Семья.

Даня выходит из комнаты, щурясь на утреннее солнце. Шесть утра, он ещё даже не ложился, да и не собирался скорее всего — через час уже нужно собираться в школу. Эта неделя для Дани выдалась очень трудной. Слишком много мероприятий по учёбе, занимающие почти весь день и горы документации по работе, растягивающиеся до утра. О вреде кофеина речи уже не шло — это не роскошь, а средство передвижения. На исходе шестого дня в этом бешеном темпе, Данечка честно говоря немного уже подзабил на свою практически всегда идеальную внешность. Волосы больше не были уложены или даже банально расчёсаны, на бледном лице уже не замазывались синяки, а красота одежды уступила место удобству. Миша взял на заметку — нужно сократить количество документации, Данечка, конечно, не жалуется, но судя по виду, он уже крайне с ней заебался. Миша снова внимательно осматривает сына. Одежда довольно нетипична для него, чёрное растянутое худи с надписью: — Я люблю Магнитогорск? Это каминг-аут? — удивленно спрашивает он. — Это удобство. — Даня садится за стол, устало прикрывая глаза — Оно теплое, комфортное и приятно пахнет. — А надпись… — Миша скептически приподнимает бровь. — А надпись такая потому что оно не моё, а Серёжи Татищева, он забыл его у меня около месяца назад. — Так верни её ему. — Ага, ЩАЗ, — Даня выделяет последнее слово, продолжая — пусть сначала мою футболку вернёт. — А откуда у него твоя футболка? — Этот долбоеб решил искупаться в фонтане. Там было проведено электричество. Ха. Он чуть не сдох. — пальцы, обхватывающие кружку, нервно подрагивают, что выдает усталость, Дане даже не хватает на «поржать с интереснейшей истории» поэтому он лишь слегка приподнимает уголок губ, прежде чем залпом выпить ещё горячеватый напиток, который впрочем, не способен был разлепить сонные веки. А это уже стало интересно. Миша ещё никогда не интересовался ничем подобным. — Ты уже был в отношениях? — он неожиданно сменяет тему. — Я был в истерике, я был в депрессии, я был в апатии, что уж говорить, я был в ахуе — в отношениях? — Даня зачем-то ставит кружку в холодильник, а вытащенные наружу вчерашние наггетсы кладет в посудомойку, после окидывает ленивым взглядом кухню в поисках передислокации — В отношениях я не был. — А тебе нравятся девочки или мальчики? — Мне нравится только плакать. — в итоге он выбирает сжаться в клубок возле отца на кухонном диване, немного прикрывая глаза. — Мы можем поговорить об этом? — предлагает Миша. — Пап, не включай режим «Саша-мамочка-наседка», не подумай, его забота мне очень нравится, просто я не хочу не о чем говорить, я хочу спать. — Хочешь, я тебя сегодня отпрошу со школы и ты поспишь? — «неожиданно» предлагает Миша. — Смысл? — Даня немного хмурит брови. — Побудем вместе. Отец нежно начинает поглаживать сына по голове. — Делай, как хочешь, мне всё равно. — отвечает Даня. Ему хватает десять секунд, чтобы уснуть. Ладно, они ещё успеют о многом поговорить. Пусть спит ребёнок.