Guess for happiness

Время — западня, и всё равно мы снова ищем чистый

      Рэн Мори не знает, что такое счастье. Рождённая в семье богатого бизнесмена Японии, девушка с ранних лет была воспитана сильной и независимой. Недостаток внимания обоих родителей очень сильно помог ей в этом.       Её мать, Норико Мори — холодная и расчетливая омега, готовая идти по головам ради свершения своих целей. Даже история умалчивает, как они с отцом Рэн стали парой, потому что они не являются истинными. Сама Рэн никогда об этом не задумывалась, но что-то внутри неё кричало, что это был не лучший способ привлечь внимание отца.       Тэкеши Мори — образцовый альфа, прогнуть под себя которого смогла лишь его жена, Норико. Он занимался бизнесом, продолжая дело своего отца и уничтожая всё на своём пути. Заигравшись с желанием быть лидером и победителем, он выкинул все свои чувства далеко.       По рассказам бабушки, Аканэ Симидзу, её родители ждали её, как второе пришествие все верующие. Правда, их ожидания не окупились сполна.       В виду обстоятельств здоровья Норико больше не могла иметь детей, что подтолкнуло её к мысли о суициде, но она быстро откинула её, как только поняла, что из Рэн можно сделать достойного преемника. Тэкеши же стал невероятно равнодушным, особенно по отношению к единственной дочери.       Только девушка не могла назвать его равнодушным. Он был жестоким и тщеславным человеком, который не признавал собственного ребёнка. Мать оставалась на его стороне, бросив дитя на произвол судьбы под названием «золотая клетка».       Рэн чувствовала, что у неё всё «хорошо», но это «хорошо» ограничивалось многочисленными запретами и правилами.       Нельзя выходить из дома после 21:00.       Нельзя заводить бесполезных связей и лишних друзей.       Нельзя жаловаться.       Нельзя плакать.       Нельзя спорить с родителями, не подчиняться им.       Нельзя блаблаблабла…       Девушка могла вести счёт дальше, не сбиваясь ни разу, а все «можно» можно пересчитать по пальцам.       Можно тратить деньги на полезные вещи и не только.       Можно не делать домашнюю работу, что задавали в школе.       Можно почти забить на учёбу.       Можно иногда пропускать уроки.       Можно блаблаблабла…       Все эти «можно» казались Рэн нелогичными и неправильным, но им объяснение она всегда находила — родители отмажут.       Просто Рэн не повезло родиться нежеланной омегой.

×××

      В школе проходил фестиваль в честь начала учебного года, на который Рэн совсем не хотела идти. Украшенные здания, деревья и прочая лабуда; ученики, пытающиеся привлечь новеньких в различные клубы по интересам — и всё это сопровождается шумом.       Второй класс старшей школы только начинается, но девушка уже предвкушает скучную школьную жизнь, в которой, по указке её родителей, ни один здравомыслящий школьник не подойдёт к ней с разговором и желанием подружиться. Только элита, крутящаяся вокруг своей «королевы», коей и являлась Рэн.       Подходя к элитной школе Токио, Рэн застревает где-то в воротах, не решаясь пойти дальше. Тяжкий вздох исходит из неё, она пытается пройти дальше, готовясь к худшему.       — Рэни, — окликает её кто-то, она оборачивается и видит единственную лучшую подругу и её правую руку — Фудзико Иендо — часть элиты школы. Блондинка весело машет рукой и торопится, удачно лавируя между остальными школьниками. Фудзико невысокая, кареглазая, она всем нравится. Девушка отличается спокойным и добрым нравом, — как же давно мы не виделись!       — Всего лишь пару дней, не преувеличивай, Фудзи, — Рэн старается быть более ласковой с ней, проявляя теплоту и привязанность к подруге. Они — противоположности. Чёрные, как смоль, волосы спадают с плеч Рэн водопадом, она смотрит на мир почти стеклянными серыми глазами, в которых не отражается ни одной эмоции, ни одного чувства. Рэн привыкла, что её считают высокомерной, жестокой и равнодушной, отчего и подходить к ней многие боятся. Фудзико излучает тепло, которое плещется в её карих глазах — это привлекает многих.       Каждый школьник когда-либо задумывался, как такие разные люди могут быть подругами. Большинство позднее поняло, что они дополняют друг друга, и Рэн не кажется в компании Фудзико такой равнодушной и унылой.       — Эй, Рэни, — Фудзико склоняет голову набок и смотрит таким щенячьим взглядом, что у Рэн отпадает любое желание спорить с девушкой. Сероглазая едва слышно улыбается, глядя на подругу и прикрывает глаза, — ты не скучала?       — Конечно, я скучала, Фудзи, — Рэн подходит ближе, заключая блондинку в объятия, на которые та сразу отвечает теплотой и щенячьим преданным визгом, — боже, Фудзи, не пищи под ухом.       Мимо проходящие люди смотрят на них и недоумевают — телячьи нежности от королевы школы, равнодушной и высокомерной девушки.       — Ай, чёрт, — рядом с ними, врезавшись в школьный забор, шипит какой-то третьегодка, потирая ущибленный лоб. Посмотрев на комичную ситуацию, девушки смеются и идут в сторону маленькой школьной площади, где собрались почти все школьники и учителя.       — Чтобы альфа так хорошо общался с омегой, которая не является истинной, — на заднем плане школьники перешёптываются, разбитые по парочкам, — да где это видано?       Фудзико Иендо повезло родиться альфой.

×××

      Самым ужасным было то, что после фестиваля всех школьников ждали уроки длительностью пятьдесят минут. Перемены были достаточно короткими — от силы десять минут. Все любили обеденный перерыв, во время которого можно было хорошенько отдохнуть или доделать домашку.       Рэн не страдала подобным. Она шла в кабинет студ совета решать повседневные проблемы школьников. Быть главой студенческого совета школы невероятно скучно, всё делается с разрешения педагогического состава. По их указке мы готовим те или иные мероприятия, даже этот фестиваль выпил у Рэн много крови.       Рэн никогда не понимала, зачем нужен студенческий совет. Возможностей у него всё равно мало и обо всём нужно спрашивать у учителей. Разве что, полить клумбы с цветами и помыть окна можно без разрешения, но к всеобщему огорчению — это прямые обязанности студсовета.       Мори думает, что студсовет — просто клуб любителей бюрократии, офисных червей, готовых рыться в бумагах днями. Рэн не была такой — скучная жизнь офисного планктона её совсем не привлекала, но отчасти девушка понимала, что именно это и ждёт её в будущем.       Сероглазая не хотела становиться главой студсовета, это произошло с барской руки её родителей, которые хотели привить ей организованность и трудолюбие. В конце концов, у них это хорошо получилось, да и самой Рэн было легко работать в коллективе, который состоял из её круга общения — элиты школы.       Это звучит глупо, но даже в элитной школе Токио есть элита. Всё было расставлено в зависимости от возможностей и кармана родителей, от их важности, и Рэн Мори с самого начала знала, что там её будут величать королевой.       — Рэн, ты опять задумалась? — девушка вздрагивает, когда слышит за спиной голос близкого друга — Иори Гото — крашенного блондина с ярко-зелёными глазами.       — Допустим, да, — девушка совсем не хочет с ним говорить из-за семейных обстоятельств, она старается не смотреть ему в глаза, открывая дверь и проходя в просторный кабинет, где уже ждут остальные члены студсовета, — и что дальше?       — Почему ты избегаешь меня, Рэн? — вопрос, ответ на который знают оба.       Рэн чем-то похожа на мать. И на отца тоже. Если она чего-то хочет, то она сделает ради достижения желаемого всё, что угодно. Она, как и отец, отбросила все свои чувства и эмоции на задний план, ведь они никому не нужны.       Рэн хочет выйти замуж за истинного, но…       Родители хотят их поженить.

×××

      То, что происходило в студсовете, остаётся в студсовете. Ни один его участник не говорит о происходящем за чёрной дверью никогда. Никто не сплетничает об Иори, влюблённо смотрящего на Рэн, которая, в свою очередь, не обращает на его чувства никакого внимания.       Каждый выбрасывает все разговоры и доводы, как только уходит из кабинета, который смело можно назвать или львиным, или змеиным логовом. Каждый школьник считал по-разному: кто-то думал, что в студсовете элита оскорбляет и обсуждает других, желая их исчезновения, другие говорят, что там собрались лучшие ученики школы, готовые сделать ради неё всё, что угодно.       Сейчас, сидя в своей комнате, Рэн гадала, какое же название подходит больше. Как оказалось, второе ближе к правде, ведь одно из главных правил студсовета, которое она лично установила — никого не обсуждать и никого не оскорблять, иначе будут приняты меры. Рэн умный человек, у неё везде есть глаза и уши.       Если она по каким-либо причинам опаздывает на собрание студсовета, Фудзико следит за порядком, полностью меняя свою добрую и милую оболочку на холодную и расчётливую. Такую Фудзико Иендо знают только члены студсовета, которые сами очень сильно удивляются её способности так быстро менять маски.       Рэн, откинув все мысли о школе, посмотрела на часы, указывающие начало восьми. Десять минут восьмого. Поздний вечер совсем не мешает девушке прогуляться, а в голове набатом бьёт одно «нельзя». Девушка в привычной манере надевает чёрную рубашку и джины небесно-голубого цвета. Много времени у неё это не занимает, она подхватывает маленькую сумочку и выходит из комнаты. Около входа стоит обувница, где Рэн достает любимые кеды, берёт лёгкий бежевый плащ и выходит из дома в приподнятом настроении.       Родителей до сих пор нет, значит и читать нотации ей никто не будет. Спускаясь по лестнице, она осматривает улицу на наличие чего-то странного. Пусто. Значит, никаких проблем не будет. Рэн до этого оставила небольшую записку на кухонном столе, предполагая, что родители не будут сильно злиться.       По пути к метро она встречает нескольких соседей, возвращающихся после тяжёлого дня. Её радости нет предела, когда она видит Фудзи около станции.       — Фудзи, — окликает её и идёт к метро, которое только подъехало. Девушки вместе садятся и говорят по душам, пропуская все несчастные моменты этого дня.       — Рэни, когда же я уже найду истинную, — Фудзико ноет, поджимая губы. Рэн хихикает, прикрывая уставшие глаза.       — Спасибо, что встретила меня, — сероглазая смотрит на засиявшую подругу и тепло улыбается в ответ. Как хорошо, что она у неё есть.       Метро останавливается на нужной станции, и девушки выходят, направляясь к привычному для них парку. Где-то вдалеке кто-то кричит, но это совсем не волнует их.       — Рэни, а ты взяла карты? — Фудзи хитро улыбается, в надежде услышать положительный ответ.       — Да.       В этот день Рэн Мори ушла, оставив после себя чистую комнату и гору вещей в шкафу. Она понимает, что рано или поздно родители её найдут и тогда ей не избежать наказания, но этот глоток свободы манит её больше, чем желание остаться.       Дома у Фудзи целый салон красоты, где можно стать другим человеком. Её родители всегда удовлетворяли все её прихоти, даже самые странные. Дорога через парк была самой быстрой и самой весёлой для девушек.       Родители Фудзи уехали в командировку на две недели, это достаточно хороший шанс. У Фудзико родители хорошие, они меня не выдадут, а сменить внешность у них получится быстро.       Дом семьи Иендо большой, полный красивой мебели и, конечно же, своей студией красоты. Фудзи без сомнений ведёт Рэн туда, усаживая за удобное мягкое кресло.       Рэн Мори ушла, сбежала из дома в надежде, что её не найдут.       И её не найдут.

×××

      Сидя перед зеркалом в студии, Рэн не узнавала саму себя. Её волосы теперь совсем пепельные, на глазах фиалковые линзы и слегка припудренное лицо, ставшее совсем белоснежным.       — Фудзико, у тебя руки золотые, — Рэн щупает своё лицо, ее глаза сияют.              — Спасибо, я знаю, — блондинка ярко улыбается, поправляя причёску девушки. Пепельные волосы подруги завиты и в какой-то степени похожи на гнездо. Рэн категорически отказывалась стричь их, из-за чего подруги чуть не поругались.       — Ты точно закончила? — Рэн аккуратно поднимается с кресла и идёт прочь из комнаты, поправляя шевелюру.       — Да-да, дорогуша, — Фудзико убирает рабочее место и направляется в кухню. Рэн садится на стул и потягивает остывшее холодное кофе, — стой, Рэн, я заварю новое.       — Спасибо, не надо, — девушка смотрит в опустевший стакан и громко ставит его на стол, — пойдём, прогуляемся.       — Рэни, ты не боишься выходить? — Фудзико плюхается на стул напротив и кладёт голову на согнутые руки. — Время позднее, скоро уже одиннадцать часов.       — А чего нам бояться?       — Ну, всякое бывает, вдруг, что случится, — ноет подруга, щуря глаза.       — Успокойся, нытик, — ворчит Рэн, поглаживая подругу по голове протянутой рукой.       — Ох, твоя взяла.              Быстро обувшись и выскочив из дома, они пошли прямиком в парк через главную улицу. Темнота успокаивала Рэн и нервировала Фудзико. По дороге им не встретился никто, за исключением бродячих кошек и собак.       В парке тихо, жутко тихо. Девушки стараются разрядить обстановку шутками и собственным смехом, что у них получается весьма удачно. Когда они подходят к середине парка, они замечают парня, идущего в их сторону.       Вероятно, крашенный, блондин, достаточно высокого роста. Это было совсем не удивительно, только вот...       Татуировка льва, простирающаяся на левой части его головы, и пугает, и притягивает одновременно. Рэн замечает несколько проколов в обоих ушах парня, когда они находятся в нескольких метрах друг от друга. До девушек доносится запах сигарет, разнесённый ветром. Узкие глаза молодого человека с подозрительный интересом изучают подруг, останавливаясь на Рэн.       Парень останавливается примерно в метре от них, Фудзико тормозит продолжающую идти Рэн. Иендо почти хнычет, ей безумно страшно. Рэн смотри в глаза незнакомому парню, пытаясь понять, чего он хочет.       Надпись на запястье начинает жечь.       Парень потирает левое запястье, глядя то на одну девушку, то на другую.       — И кто же из вас Рэн Мори, а? — хриплый мужской голос разносится эхом по округе, повторяясь в голове Рэн. Она старается не подавать виду, сохраняя беспристрастное выражение лица.       "Бешеный пёс" смотрит ей в глаза.       Та же кличка жжёт руку.

У жизни самые больные сценаристы

Ведь когда ты и так в ахуе, тебя встречают твистом