Рабство по собственной воле

Оделся я быстро: черная шелковая рубашка, белый пиджак с брюками, красный галстук-бабочка и белые мужские туфли. Не понятно только, зачем весь этот внешний маскарад, ведь под прелестной одежкой находится худощавое тело, рваные раны, которые дуболомы даже не потрудились забинтовать, синяки, кровоподтеки, ссадины и просвечивающие через кожу кости. Кому это понравится? Уверен, что когда все это увидят - меня тут же вернут обратно. Когда волосы на моей голове высохли, их зачесали назад, накрыли глаза черной повязкой, руки связали за спиной и куда то повели, снова заключив шею в ошейник. Помещение, куда меня буквально затащили на поводке, было наполнено разными звуками. Кто-то кричит, кто-то плачет почти рядом, кто-то вообще молится. Чужие руки со стороны то и дело хватают меня за пиджак и тянут к себе. Помещение состоит из отчаяния и грусти. Здесь пахнет потом и... и кровью. Этот чуть уловимый запах стали заставил меня вздрогнуть и немного запаниковать. Где я? Что со мной будет? Кто купит? Что будет дальше? Эти вопросы яростным вихрем врезались в мою голову и не давали покоя. Внезапно, меня насильно усадили на стул. - Мы вовремя. Ты следующий. Так, сидеть тихо и не дергаться. Понял? - Я кивнул. Сопровождающий, ведущий меня без своего напарника, ушел и я уловил тихий скрип железных петель и последующий еле слышный удар. Либо я в очередной комнате, либо в клетке, так как звуки большого скопления людей не утихали. Буквально через минуту, место, где я находился, дрогнуло, и я чуть не упал со стула, но удержался, схватившись руками за сиденье. Теперь я слышал не стоны, мольбы и рев, а смех, спокойные разговоры и аккуратные удары бокалов об бокалы. Едкий запах сигарет проник в мои легкие, окутывая их и в них же впитываясь. Чувствовался так же чуть уловимый запах французского вина "Сотерн". Может показаться странным, откуда шестнадцатилетний парень из бедной семьи, к тому же раб, может знать о такого рода напитке. Скажу только... находясь взаперти, вместе со всеми рабами в своем родном селении, мужчина, которому меня продали, всегда источал запах этого десертного вина, производимого в районе Грав Бордо... Он подносил бокал к моему носу и говорил: "Наслаждайся запахом "Сотерна", ибо ты не познаешь запаха прекраснее этого". Я могу определить любой сорт вина, т.к. первый хозяин был заядлым коллекционером редких, дорогих бутылок. Память на запахи у меня с детства, а слуховая память, которая не раз спасала меня, проявилась после продажи. Пока я принюхивался и прислушивался, совсем рядом от меня, резко и громко по залу пронесся голос - грубый, с хрипотой от многолетнего курения, говорящий в микрофон: - Мальчик. 16 лет. Имя - Риото. Здоров. Послушен. Начальная цена 3000 тысячи долларов. - Не успел мужчина закончить, как тут же начались торги. - 3100. - Женщина в возрасте. Курящая и не сильно богатая, сидящая в первом ряду и почти дышащая на меня запахом португальского "Верде", купленного не больше, чем за тридцатку. Вполне возможно, что дама выпивку с собой принесла. Больше ее голос в торгах не участвовал. - 4000 - 4500 - 4900 - 5000! - Как я и говорил, слуховая память у меня отменная, поэтому я запомнил все прозвучавшие голоса. Два последних звучали чаще и в конце концов стали соперничать за меня. И вот, цена за душу Риото, то есть меня, во много раз превзошла начальную цену. Мужчина-аукционист нервничал, я слышал как от волнения он жадно пьет воду из стеклянного стакана и с силой ставит емкость на деревянную поверхность. - 19 000! - 20 000!!! - Двадцать тысяч раз! Двадцать тысяч два! Двадцать тысяч... три! Лот номер 123 продан мужчине под номером 12. Можете забрать мальчика после аукциона. - Нет. Я сейчас его заберу. - Замечательно. Мой хозяин - нетерпеливый, богатый молодой человек, примерно двадцати трех лет. Не удивлюсь, если он извращенец, садомазохист или прочая подобная шваль. Не хотелось бы снова терпеть издевательства, но, к сожалению, такова судьба рабов. Интересно, этот выродок изнасилует меня сразу после приезда к нему или через несколько часов? Хотя, чего это я думаю? Конечно сразу! Ни один нормальный натурал не пойдет на живой аукцион и не купит там несовершеннолетнего мальчишку. Ну ничего, и это стерплю, в конце концов, я могу повеситься на дверной ручке или на люстре, подумаешь - одним днем позже, одним раньше, нет разницы. А может вообще сбегу. Перетерплю недельку все, что будет делать хозяин и сбегу.