Райское поле.

      В последние несколько месяцев Лололошка мучался бессонницей. Он не мог заснуть по ночам, днём особо активным не был, как и в темное время суток, естественно. Он вновь устало протирает глаза под которыми залегли темные синяки от постоянного недосыпания.       Даже Райя-Прайм ничем помочь не может. Она может вколоть успокоительное, андреналин и даже снотворное. Но и оно не может "заставить" его заснуть.       Революционер вновь выбрасывает докуренную сигарету в урну около здания Эмпориума. Тяжело вздыхает и уходит прочь. Пора навестить сводного брата по его просьбе.             

***

      И вот он уже стоит у стола Инспектора. По привычке начинает кусать губы до весьма неприятного жжения. Ему было даже больно улыбаться. Нижняя губа налилась кровью из-за чего была покрасневшая и слегка припухшая.       Он уже не чувствовал бывалого волнения и некого страха перед Войдом, которого он ощущал первое время. Этот страх был..странный, не похожий на другие чувства. Он появлялся медленно, заполняя каждую клеточку тела, заставляя чувствовать тяжесть в груди и ускоренное сердцебиение. У Лололошки даже щеки краснели.       Лололошка смотрит на Войда, а тот смотрит на него строгим и жестоким взглядом нахмурив брови. Иногда Ло задавался вопросом почему у него не было морщин, хотя Инспектор всегда ходил хмурым.       Первым тишину нарушает его сводный брат.       – Я тебя убью, если узнаю, что все это делаешь ты, – на несколько секунд он замолкает, а после продолжает, – ты ведь знаешь, что я ненавижу предателей.       Войд поднимает брови ожидая ответа Лололошки.       И ему остаётся лишь смиренно кивнуть, принимая во внимание слова Войда.       Которые он вновь нарушит.             

***

      Как только он выходит из здания где работает Войд, ему на телефон приходит новое сообщение, о котором ему оповещает Райя.       Писал Кавински.             Кавински.       Ты живой хоть? Давно от тебя ничего не слышно.       Лололошка ухмыляется глядя в экран, а после начинает быстро печатать ответ.

            Ло.       Все нормально. Живой. Был у Войда.       На этом их диалог заканчивается и Лололошка убирает свой телефон в карман штанов. Тихо вздыхает и двигается дальше не смотря по сторонам.       Каждый его день – это рутина. Мучительная и давно наскучившая до боли в голове. Парень больше не чувствовал прошлого счастья от выполненной работы.       А губы то так и болят.             

***

       Войд тяжело вздыхает откладывая очередной документ на подпись в сторону, на край стола, где уже скопилась кипа таких бумаг на сегодняшний день. Он вновь будет работать до глубокой ночи.       Он все ещё подозревает Лололошку. Ведь он всегда был таким...неудержимым от чего-либо. Если ему придет в голову идея о восстании, то он ее исполнит.       Этим он и раздражал Войда. Ло бесил его всем, чем только можно: постоянно обкусанные губы, бессонница, вечное пропадание из виду.       Можно перечислять бесконечно и эти пункты даже оправдать нельзя. Наверно.       Некоторые время назад Войду хотелось насильно намазать губы Лололошки гигиенической помадой. Хоть чтобы на человека был похож.       А ещё однажды ему дико хотелось поцеловать его.       Он может очень долго вспоминать моменты, когда Войд беспокоился о нем. Но постепенно это чувство пропадало и вместо него появилось безразличие.       Войд смотрел на измученного Лололошку и ему становилось тошно.       Когда же Ло успел превратиться из жизнерадостного и на все готового парня в...во что? В измученного человека по непонятным причинам?       Войд бы послушал причину его состояния из уст Ло.       Но он никогда не довериться Инспектору.