Несмотря на...

Время шло явно в ускоренном темпе: не успел Тигнари прилечь на мягкую и удобную, а главное, тёплую кровать после весьма тяжёлого рабочего дня, как тут же в ушах раздаётся ненавистная ему трель будильника. Давно пора бы купить новый, с менее раздражающей мелодией, но почему-то именно это дело Тигнари всё откладывал на потом. В любом случае, это не столь важно сейчас. День обещал быть насыщенным и интересным, ведь юный преподаватель сумел выпросить разрешение у декана на маленькую исследовательскую работу вместе с классом! Признаться, это было нелегко, поскольку не все родители и прочие опекуны желали отпускать своих детей в лес. И хоть бояться было нечего, ведь вместе с детьми будет целых два преподавателя (Тигнари и его коллега), всё же не всех отпустили. Ну и ладно, меньше нервов тратить придётся. Волнение подразумевает потерю бдительности, а в Лесу Авидья, где всюду была различная живность самых разных размеров, бдительность и внимательность не помешали бы. Стоит всегда оставаться начеку. Тигнари с удовольствием потянулся. Стоит признаться, что его нервировала мысль о том, что он наконец-то попадёт в Лес Авидья, пускай и не один. Пользы от этого не меньше, ведь и ученики смогут узнать что-то новое, посмотреть на изученный материал вживую, и сам Тигнари сможет сделать множество новых записей, что в дальнейшем поможет ему с обучением. Не тратя время на лишние раздумья, молодой преподаватель уверенно двинулся в сторону ванной, чтобы привести себя в чувство и получить заряд энергии и сил ещё до приёма пищи.

***

Группа учеников толпилась у входной двери кабинета Тигнари. Каждый стоял в паре с кем-то и увлечённо болтал. Некоторые нетерпеливо выглядывали из-за спин своих друзей и сокурсников, чтобы посмотреть, как дела обстоят у тех, кто впереди. Ну или же это было простым признаком нервозности и утомительного ожидания. Учитель стоял около своего стола и собирал всё самое нужное в сумку: упаковка медицинских перчаток, толстая пачка влажных салфеток, бутылёк с антисептиком, спрей от мошкары, свой блокнот, чехол от очков, микрофибра, резинка для волос и ручки... Тигнари что-то быстро пересчитал на пальцах и отошёл от стола, удовлетворённо кивнув самому себе. Он посмотрел на своего коллегу (ничем не примечательного низкорослого мужчину лет тридцати с мелкой щетиной на лице), а тот, в свою очередь, хмыкнул что-то себе под нос и громко попросил всех присутствующих замолчать и встать ровно для пересчёта. Тигнари улыбнулся и обошёл всех ребят сзади, попутно считая их. С учётом тех, кого не отпустили на эту мини-экспедицию, не хватало лишь одного ученика. Тигнари озадаченно поправил очки и встал впереди группы, вопрошая: — Господа, кто-нибудь знает, где Сайно? — он увидел, как Кандакия поднимает руку вверх для ответа, но не успел спросить, как дверь открылась. — Прошу прощения, — Сайно виновато улыбнулся и взглянул на Тигнари. «Лёгок на помине...» — только и подумал юный преподаватель. Тигнари сурово глянул на Сайно. Тот съёжился под столь требовательным взглядом и опустил голову. — Найдите себе пару и вставайте в ряд, уже пора выдвигаться. Сайно бегло оглядел своих друзей, но те виновато пожали плечами, а Кандакия и вовсе как-то ехидно улыбнулась. Парень не обратил на это внимания и подал голос: — Но, учитель, все уже стоят в паре с кем-то. Тигнари ещё раз оглядел толпу и хмыкнул. — Действительно. В таком случае, вставай со мной, — он кивнул своему коллеге и тот ушёл назад, чтобы замкнуть группу учеников. — Так, отлично. Идём в строгом порядке, не отставать и не толкаться, это понятно? — учитель дождался согласного хора своих учеников и толкнул дверь, выходя вперёд. Сайно тут же приблизился и почти прижался к Тигнари боком. Это заставило старшего улыбнуться. Они шли в тишине между собой, но она вовсе не давила. И плевать, что сзади велись разного рода разговоры, ведь вслушиваться в них не было совершенно никакого желания. Когда группа покинула территорию Академии, Сайно решился спросить: — Учитель, Вы же не злитесь на этого ученика? — с нежностью в глазах и подозрительной невинностью в голосе пробормотал тот. И хоть сказано это было достаточно тихо, уши Тигнари смогли уловить этот шёпот. Он улыбнулся. — Конечно, нет. Но больше не опаздывать, — это звучало как приказ, а не просьба, поэтому Сайно оставалось только энергично закивать с согласием. Тигнари удовлетворённо хмыкнул и пригладил волосы сзади, тщетно пытаясь сосредоточить всё своё внимание на дороге, а не на тёплой руке, незаметно для других пытливых взглядов сжимающей его собственную.

***

При входе на территорию леса, Тигнари вежливо попросил всех остановиться и по очереди подходить к нему, чтобы обработать руки и взять пару перчаток. Не хватало ещё заразу какую подцепить, тогда родители уж точно живого места не оставят от его, казалось бы, крепкой психики... Все обучающиеся сами выдавливали себе на ладони антисептик и брали перчатки, но когда настала очередь Сайно, который вежливо уступал всем место, Тигнари остановил его, нежно коснувшись руки. Парень с удивлением посмотрел на своего учителя, пристально следя за тем, как он неторопливо берёт бутылёк со спиртом и так же неторопливо выливает чуть на руки Сайно. Тигнари бережно растирал по его смуглым ладоням антисептик, из-за чего в руки отдавало секундной прохладой, которая вспоследствие быстро сменилась на теплоту чужих рук. Стараясь не обращать внимания на некоторую антисанитарию, Сайно исподлобья глянул на своего возлюбленного. Тигнари своими нежными и трепетными прикосновениями рук вызывал мурашки по телу. Парень побоялся лишний раз дышать, чтобы не испортить некоторую интимность этого момента. Когда Тигнари закончил, он тоже глянул на Сайно и улыбнулся так лучезарно, что аж в глазах защипало. Ученик, не зная, как себя вести, быстро натянул перчатки и вновь сжал руку преподавателя в своей. Тот потрепал его по непослушным волосам, ещё больше путая их, но это мелочи, ведь от таких, казалось бы, простых действий у Сайно всегда предательски подкашивались ноги в коленях. Он чувствовал себя котом, который вот-вот замурлычет от ласки. Хотелось подставиться под прикосновение, но обстоятельства не позволяли, поэтому парень разочарованно вздохнул и зашагал рядом со своим учителем.

***

Поручив своему коллеге одну часть группы для исследования растительности возле реки, Тигнари взял другую половину учеников и двинулся глубже в лес, чтобы сделать новые записи себе в блокнот, а заодно и рассказать парочку коротеньких лекций о тех или иных видах мхов, паразитических растений и грибов. Молодому преподавателю не хотелось слишком отвлекать своих подопечных от собственных исследований, потому он лишь кратко описал природу и жизненный цикл растений, ожидая уже через неделю увидеть готовые конспекты и проекты по сегодняшней вылазке на природу. По его наставлениям каждый должен был делать краткие записи и зарисовки, чтобы потом это всё внести в конспекты. Тигнари не очень радовала мысль о проверке всего этого, но что поделать? Это и обязанность, и простой интерес к тому, как много его ученики смогут узнать и записать, находясь в открытой природной зоне, где буквально в каждом уголке обитает или произрастает какая-либо научная форма жизни, и какие выводы сделают о наблюдениях, опираясь на собственные знания и на его, Тигнари, лекции. Наказав каждому далеко не уходить и звать в случае чего, Тигнари отошёл на небольшую лесную поляну с березняком, но вместо травы и твёрдой земли под ногами он почувствовал невероятно мягкую поверхность — это был мох. Огромное количество зелёного мха под ногами. Учитель воодушевлённо вздохнул и присел, чтобы коснуться сфагнума ладонью. Перчатки, конечно, немного мешали этому приятному процессу, но всё же ощущения были непередаваемыми: было настолько мягко, что даже несмотря на влажность в воздухе и мелкие капельки росы на мхе, хотелось просто лечь и смотреть в небо. Что он собственно и сделал. Возникло чувство уюта, будто лежал он не в лесной тиши вдали от цивилизации, а дома на кровати. Смотря в голубое небо над собой, Тигнари пришлось закрыть лоб ладонью, поскольку солнце, никого не щадя, светило прямо в глаза, а нависшие сверху деревья с пышной зелёной кроной от этого ну никак не спасали. Лишь их тонкие ветви мирно покачивались в такт шаловливому и пока ещё тёплому осеннему ветру. Преподаватель умиротворённо прикрыл глаза и с наслаждением вслушивался в слабый шелест листьев, решив, что сделать записи можно и чуть позже. Тигнари настолько расслабился, что даже не услышал шаги, приближающиеся к нему. Присутствие ещё одного человека он заметил лишь тогда, когда над ним нависла чья-то тень. Учитель осторожно открыл глаза и дёрнул ухом. Естественно, он понял, кто перед ним, не открывая глаз, но просто решил не отказываться от заманчивой возможности лишний раз посмотреть на любимое лицо. — Здесь красиво, правда? — риторический вопрос, но Сайно почему-то кивнул. Парень сел рядом с ним, подобрав под себя колени. Тигнари пришлось приподняться на локтях, чтобы заглянуть в эти яркие алые глаза. — Почему не с остальными? — Сайно лишь хмыкнул, а Тигнари вопросительно поднял бровь. Ученик задумался на секунду, после чего вяло произнёс: — Кандакия с Коллеи какие-то водоросли осматривают, а Кавех чуть ли не по деревьям скачет. — Сайно слабо улыбнулся. — Я бы с ним рад был попрыгать, но не сейчас. Нет желания. — Только попробуй. Вы для чего все мне расписывались, что ознакомлены с техникой безопасности? — преподаватель беззлобно усмехнулся и расставил руки для объятий. — Иди сюда. И кто Сайно такой, чтобы отказать? Глаза его радостно сверкнули и парень буквально упал в крепкое кольцо рук, сомкнувшееся на его спине. Тигнари принялся нежно-нежно, почти невесомо гладить Сайно по затылку. Учитель прижал его к своей груди и протяжно выдохнул. Обоим стало ещё уютнее. Но просто так без забот лежать в обнимку показалось Сайно недостаточным, потому он приподнял голову и с беззлобной, но такой хитрой улыбкой взглянул на него, что Тигнари показалось, будто в его животе ожила целая стая бабочек. Сердце Тигнари пропустило удар, и всё, что он мог сказать перед тем, как чужие губы коснулись его, так это: — У тебя невероятные глаза... Губы Сайно были горячими, даже горячее, чем песок в Пустыне. И слегка сухими, потрескавшимися. Но это ничуть не помешало Тигнари призывно приоткрыть рот шире, впуская туда чужой язык. Из-за таких высоких температур юному учителю казалось, что он просто расплавится от этих чувственных и уверенных движений губ и прикосновений к ушам, затылку, шее, плечам, груди, талии... Слишком много чувств, чтобы описать всё разом. Яркий контраст создавался ещё тем, как Сайно нежно сжимал его, Тигнари, талию, и как нетерпеливо и даже грубовато исследовал его рот и покусывал нижнюю губу. Молодой преподаватель с причмокивающим звуком отстранился, чтобы вдохнуть побольше воздуха, когда его возлюбленный, пользуясь моментом, сел на него сверху и вновь наклонился за поцелуем. Смуглая и тожеопятьснова горячая рука скользнула под рубашку, оглаживая напряжённый, немного впалый живот. Пальцы Сайно крепче сжались по бокам, рядом с рёбрами, да так, что сомнений в том, что уже сегодня вечером там, на светлой, гладкой и чувствительной коже проступят синяки совсем не осталось. Но это, опять же, мелочи. Тигнари сфокусировался лишь на ощущениях и на собственных желаниях, получая ещё больше удовольствия. Губы уже жгло, ресницы дрожали, дышать через нос удавалось с трудом. Никакой страсти не было в этих действиях. Было лишь чувство родного тепла, счастья и покоя. Уши дёрнулись и прижались к затылку, хвост стал интенсивнее хлестать по мху. Сайно оторвался от слегка опухших и ярко-розовых губ, переключая внимание на шею и скулы Тигнари. Тот лишь подставлялся под невесомые поцелуи и млел от прикосновений кожи к коже.

***

Сайно лёг рядом с Тигнари и устроил голову на его плече. Учитель улыбнулся и прикрыл глаза, устало перебирая пепельные волосы. Что ж, записи об исследованиях можно будет сделать и в следущий раз...