Тот самый

Хван подрывается со скамейки в холле, едва Минхо открывает дверь кабинета. — Ну забирай своего питомца, — у ветеринара на руках довольный пёс, что крутится в крепкой хватке, пытаясь облизать врача в благодарность. Хо лишь фыркает, отмечая что хвост собаки сейчас напоминает пропеллер. — Осколок кости мы удалили, рану обработали. От сухого корма пока советую воздержаться. И понаблюдать за поведением. Хван рядом облегченно выдыхает, принимая на руки животное. — Спасибо, хён! Я так распереживался, ты не представляешь… Минхо только фыркает, кивая Хёнджину в сторону стойки регистрации. Как же, не представляет. Да младший готов был всё слезами затопить, едва Ли в кабинет зашел. Даже Минхо перепугался от такого вида Хвана. А оказалось — всего лишь застрявшая кость. Не мелочь, конечно, но вовремя замеченная не привела к непоправимым последствиям. — А ты значит ветеринар, хён? — Хёнджин стоит рядом пока Минхо надиктовывает услуги по прейскуранту, сознательно сокращая список, чтобы снизить цену. — Как видишь. — Здорово, — Хван перехватывает пса удобнее. — Любишь спасать животных? — Просто их люблю, — Минхо улыбается, и тянется к собаке в чужих руках, чтобы почесать за ухом. — У меня у самого дома три кота, — зачем-то делится Ли. — Вау, — восхищается Хван. А потом хихикает. — Я почему-то так и думал. — Ммм? — Хо поднимает взгляд на студента, замечая, как у того алеют скулы. — Ну…— мнется младший. —Ты сам похож на кота, хён. Особенно глаза, — пока Минхо растерянно моргает, цвет лица Хвана приближается к свекольному. — Эм… Спасибо? — неуверенно тянет Ли, не понимая до конца, как на такое внезапное заявление реагировать. Это комплимент? Неловкую ситуацию прерывает медсестра, что просит подписать Хёнджина договор на оказание услуг и оплатить. Ветеринар забирает питомца с рук и говорит младшему, что подождёт его на улице, на что Хван машинально кивает, сразу же разворачиваясь, чтобы скрыть всё еще пылающие щеки. Хёнджин выходит на улицу спустя минут десять, озираясь по сторонам. Ветеринар находится сразу же — сидящий на лавочке, а перед ним и любимый питомец, что так преданно заглядывает чужому человеку в глаза и подает лапу, как только тот просит. Не за бесплатно конечно — младший видит, как Хо достаёт из кармана какие-то лакомства и отправляет в раскрытую пасть. Хван любовался бы этой картиной и дальше, но телефон тренькает очередной смс-кой, и он вспоминает что вообще-то отпросился с работы и по-хорошему надо на неё вернуться. Только пса домой к родителям вернёт. Минхо поворачивает голову в сторону Хёнджина, когда тот приближается. — Рекомендации запомнил? — Да, — Хёнджин кивает и машет в воздухе листочком, что получил от администратора клиники. — А если что — у меня есть подробные указания. — Хорошо, — Минхо улыбается. — Постарайтесь больше не встревать так. — Кками иногда очень капризный, — морщится младший, укоризненно глядя на собаку. Пёс улавливает своё имя и машет хвостом активно, строя самые честные глаза. — Разворошил мусорное ведро, пока мама отвлеклась. Выражал протест, потому что его долго не выводили гулять. — Говорят собаки похожи на своих владельцев. — Ну спасибо, хён, — обиженно тянет Хван, поджимая губы. — Я не буду ворошить мусорные вёдра, если меня не выпускать гулять. — А ты проверял? — Ли склоняет голову на бок, хитро щурясь. Разговор глупый, но то, что Хван его поддерживает, веселит старшего. Рядом с этим парнем вообще много простого, глупого и веселого. И воспринимается легко. — Только представь — ты маленький и хочешь гулять. А тебя не пускают. Это же чертовки обидно. — А чего представлять, — Хёнджин показывает старшему язык, поднимая собаку на руки. — Я действовал по-другому. — Действовал? Как? — Ли вопросительно приподнимает бровь. — Я обои разрисовывал, — хмыкает младший. — Когда в пять лет заболел ветрянкой летом. И меня посадили на карантин. — Да ты вандал! — притворно ужасается Хо. — Творческая личность, — вздергивает нос Хёнджин. — Так у меня открылся талант к рисованию, между прочим. — Но ты пошел на хореографическое. — К танцам у меня тоже талант. — Да ты еще и хвастунишка, — беззлобно дразнит ветеринар. — А кажешься таким скромным. Хван фыркает. — Ты уже был в кофейне? — Да, — Минхо поднимается со скамейки, потягиваясь. — Пакет с вкусняшками получил. Спасибо. — Ясно, — телефон вновь вибрирует в кармане Хёнджина, и тот вздыхает. Как бы ему не нравилось вот так беззаботно болтать, но на работу уже пора. И немного жаль, что сегодня он старшего уже не увидит. Хотя… — Хён, не сочти за наглость, но ты мог бы дать мне свой номер? Минхо стопорится, хлопая глазами. — Номер? — Ага, — Хёнджин старается придать себе уверенный вид. — Если вдруг Кками станет нехорошо, я хотел бы проконсультироваться. — В серьёзных ситуациях лучше сразу обращаться в клинику, — начинает Ли, а Хван губу от досады прикусывает. — Но наверно первую консультацию я смогу провести и до. Давай телефон. Младший протягивает аппарат и Минхо умиляется с заставки, на которой изображен Хёнджин в обнимку со своим псом. Быстро набирает номер и протягивает аппарат обратно. Младший же делает прозвон. — Ты можешь сохранить мой, хён, — улыбается студент. — И я смогу собрать тебе заказ к твоему приходу в кофейню, если работаю. — Какой сервис, — фыркает Минхо. — Это только для тебя, — неловко мнётся младший. — Ты так-то постоянно меня выручаешь. Хотя мы знакомы всего ничего. — Ты не обязан. — Я хочу. — Хорошо, Джинни, — улыбается Минхо, а у Хвана сердце заходится от такого обращения. — Ты работаешь завтра? — Да, но на другой точке. — Тогда напиши мне, как тебя поставят сюда. И я загляну в обед. — Договорились, хён. Хван улыбается и прощается со старшим, оставляя того у входа в клинику. Едва младший скрывается за поворотом, до Минхо вдруг доходит, что номерок Хёнджина он все-таки взял. Косвенно, конечно, но… Неделя определённо стала лучше.

***

Хёнджин не пишет. Минхо обнаруживает это как-то постфактум, находясь в субботу в компании Чана в каком-то ночном клубе, где к ним присоединились и Хан с Чанбином, уставившись в свой телефон. С одной стороны — это радует, значит с Кками все в порядке. С другой констатирует факт, что Хёнджина не ставят в смены в ближайшую кофейню. А с третьей (самой загадочной и, пока не совсем объяснимой для самого Минхо) — расстраивает, потому что болтать с младшим было интересно. И легко. Немного удивительно, но за все короткие встречи с младшим, Минхо не чувствовал никаких проблем с тем, чтобы завязать или поддержать разговор. Ну разве что начало знакомства было все-таки неловким. Ли понимает, что ядом брызгал на подначивание Кристофера о расширении круга знакомств, но Хёнджин вписался как-то… сам собой? Просто по факту. Никаких длинных и долгих притирок, неловких выяснений чужих увлечений и поиска общих тем. Хван сам занимал эфир, и что-то спрашивал, внимательно слушая. И хотя встречи были недолгими, но после них у Хо однозначно оставалось приятное послевкусие. А шуточное препирание возле дверей клиники до сих пор вызывало лёгкую улыбку на лице, едва он вспоминал этот момент. — Ты так в телефон пялишься, не уж то все-таки номерок спросил? — Чан плюхается рядом на мягкий диван, расстёгивая две пуговицы на рубашке. Хотя система вентиляции работает в клубе отлично, Бану все равно жарковато в его рабочей одежде. Особенно только с танцпола. Психолог прилетел в клуб прямо с конференции, едва в их чате замаячил призыв пропустить по паре стаканчиков. Да еще и от самого Минхо. Этот день вообще можно обвести красным в календаре и праздновать, как второе пришествие. Ли косится на друга. — Он сам дал. Чан хватается одной рукой за сердце, а другой стирает несуществующую слезу, вызывая фырканье у Ли. — Мой мальчик… — Кто Минхо уже успел дать? — на диванчик напротив плюхается Хан, дыша, как скаковая лошадь, после забега, и его сразу же теснит бедром Чанбин, чтобы тот сдвинулся подальше. Джисон фырчит недовольно, как маленький ёжик, но двигается, чтобы Со уселся поудобнее, а после сразу подныривает под руку, оказываясь в чужих объятиях. Бин только хмыкает на такое поведение, но обнимает бережно, прижимая к груди. Хан сам по себе тактильный, а когда выпьет — так только Бин его любвеобильность и выдерживает. Хотя Джисон только на нём и виснет. — Ты всегда слышишь только то, что тебе хочется, — вздыхает Минхо. — Мы говорили о номере телефона. Джисон хмурится, а потом расплывается в масляной улыбке, поигрывая бровями. — Если дали номер, то значит потом дадут по-другому? — Как ты его терпишь? — Ли недовольно цокает, обращаясь к Чанбину. — Я его не терплю, — пожимает плечами Бин. — Я его люблю. Джисон смущенно пищит, а потом выкручивается из рук Со, чтобы уже самостоятельно обнять парня. Чанбин на это только добродушно хмыкает, прислушиваясь к быстрому шепоту на ухо, где Хан рассыпается в признаниях. Гладит по спине ласково и оставляет поцелуй на виске. Минхо морщится. — Фу, вы слишком сладкие, — Ли поворачивается к Чану, замечая, что психолог теперь и сам пялиться в телефон с глуповато-мечтательной улыбкой. Не надо обладать большим умом, чтобы понять, что тот в переписке с тем парнем, с которым ходил на свидание. Тоже потерян для общества. Минхо переводит взгляд на собственный безмолвный телефон и вздыхает. Есть ли смысл писать первым? Ли подумает об этом завтра.

***

Когда парни покидают клуб, Чан придерживает шатающегося Минхо, направляясь к машине Чанбина, пока тот в свою очередь уговаривает Джисона сделать еще пару шажочков, чтобы тот мог полноценно вырубиться на переднем сидении, а до квартиры его Со потом дотащит. Хо же в эти посиделки явно перебрал с алкоголем, хотя изначально такого не планировал. Наблюдая за всей той сладкой атмосферой, что воцарилась за их столиком, ветеринар осознанно перебивал её горьковатым джином с тоником. И как-то увлёкся. Не в нули конечно, но шатает его знатно, так что плечо Бана сейчас является лучшей опорой, и он на нем виснет, не испытывая ни каких угрызений совести. Минхо мутным взглядом наблюдает, как Бин открывает дверь машины, и аккуратно устраивает Хана на сидении, прикрывая его макушку своей ладонью, чтобы тот не поранился ненароком. Замечает, как Джисон продирает глаза и вытягивает губы трубочкой, выклянчивая поцелуй от своего парня, и Со не отказывает. Чмокает быстро, пристёгивая младшего ремнём безопасности, убирает с его лба челку и очень тепло улыбается, видя, как Хана вновь порабощает сон. В целом, с их работой это совершенно не удивительно, ведь Чанбин водитель машины скорой помощи, а Хан — фельдшер на ней же. Крис сгружает на заднее сидение Минхо и, салютуя друзьям, откланивается, вновь утыкаясь в телефон. Ли видит это через окно и фыркает. Вот уж и правда весна. Хо ловит себя на мысли, что, наверное, впервые испытывает легкое чувство зависти к своим друзьям, хотя раньше реагировал вполне равнодушно — и на пассий Чана, и на тех же Бина с Ханом. С последними ветеринар познакомился через всё того же Криса, который проходил практику в больнице, где на этих двух и «нарвался». Слово за слово, посиделка за посиделкой и вот уже они прочно вписались в окружающий мир Минхо, став его неотъемлемой частью. Достались они уже «наглухо слипшимися в отношениях», но как пришли к такому Ли не знал. И честно говоря порой удивлялся, как такие разные характеры могут сосуществовать под одной крышей. Но при этом сосуществуют весьма успешно. Ли обращается мыслями к Крису, у которого развивается роман, и ему становится интересно узнать, кто же его избранник. Они, конечно, потом обязательно познакомятся, если только второй человек настроен так же серьёзно, как и Чан. Минхо очень хочется, чтобы так же. Но зная удачу психолога… Хо вздыхает. — Ты чего такой задумчивый сегодня? — голос Бина хриплый от молчания и слегка пугает Ли, после тишины, в которой они проехали уже половину маршрута. Ветеринар переводит взгляд на Со, замечая, что тот поглядывает на него через зеркало заднего вида, а затем внезапно (даже для себя) спрашивает: — Как вы сошлись с Ханом? — через всё то же зеркало Ли видит, как Бин удивленно выгибает бровь. — А он тебе не рассказывал? — Неа, — Ли ловит себя на мысли, что и правда странно, что Хан молчал. Джисон — болтушка и тараторка, и иногда его хрен заткнешь, так как он ляпает вслух всё что взбредёт в голову. И рассказов у него великое множество. Минхо знает даже, как звали соседского хомячка, с которым любил играть Хан в возрасте пяти лет. Но о знакомстве с Чанбином и правда ни слова, кроме бесконечных дифирамбов в честь последнего. И Минхо теперь на фоне всего происходящего с ним в последнее время действительно интересно. — Не похоже на него, — фыркает Бин, бросая на спящего рядом Хана нежный взгляд. — Но рассказывать особо нечего. Нас определили в одну бригаду. Поначалу бесил меня жутко своей непрекращающейся болтовней да шутками-прибаутками, которых у него вагон и маленькая тележка. Мы даже цапались, — Минхо усмехается, устраиваясь на сидении поудобнее, но слушает внимательно. — Я наорал на него, когда, возвращаясь с очередного вызова, он начал травить анекдоты. Я тогда на взводе был — вызов срочный, а на дороге как назло пробка и даже мигалки не спасали сильно. А ты сам знаешь, как важна каждая минута. Бригада успела, человека спасли, но осадок остался. Много грубых слов сказал ему тогда. Обидел. Он притих и больше не заговаривал до конца смены. Я потом уже обратил внимание на то, как у самого Хана руки тряслись и понял, что он переживал не меньше. И этими самыми анекдотами он от стресса избавиться пытался. Стыдно стало и извиниться хотел, но как-то вызов за вызовом и смена кончилась. А на следующую уже из головы вылетело, потому что Джисон вел себя словно ничего не произошло. Правда, стал тише. — И ты так не извинился? — спрашивает Минхо, вспоминая цитату про «от ненависти до любви — один шаг». — Извинился, конечно, — хмыкает Бин. — Просто не сразу. Джи, когда тише стал, я аж неуютно себя почувствовал, на самом деле. Но, как к нему подступиться, так и не придумал. А потом очередной сложный вызов под конец смены — автомобильная авария, тяжелый пациент с множествами травм. До больницы так и не довезли, — Со поджимает губы, вспоминая прошлое. Ерошит волосы на затылке. — Я нашел Хана в комнате отдыха, смотрящим в одну точку. Он не отреагировал на моё появление вообще никак. Лишь когда я тронул его за плечо, он перевёл на меня взгляд и его прорвало. Он рыдал так громко, что я удивился, как диспетчеры не прибежали на такой вой. Не придумал ничего лучше, как обнять его покрепче, и дать выплакаться. Честно говоря, меня такое состояние напугало — он всегда шутил и улыбался, а тут натуральная истерика. За меня пальцами цеплялся, бормотал что-то, футболку слезами залил буквально. А потом в моих руках обмяк и вырубился. Я его адрес на тот момент знал, поэтому отбуксировал до машины да отвез до дома. Будить пытался, но он ни в какую. Так и остались в машине, пока Хан не проснулся. Меня тоже срубило. — А чего к себе не отвез? — Да я даже не вспомнил про это как-то, — Бин жмет плечами. — Меня Хан спустя пару часов разбудил, как сам проснулся. Уехать не дал — к себе утащил, сказал, что у меня мозг сейчас заторможен, еще в аварию попаду, а он волноваться не хочет. Мозг видимо и правда заторможен был, потому что я послушно за ним поплёлся и улегся, где сказали, вновь вырубаясь. Уже потом второй раз проснувшись он меня завтраком-обедом накормил и поблагодарил. И за то, что выслушал, и за то, что домой подбросил. Ну а я уже извинился за то, что наорал тогда. — А дальше? — А дальше — дежурства, корпоратив, одна постель на утро, — Чанбин смеётся, глядя на то, как вытягивается лицо Минхо. — Это если коротко. Если длиннее, то мы после примирения вроде как неплохо так ладить стали. Я к Джисону приглядывался, а он видимо ко мне. Общие темы нашлись для разговоров. Он меня подкармливать начал, заметив, что я особо готовить не люблю, а я ему с домашними делами помогать. А потом я затеял ремонт, и Хан вызвался помогать. Помощи от него не очень много в таких вопросах, но было заметно, как он старается. А знаешь, как в народе говорят: «Если пережили ремонт и не убили друг друга — можно жениться». Я за время ремонта настолько привык к тому, что Хан всегда рядом, что не ожидал, насколько мне пусто будет без него, когда все закончилось. Непривычно тихо, без его шуток и причитаний. Неуютно. И это в собственной-то квартире. Минхо внезапно вспоминается история Хёнджина про то, как он стены разрисовал, когда его на карантине держали и он не удерживается от улыбки. Интересно, пережили ли бы они ремонт с такой-то творческой личностью? — И ты решил сделать Хану предложение? — Не успел, — качает головой Со. — Я ответил «Да». Он же реактивный и опередил меня. Ну как опередил… Смелости на корпоративе набрался и поцеловал меня, когда вышли воздухом подышать. А дальше, я уже рассказал. Приехали. Ли переводит взгляд за окно, с удивлением обнаруживая, что они уже стоят у его подъезда. Рассказ Бина так затянул его, что он даже не заметил остаток пути, погрузившись в чужие воспоминания. Нельзя сказать, что история полна романтики, но в ней достаточно чувств. Да и он сам лично видит их отношения, когда они собираются вместе. Минхо жмёт руку Бину на прощание и выходит из машины. А уже у подъезда оборачивается, замечая, как Со аккуратно опускает кресло Хана, чтобы тот смог нормально поспать, пока они будут добираться до своей квартиры в соседнем районе. И на душе становится очень тепло… А добираясь до собственной кровати Ли, уже засыпая, вновь вспоминает Хёнджина.