Talk

Пляж встречает его привычной обстановкой. Вокруг сотни выпивших людей и столько же музыкальных колонок, звук из которых слышится, наверно, на всю округу. Нираги смотрит на это свысока. Не потому, что относится предвзято, а потому, что стоит на возвышении. Неплохо, верно? Ночь вот вот примет опустевший Токио в свои тёплые объятия, но никто и не собирается идти в постель. Веселье только начинается. Всё самое интересное медленно просачивается прямо в толпу. Недавняя игра снова унесла много жизней, но несколько глотков алкоголя и общество полураздетых дам смыло это воспоминание, как волны смывают песок. В этом вся суть пляжа. Большинство новеньких рады тому, что попали сюда. Здесь есть свобода, которую не удастся получить в реальном мире. Если там ты был серьёзным работником банка, то пляж позволяет тебе забить всё тело вызывающими татуировками и трахать кого угодно сутки напролёт. Это ли не прекрасно? Для всех, но не для неё… Ханако пришла на пляж несколько дней назад. И за несколько дней она не произнесла ни слова. Нираги не было до неё никакого дела до тех самых пор, пока она не посмела игнорировать и его собственные вопросы. И почему-то внутри теплилась уверенность, что немой девчонка явно не была. Просто она казалась одиночкой. Только голубые глаза выделяли её среди других. За Ханако некому было заступиться, уж в этом парень убедился на все сто. И совсем скоро он намерен вытянуть из неё все слова, которые только существуют в этом мире. Нираги хищно облизывается, наблюдая как она поднимается с места, направляясь в сторону комнаты. Длинные волосы колышатся при ходьбе, а стройные бёдра соблазнительно виляют из стороны в сторону. Ей осталось всего несколько минут. Ханако идёт медленно, будто чувствует неладное, но ей нечего делать. Больше ей некуда пойти. И она продолжает двигаться вперёд, вздрагивая от ночной прохлады. Нираги запросто справится с ней в одиночку, ведь её фигурность едва не граничит с болезненной худобой. — Привет, — нахально тянет парень, словно случайным образом появляясь из-за угла. Излюбленная винтовка покорно лежит на плече, но её вид нисколько не тревожит Ханако. Она кивает в ответ, намереваясь пройти мимо. Нираги не позволяет. И девушка останавливается. Она смотрит на него с любопытством, приподняв тонкую бровь. Скользит взглядом по пирсингу и останавливается на тёмных глазах, в которых читается издёвка. — Ну что? — усмехается Нираги. — Птичке некуда идти? Может, она найдёт что-то для меня? Ханако удивлённо округляет глаза, но по-прежнему не движется с места. Она будто раздумывает о чём-то важном. Или просто испытывает его терпение. Когда натянутые нервы уже начинают скрипеть от напряжения, девушка вынимает из кармана карту. Игральную карту, такую же как те, что выдают в конце игры. Протягивает её Нираги. — Э? — вопросительно тянет он. — Это ещё что такое? Парень берёт карту, небрежно роняя её на пол. Винтовка приходит в движение, а блестящее дуло теперь в её бледный лоб. Но она молчит. Молчит и смотрит. Может и правда немая? Эта мысль исчезает практически сразу. Нираги подходит ближе. Она напрягается, делая крохотный шаг назад. И парень хватает Ханако поперёк талии. Та брыкается. Дёргается сильно, но звуков по-прежнему не издаёт. Нираги входит в комнату. Бросает её на широкую кровать и закрывает дверь. На ключ. Что противоречит правилам. Ханако отчего-то не пытается подняться, лишь садится чуть дальше. У изголовья. Смотрит внимательно и, кажется, с любопытством. От неё пахнет вишней. И спиртным. Волосы сухие, а значит она точно не плавала в бассейне. Снизу шорты, сверху лёгкая кофта на замке. Нираги подходит ближе. Хватает её за ногу. Его хватка крепкая и ей, увы, не хватает сил бороться. Конечности устают быстро, но парень не хочет выматывать спутницу сейчас. На это у неё останется время. Его тёплый, мокрый язык ведёт вдоль её бедра, оставляя за собой влажный след, хорошо заметный на коже. Она снова дёргается, пытаясь освободить ногу. Нираги перекидывает вторую ногу через её стройное тело, усаживаясь на бёдрах. Он сильно придавливает её к кровати, не позволяя встать. Руки удерживают запястья. А она молчит. Парень вновь ведёт языком по бледной коже, задевая щёки, мочку уха и шею. Она откидывает голову, стараясь скрыться от прикосновений. Рука Нираги по-хозяйски ползёт вниз, сминая пышную грудь сквозь мешающий предмет одежды. Она жмурит глаза. Пальцы щипают и поглаживают, в то время как молния уже оказывается расстегнутой. Под низом ничего и это заводит удивительно сильно. Нираги проходится языком по розовому соску, чувствуя его твёрдость. И в голову приходит идея. Он заставит девчонку помучаться. Руки грубо сдирают с её бёдер пляжные шорты, откидывая их в сторону. Бельё, как ненужная тряпка, летит туда же. Она ждёт. Ей интересно, что будет дальше. Усмехнувшись, парень ловит её холодный взгляд, опуская пальцы. Ханако вновь вскидывает бровь, не понимая ровным счётом ничего из происходящего. А потом чувствует. Опустившийся на промежность язык заставляет её недовольно сжать ноги, но Нираги по-прежнему контролирует движения. Женские бёдра раскрываются обратно, а дыхание постепенно становится всё более частым. Холод украшения заставляет её вздрогнуть. Горячий клитор пульсирует настойчиво, но Ханако продолжает молчать, лишь немного ёрзая поясницей. Это приятно. Так приятно, что хочется стонать во всю глотку, но она пока держится. Иначе будет не так интересно. Становится всё теплее. Её ноги вздрагивают, предвещая скорый оргазм, но Нираги внезапно останавливается. Ханако смотрит с непониманием. — Какая у тебя мордашка, — парень довольно облизывает губы. Расстегивает ширинку. Глаза девушки странно сверкнули, но Нираги не успел распознать что-то в этом коротком мгновении. Твёрдый член готов был отправиться внутрь. И парень не собирался противиться его желаниям. Ханако вновь задёргалась. Половые губы блестели от влаги в тусклом свете комнаты. Такими темпами она… Их глаза встретились, когда горячий орган оказался внутри. Она смотрела поражённо. Практически пугливо, но Нираги уже начал двигаться. Ханако откинула голову назад, пока парень продолжал сминать её грудь. Ноги мелко дрожали. Она выгнулась навстречу. Выдыхала через нос, но так прерывисто, что Нираги понимает и без слов. Он хищно ухмыляется, когда женские бёдра в очередной раз слегка подпрыгивают. — Ну давай, — сквозь зубы цедит он. — Скажи! Но розовые стенки неумолимо начинают сокращаться вокруг члена, заставляя её приоткрыть рот. Сейчас… Казалось бы, она должна была застонать, но наградой по прежнему оставались лишь вздохи. Нираги продолжал ритмично вколачиваться в её тело, зная, что первый оргазм уже прошёл. Он намерен довести её до исступления. Она вздрагивала. Ханако смотрела на него из-под полуприкрытых век, дыша уже через рот. Женские ноги обвились вокруг чужой поясницы. Прижали ближе. В какой-то момент Нираги показалось, что она сейчас сойдет с ума — так сильно извивалось девичье тело в его руках. А потом она выгнулась дугой, промычав что-то бессвязное. И комнату наконец заполнили стоны. Ханако вскрикивала громко, отчаянно кусая губы. Побуждая двигаться ещё быстрее. Голубые глаза закатились от невероятных ощущений, когда она кончила снова, стараясь отвертеться. Нираги был следующим. — Какая шумная, — пожаловался он, устало опускаясь рядом. — В этом и проблема, — прошептала Ханако, закрывая глаза.