Детективное агентство "Анна и её духи". Новое поколение. История шестая.

События дальше развивались так быстро и так толково, что даже Трегубов был под впечатлением. Видимо, наличие в деле огромных денег и крупных промышленников, которые обманным путем были лишены своих предприятий, все же заставляет соответствующие органы проявлять нужную сноровку. Когда майор пару лет назад посылал запрос в Москву по поводу одного воришки, такого ажиотажа не последовало. Сейчас же Самосонов растерянно наблюдал, как все свободные кабинеты в отделении были заняты московскими полицейскими. Трегубов был вынужден передать дело, но Мартынов подсуетился и в состав рабочей группы вошел человек, лишенный столичного снобизма и готовый полноценно сотрудничать с затонской стороной. В конечном итоге всем удалось приладиться друг к другу, и работа пошла продуктивнее. Московская группа уже успела собрать внушительную базу, а теперь, когда Львов активно сотрудничал с полицией, а Лариса также делала это, пусть и вынужденно, преступная схема была раскрыта полностью. Выяснилось следующее: Лариса, которая много лет была любовницей Мацкевича, зависела от него почти полностью, потому что, связавшись с ним однажды, она планировала получить комфортную жизнь со столичным представителем власти, у которого водились деньги и связи, а в итоге была вынуждена выполнять сначала мелкие, а потом все более серьезные поручения, которые привели её к тому, что просто так уйти она уже не могла. Слишком крепко Лара во всем этом увязла. — Это не я, — истерично поясняла бывшая Юрина жена, пытаясь найти хотя бы одно сочувствующее лицо. Увы, никто из непроницаемых московских товарищей не проявлял понимания. Да, это не Трегубов, которым можно было попытаться манипулировать, которой, впрочем, не поддался её чарам. Сейчас случилось то, чего Лариса боялась с тех пор, как она поняла, куда влезла, — она оказалась один на один с людьми, которые знают, что она натворила, но не собираются её прикрывать. — Я не виновата! Он меня убил бы, понимаете?! Поначалу Мацкевич и сам не участвовал в слишком опасных делах, но постепенно всё изменилось. Разумеется, он сам не обладал достаточным весом, чтобы без боязни нарушать закон. У него был покровитель, которого Лариса не знала, но который в последнее время стал оказывать на её любовника сильнейшее давление. — Что-то происходило! — поясняла Лара. — Я точно не знаю, что именно, но Игнат будто с ума сошел. С квартиры своей съехал, мне велел вещи собрать. Мы несколько месяцев меняли жилье, мотались по самым замшелым дырам Подмосковья. Он стал таким грубым, таким отвратительным! Я не могла и шагу ступить, понимаете? Он бы… убил меня. Или покалечил, я вам говорю! Понимаете?! Суровый пожилой полковник перед ней и безразличная капитан с прилизанной прической не понимали, но готовы были слушать дальше, и Лариса продолжила говорить. Она уже не могла замолчать. Ей нужно было убедить полицейских, что она жертва в этой истории, что она готова сотрудничать, что ей самой было страшно (кстати сказать, так и было). Пока получалось не слишком удачно, она это видела. — Он мне две недели дал, — говорила Лариса. — Это был край, так он сказал. Если бы мы не успели за две недели завершить вопрос с заводом, то… всё. Его бы… убрали. И меня заодно. Так он сказал. Я сюда и приехала, чтобы поторопить Артема! Я знала, что он что-то нашел. Не бывает чистеньких таких, как Бенцианов пытается выглядеть, уж я-то знаю! Вы понимаете, даже зам его ничем не мог нам помочь! Ну, с ним Бенцианов не слишком уж дружбу водил и душу не открывал, но тем не менее! Не могло так быть! А выходило, что ни бухгалтерия, ни охрана природы ничего нам не дали! Пришлось Семихину действительно слить отходы в реку, чтобы пробы были положительными, а Верхнёва стала с налогами что-то мутить, потому что дело не требовало отлагательств. Мы уже все приготовили, осталось только все обнародовать пару дней спустя, и хотели еще артёмовскими данными сверху Бенцианова добить, но Артём пропал! Я не знала, что и думать! Игнат меня трясет, велит решить все за два дня, иначе всё пропало бы! Вы понимаете, что моей жизни угрожали? Со стороны полковника и капитана не последовало никакой реакции, мужчина только задал вопрос: — Где сейчас Мацкевич? — Я не знаю! — с отчаянием воскликнула Лариса. Она понимала, что возможность выторговать себе индульгенцию таяла, но это была правда. Игнат действительно бросил её на произвол судьбы, а сам исчез. А она теперь сидит напротив инквизиторов двадцать первого века и готовится гореть на костре.