Goddess Sisters

Египет является одной из древнейших и совершенно удивительных цивилизаций на Земле. Страна процветала многие тысячи лет, начиная примерно с пятого века до нашей эры. К примеру, главным занятием жителей долины Нила было земледелие. Египтяне возводили насыпи или дамбы, которыми отделяли участки земли друг от друга. Уже тогда они начали славиться своими по-настоящему важными открытиями. Лекарства, бумага, косметика, календарь и многое другое имеет до сих пор огромное значения для всего человечества. Но как появился Египет? Конечно же, существует много теорий происхождения государства, но самая любопытная из них, по мнению многих групп исследователей, теологическая. Египтяне почитали богов и сооружали во их имя наикрасивейшие памятники и храмы, проводили погребальные обычаи, без которых загробная жизнь не была бы бессмертной. Замечательная, интереснейшая культура Египта, о которой слышал каждый нас, воистину прекрасна. Скорбные хрустальные слёзы дочери бога земли и богини неба породили реку Нил. Йеддон была первой и старшей дочерью, рождённой в первый из пяти священных дней. Правильные черты лица, выразительные, как у хищной кошки, глаза и их в то же время доверчивый взгляд говорили о неземном происхождении. Драгоценный усех , золотой пояс, царский трон, расположенный на голове в качестве головного убора и являющийся символом богини, зелёно-красные ножные и ручные браслеты и белая ткань чуть прикрывали стройное тело, от которого невозможно отвести свой наглый взгляд. Светлые крылья ястреба из эмалей и золота подчёркивали всё могущество и силу. Не зря Йеддон и есть воплощение женственности. Уверенные шаги, эхом раздающиеся по просторному пассажу с величественными кварцевыми колоннами, украшенными загадочными узорами ближе к основанию, приближались в господские покои. Пухлые губы Йеддона сжимались в тонкую линию, будто бы это — тонюсенькая нить, которая вот-вот оборвётся от внутреннего сильного напряжения, разливавшегося по всему небесному телу; безумные глаза чуть щурились, опуская тем самым уголки зениц вниз. Настрой девушки явно давал понять, что на данный момент к ней лучше не приближаться ни на шаг, потому что разгневанная Йеддон — это безжалостное крылатое чудовище, способное под воздействиями эмоций, берущих верх, творить адские поступки, исход которых не изменить. С первого раза и не скажешь, что за таким изумительным обликом может скрываться подобное существо. — Йеддон, твой вид заставляет меня тревожиться. Взгляд старшей метнулся к не менее очаровательной сестре, стоящей в проходе. Рюддон — полная противоположность знакомой нам уже героини. Она родилась в последний день и была самой младшей в благоразумной семье. Хоть прекрасные облики обеих сестёр по большей части совпадали, различия не делали их менее роскошными. Головной убор из золотых рогов коровы и солнечный блестящий диск — символы жизни, а схожие по форме, но тёмного цвета крылья символизируют утрату самого ценного — бытия. Таким образом, Йеддон и Рюддон не только противопоставлялись друг другу: одна дополняла другую, обозначая опыт изысканного рождения и опыт никого не щадящей смерти. — Не разъяряй меня, Рюддон, — немного удивлённые брови хмурятся, заставляя тем самым появиться напряжённым морщинкам на переносице. — Если ты дожидаешься разъяснений, то твои усердия безрезультатны. — Не убивай мои цели. Рюддон была первой (и в последствии стала единственной), кто сумел успокоить и достать сестру из тревожного состояния. С самого младенчества картина гибели людей, вызванная глупостью и безответственностью человечества, в значительной степени повлияла на Йеддона. Кровопролитные, разрушительные войны уносили за собой жизни одну за другой, совершая это разными способами: вот на зыбком песке замирает ещё один молодой воин, изливаясь алой кровью и вспоминая отрывки своего обитания. Он так и не узнает самого страшного: его, как и многие концы — всё впустую. Рюддон научилась контролировать бушующие и желающие вырваться наружу эмоции: ни один мускул не вздрагивал, какими бы обстоятельства не были. Однако Йеддон так и не смогла. К сожалению, ей приходится нести этот долг и наблюдать за последними секундами многих глупцов, ведь она — одна из высших. — Йеддон, позволь моим чувствам к тебе исправить ситуацию. Прими их вновь, как делаешь это всегда. — зрительный контакт надавливал на Йеддона, заставляя сопротивляться (чего, в конце концов, не свершилось). — Пройдем же скорее в ложе. Мрачные и наполненные прохладным ветерком покои встретили девушек. Взявшись за вспотевшую, маленьких размеров ладонь сестры, младшая стремительным шагом достигла немного изогнутой, по тем временам, «кровати» с ножками и изголовьем, представленных в виде свирепых львов, покрытых богатством и служащих для защиты хозяйки от злой нежити. —Присядь, Йеддон. — раздался приказной тон. Не отпуская миниатюрной руки, Рюддон сошла на колени на ледяную поверхность. Она, не прерывая пристального зрительного контакта, уже не создававшего такого напряжения, как это было ранее, нежно поцеловала пясть: сначала аккуратно прикоснувшись к ней аккуратным носом, а лишь затем своими успокаивающими целебными губами. Крохотная, еле заметная слеза скатилась по щекам Йеддона. Она глубоко вздохнула, продолжая лишь молча наблюдать за происходящим. — Не сдерживай себя. — Ты всегда прячешься в самые потаённые уголки небесной души. — смешок, перемешанный с тихими всхлипами, не заставил себя долго ждать. — Спасибо, любовь моя. Дыхание Йеддона помаленьку возвращалось в свойственное ему состояние. Всё это время миниатюрные пальцы запутывались в густых прядях волос Рюддона, заставляя ту прикрывать усталые веки. — К несчастью, моё время вышло, меня дожидаются. — Рюддон медленно приподнялась, и взгляд её был наполнен нежностью и теплотой. — Не смею держать тебя. Очи обеих показывали истинные чувства влюблённых и творящиеся внутри них вещи, которые могли оставаться неозвученными.