***
Сегодня как-то не думалось и цифры никак не складывались в что-то цельное. Каждый раз мысли возвращались к событиям утра, а взгляд упирался в русый затылок сидевшего перед ним Влада. Он, кажется, тоже не может сосредоточиться на расчёте интегралов, только беспокойно крутит в руках ручку. Почему нельзя залезть в голову другому человеку и узнать, что там творится? — Даниленко, ты там чем занимаешься? Иди-ка реши нам восьмой пример, вместо того, чтобы на Влада пялиться. Владимир Сергеевич всегда может выставить тебя перед всей группой дураком. В аудитории раздались смешки. А Владик каким-то странным взглядом проводил Диму к доске. Здесь думалось ещё хуже. Очень хотелось обернуться посмотреть на... Чёрт, почему вообще хочется на него смотреть? Мозги клинило на одном и том же, голова отказывалась анализировать вообще что-либо. — Сильно ракеткой стукнулся? — голос Влада мгновенно протрезвил. Дима сразу обернулся, чтобы высказать что-то в ответ и даже рот открыл, но напоролся взглядом на его глаза. — Давайте вы разберётесь в своих отношениях после пары, — тон Владимира Сергеевича дал парням понять, что лучше действительно замолкнуть и решать интегралы, чтоб их чёрт побрал.***
Всю следующую неделю Влад упорно избегал Диму. На парах садился подальше, в коридоре стоял отдельно, уткнувшись в телефон. Да и сам весь погрустнел, перестал троллить одногруппников и вступать в бессмысленные срачи. И казалось, что никто, абсолютно никто этого не замечает. Зато изменения в поведении Димы выделяют все. Какой он стал беспокойный, нервный и весь в себе. А время пролетело как-то незаметно, и вот уже снова среда, и физкультура первой парой. Сегодня Влад, приходивший обычно заранее, опоздал. Все уже переодевались и готовились к занятию, когда он вбежал в раздевалку, запыхавшись. Все скамейки были заняты, оставалось одно свободное место рядом с Димой, который тоже только пришёл и начал переодеваться. Владик, явно нехотя, занял место рядом. Все уже вышли в зал на занятие, и парни остались вдвоём. Их взгляды пересеклись. Глаза Дмитрия заскользили вниз по обнажённому торсу одногруппника. Он, оказывается, совсем не щуплый, даже с проглядывающимися кубиками пресса. И кожа такая светлая, почти белоснежная. В сочетании с веснушками и русыми кудряшками выглядит... Так, стоп. С каких пор ему такое нравится? Влад усмехнулся на заинтересованный взгляд Димы, и тот, смутившись, поспешил на занятие. Пара проходила как обычно: бег, разминка и свободное время для игр. На волейбол сразу набралась большая команда, а кто не успел, пошли во вторую половину зала искать себе занятие по вкусу. Некоторые халявщики в это время расселись по краям зала и решительно валяли дурака. Дима хотел сегодня войти в их число, но не успел. Его легонько стукнули по голове ракеткой. Владик с улыбкой протягивал её парню, предлагая сыграть в бадминтон. Первые минут 10 ничего толкового из игры не получалось. Воланчик отказывался летать и всё время падал на пол. Но через некоторое время парни привыкли друг к другу. Влад играл хорошо, даже очень. Весьма неожиданно для такого заучки. Он точными сильными ударами отправлял подачи, и всегда ловко их принимал, какими бы корявыми они не были. В общем шуме спортзала остались лишь звуки рассечения воздуха ракетами. А из всех людей остался только он, увлечённый игрой, такой свободный и уверенный. Это чувство притяжения Дима и не мог объяснить. Влад поцеловал его, чтобы посмотреть на реакцию. А эта реакция оказалась совсем неожиданной, неправильной, не той, которая должна быть после поцелуя двух парней. И каждый раз накатывает дурацкое волнение, когда он рядом. В голове всплывает это ощущение прикосновения чужих губ. Становится сложно смотреть в глаза своему одногруппнику... Кстати, какой у него цвет глаз? Кажется, зелёный или, может, коричневый? Воланчик прилетел прямо Диме по лбу и вывел его из состояния задумчивости. Владик, смеясь, подошёл ближе: — Твоя голова притягивает твёрдые предметы? Всё-таки зелёные, с вкраплениями коричневого. Димка улыбнулся в ответ. Снова глаза в глаза. Так и утонуть можно. — Я устал. Пойдём, уберём ракетки, — сказал Влад, хоть и не выглядел сильно уставшим. За прошедшую неделю инвентарную успели переоборудовать. Появились шкафы с дверцами, и всё было уложено ровно, чтобы больше ничего не падало. Ракетки хранились вертикально на специальной подставке. Дима пытался разобраться, как их туда засунуть. Владик стоял сзади и смеялся над неудачными попытками. В один момент он положил свои руки на руки товарища. Даниленко показалось, что место соприкосновения обожгло огнём. Он стоял, как вкопанный, не в силах пошевелиться. Горячее дыхание на шее, тело, прижимающееся сзади, сердце, провалившееся куда-то ниже пола. И руки, его руки, бережно направляющие ракетку в правильное положение. — Смотри, не сложно же, — тихо сказал Влад. Он, на памяти Димы, никогда не разговаривал так мягко, тем более с объектом своих постоянных насмешек. За мгновение на подставке оказалась и вторая ракетка, а воланчик был помещён в тубу. Владик, едва касаясь, погладил товарища по лбу: — Тебя, похоже, и правда сильно стукнуло, — он заулыбался. Дима стоял в растерянности и глазел на одногруппника. Руки до сих пор приятно жгло, а мозг экстренно перезагружался. Его хватило только на глупую улыбку. — Ты так смотришь, будто я тебе нравлюсь, — хитро сощурив глаза сказал Влад. Эта фраза сработала как триггер для Димы. Внутри вскипела жгучая злость. Он уже открыл рот, чтобы сказать что-то нецензурное и приготовил кулаки, чтобы непременно поколотить грубияна. А тот совсем не испугался, даже наоборот, шагнул ближе, оказавшись перед самым носом товарища, и нагло улыбался. Пара сантиметров, и снова случится поцелуй. На этот раз, не выдержав, инициатором стал Дима. А сразу после втащил под дых.