блэкхарт и Вальтон давно бы сбежали от тебя подальше. В этом замке их держит лишь страх." - Ты можешь идти, истинная смерть тебе не грозит, по крайней мере, сегодня, - отдал я настойчивый приказ, стараясь игнорировать чертов Голос. Сейчас мне были необходимы тишина и одиночество, что бы поразмыслить о собственных перспективах и будущем девчонки. Возможно, убить её было единственно верным решением для меня... "Соглашусь с тобой, это правильный выбор, - одобрительно протянул Голос. - Иди в темницы прямо сейчас и разорви ей глотку." - Я не разделяю твоих суицидальных наклонностей, но ты натолкнул меня на замечательную мысль, - задумчиво ответил я. - Помнишь ли ты, что все гениальное просто? А если эдельвейс сама знает рецепт противоядия? Я же никогда не расспрашивал её об этом... Пожалуй, я последую твоему совету и спущусь к ней прямо сейчас. "Рискни! Отличный повод проверить твой самоконтроль. Как долго ты не утолял жажду? " - Спасибо, что напомнил. Иногда от тебя всё же есть польза, - мои губы растянулись в плотоядной ухмылке, Голос был прав, визит к моей светловолосой гостье лучше нанести на полный желудок. *** Когда я открыл дверь камеры, пленница тот час же забилась в самый дальний угол и смотрела в мою сторону загнанным, отчаявшимся взглядом. Я неспешно прошел внутрь тесной сырой каморки, и задумчиво осмотрелся. - Не самые комфортные условия для принцессы, - сделал я насмешливый вывод, присаживаясь прямо на каменный пол напротив девчонки. Она не проронила ни слова, боялась даже пошевельнуться, быстрый темп ее пульса и дыхание с затяжными паузами говорили о страхе, который словно стальные цепи сковал истощенное женское тело. - Сегодня в замок вернулся Блэкхарт, вернулся с плохими новостями, якобы от твоей крови не существует противоядия. Он прав? - с напускным равнодушием я пристально изучал реакцию девчонки на вопрос. Но из-за чувства первобытного ужаса, которое полностью овладело ею, я не мог получить ответ. - Мне зачаровать тебя? - мой тон стал настойчивее, я протянул руку к ее лицу и, обхватив пальцами подбородок, сделал так, чтобы она на меня посмотрела. Ярко-синий огонь ее глаз заставил мурашки пройти по моей коже, я поймал себя на мысли, что хочу видеть этот взгляд вечность... - Чем чаще ты используешь вампирский гипноз, тем быстрее мое сознание адаптируется к нему и он перестанет действовать, - тихо ответила она. - Хм... Звучит не очень убедительно, - я не поверил ни одному слову. - Никто из живых существ не в силах сопротивляться этому. И уж тем более какая-то жалкая тощая девчонка не является исключением, - грубо прорычал я прямо ей в лицо, вынуждая её сердце забиться пуще прежнего. - Так ты ответишь на вопрос про твою чертову кровь? Хочешь, чтобы я развязал тебе язык? - Противоядия нет, - быстро произнесла она, вызывая этой фразой новый прилив разочарования и злости, на секунду я был готов поддаться гневу и впиться в такую сочную и манящую глотку пленницы, но инстинкт самосохранения обуздал этот порыв, и я снова взял под контроль бушующие эмоции. - Попробую спросить по-другому, - я не мог поверить ей на слово, потому что не был готов принять такую правду. Не отпуская её взгляда, я еще больше сократил дистанцию между нашими лицами и вкрадчиво приказал. - Отвечай, существует ли противоядие от твоей ядовитой крови? - Противоядия нет, - раздался идентичный предыдущему ответ, а вместе с ним сердцебиение девушки замедлилось, а дыхание стало размеренным, внушение взяло верх над её волей. - Неужели не существует ни единого способа выпить тебя до суха и остаться в живых? - продолжил я допрос, вновь не позволяя горькой правде разрушить слабую надежду. - Эдельвейсы были созданы в противовес вампирам. Все мы составляли замкнутый круг. Фейри погибель для людей, люди погибель для оборотней, оборотни погибель для эдельвейсов, эдельвейсы погибель для вампиров, вампиры погибель для фейри. Но твоя раса смогла уничтожить одну часть круга, и такая потеря не прошла незамеченной. Природа сделала все, что бы этого никогда не повторилось, она дала нам всем еще больше силы и защиты, чем полностью исключила превосходство кого-то одного над остальными. Ни одна магия не способна излечить вампира от крови эдельвейса, эдельвейса от укуса оборотня, оборотня от слабости перед человеком, а человека от вампирского магнетизма. Круг опять замкнулся. И разомкнуть его вновь невозможно, - белокурая узница с равнодушием делилась своими знаниями, даже не подозревая о том, что творилась сейчас у меня в голове. Голос ликовал, он громко смеялся над глупым отрицанием очевидного, чем вызывал в каждом дюйме моего тела безумную ярость. Я почти потерял контроль над инстинктами своей животной натуры. Густая пелена жажды крови и убийства быстро обволакивала разум, мысли становились спутанными, невидимый кулак сжал челюсть, заставляя мои клыки удлиниться, а рот исказиться в хищном оскале. Я впился ногтями в собственную плоть, причиняя себе боль, чтобы хотя бы на мгновение очнуться от дурмана темных, опасных желаний. Мой обостренный слух сосредоточился лишь на журчании крови, которая быстрым потоком текла по венам девчонки, а взгляд улавливал каждое медленное движение пульса, едва сотрясающего её белоснежную тонкую кожу. Голос настойчиво приказывал мне поддаться искушению и исполнить свою самую заветную мечту, но я продолжал сопротивляться из последних сил. С неимоверным усердием у меня получилось оторвать глаза от её яремной вены и устремиться в ярко-синюю бездну её взгляда. Я знал, что смогу найти спасение лишь там, и оказался прав. По моему, напряженному словно струна, телу прошла расслабляющая волна, губы сомкнулись, а слух вновь уловил насыщенные шумы ночного замка. Я опять принадлежал сам себе, Голос наконец-то замолк, и странное, но приятное чувство умиротворения заставило меня втянуть клыки. Я был потрясен тому эффекту, который возымела на меня эдельвейс. До этого момента я не мог и предположить, что такое вообще возможно, но девчонка буквально укротила мою животную натуру и вернула разуму хладнокровие. Неужели она является и ядом и противоядием одновременно? - Как тебя зовут? - внезапно спросил я. - Сапфир, - покорно ответила пленница, все еще оставаясь под внушением. - Запомни, Сапфир, ты моя, - я медленно дотронулся рукой до её мягких губ и, обведя их контур, погладил костяшками пальцев горячую щеку. - Только моя, - беззвучно повторил я и захлопнул за собой тяжелую дверь темницы. Слишком много событий для одной ночи. Слишком много мыслей. Слишком много того, о чем необходимо подумать в одиночестве....