Кровавый бархат

Дазай умолял босса в своих мыслях, пока тот, связывал его тело стяжками: "О, прошу, вышиби мне мозги, распотроши, разорви, вырви сердце, но только убей, убей!" Мори будто прочитал мысли подчинённого и сказал, погрузив Дазая в отчаяние: — Я не буду тебя убивать. Глава опустил связанного Осаму лицом на пол, подставляя свои туфли. — Ты знаешь, сколько я ждал этого? Кажется, тысячу дней. Я жаждал пока ты станешь покрасивее. О, девочки расцветают ещё в детстве, но мальчики должны хотя бы перейти порог совершеннолетия. И вот, я дождался, а ты даже не сможешь мне перечить. — Мори возбуждённо проговорил это, наслаждаясь своим превосходством и посерьезнев добавил — а теперь, вылижи-ка мою обувь. "Лучше сделать так, как он просит, тогда у меня не будет лишних проблем. Со мной ещё никогда не случалось ТАКИХ ситуаций. О Боже, вот бы сдохнуть. Я думал, что моя жизнь уже на дне позора, но мне дали лопату, чтобы копать всё глубже и опуститься до ада." — он безумно, но беззвучно расмеялся и посмотрел на туфли его Господина — черные, отполированные, отдаленно пахнут дорогой кожей и лаком, казалось, слюна только испортит их чистоту. — Ну и чего ты ждёшь? — ласково проговорил Господин. Это стало спусковым крючком, подчинённый стал медленно облизывать туфли главы. Тяжёлое дыхание эхом отзывалось по залу. Холод от мрамора пронизывал до костей. — Молодец...Дазай, я вижу, что́ и кто́ тебе нравится.— подчиненный приостановился, нависая над обувью Господина, он не смел поднимать голову, зная, что увидет только возбуждение и превосходство над собой в глазах Главы. — Чуя тебе нравится, в этих отношениях ты доминируешь, ты один можешь взять на себя эту роль, но тебе всё равно хочется подчиняться тому, кто сильнее. Ты бы не посмел рассказать Накахаре о своих желаниях, он тогда просто рассмеялся тебе в лицо, не так ли? Осаму прикусил щёки, стараясь не издать ни звука. Глава схватил Дазая за стянутые запястья и дотащил к постели. Только сейчас брюнет заметил на железном столике стакан с карим напитком. Мори взял его. — Это обычный виски, пей. — приказал Глава. В сумраке комнаты невозможно было разглядеть примеси в алкоголе. Да и Осаму никак не мог противостоять Господину. Из стакана, поднесенного к его губам он выпил виски до дна и прокашлялся. Мори поднял подчинённого на кровавый бархат постели. Из под неё достал черную плотную тряпку, и завязал Дазаю глаза. В темноте человек становится дезориентированным, прислушивается к каждому шороху, а главное не знает, что будет дальше. Мори сел на бедра Осаму и разорвал его рубашку, а затем расстегнул ремень брюк. Он специально не закрыл рот подчинённого кляпом, считая, что стоны будут только усладой для ушей, и ведь их всё равно никто не услышит. Господин снял свои белоснежные медицинские перчатки. Ладонями с длинными пальцами, он принялся в безумии душить подчинённого, отчего тому не хватало воздуха даже для кашля. Это была игра на грани, Глава несколько раз почти убивал одного из лучших людей Портовой мафии. Но за милисекунды до конца, он снова давал доступ к кислороду и опять забирал его. Приятно устав от этого деяния, Мори снял руки с шеи Дазая, отчего показался фиолетовый ободок на уязвимой коже. Осаму тяжело дышал, ему стало очень жарко, тело раздирало от желания, но мозг не мог понять почему. — По твоим штанам видно, что средство подействовало.— посмеялся Огай, трогая Дазая за член — У тебя может быть иммунитет к смертельным ядам, но к таким же возбудителям вряд-ли. — он расстегнул свои темные брюки и сказал — если ты сейчас меня укусишь, я вырву тебе все зубы, а потом снова засуну по гланды. Господин достал член и широко раздвинув пальцами рот Осаму засунул его в глотку. Подчинённый мычал, в горле совсем не было влаги, и его раздирало скорее от жажды. — Да у тебя в глотке совсем сухо..— разочарованно сказал Огай, вытащив член и рассматривая рот подчинённого — от того, что я тебе подсыпал так быть не должно. Может это уже от тебя зависит? — смеясь спросил Господин, не ожидая ответа. Осаму дышал через рот, от чего влаги в организме было всё меньше. Его дыхание отражалось от стен, а Мори наслаждался каждым вздохом своего творения. Господин резко развернул Дазая к себе спиной, продолжая спускать его штаны. — Нет..— шепотом промолвил подчинённый, но этой громкости хватило, чтобы его услышали. — Будешь хорошим мальчиком, я дам тебе выпить воды, если нет — пролежишь в этой позе всю ночь, а потом я перенесу тебя в подвал. Какая перспектива тебе больше нравится? Подчинённый молча уткнулся в красную постель. Глава усмехнулся, и достал из под кровати смазку. Он нанес ее на два пальца и засунул их в анал Дазая, отчего тот содрогнулся и простонал. — Это только пальцы, я же не совсем монстр. И они даже не в перчатках. (Перчатки Мори, это дополнительные миллиметры, так что с ними было бы больнее, но Мори изначально снял их для того, чтобы прочувствовать каждый сантиметр горячего тела подчинённого, т.к перчатки не передают всего жара под ладонями, который хотел ощутить Глава.) Он неглубоко подвигал ими пару минут, чтобы тело стало возбужденнее и было не так больно. Господин смазал член и медленно продвинул его, набирая темп. Возбуждение охватывало обоих всё больше. Огай схватил Осаму за его волосы, заставив выгнуться. О, какой вид предстал перед глазами Главы, никто кроме него никогда не видел Дазая с такого ракурса. Сдвинутая на спине рубашка, прекрасный вид сзади, затянувшиеся шрамы, но самым сексуальным была прогнутая поясница подчинённого, которая возбуждала Господина всё больше. Стоны Осаму, что-то между болью и удовольствием раздавались на весь зал, он вымотался, и не мог сдерживать себя как обычно. Глава кончил на штаны Дазая. Он встал и оделся, на его лице сияла невинная, удовлетворенная улыбка. Из под кровати Мори достал бутылку воды и плоскогубцы. Сначала Глава освободил руки и ноги Осаму от нейлоновых стяжек, отчего на коже остались красные следы. Затем, он перевернул Дазая в прострации лицом вверх и открутив крышку бутылки сказал: — Пить не хочешь? "Очень хочу, но в прошлый раз я выпил из твоих грязных рук и вот что случилось." — Обойдусь. Глава демонстративно выпил из бутылки, показывая, что там ничего нет. Осаму с несвойственной ему в данный момент энергией выхватил бутылку из рук Господина. Он пил, чуть ли не захлебываясь, в уголках глаз заблестели слёзы. Капли воды текли по шее, к груди, на смятую рубашку. О, Мори смотря на это отвернулся, слишком уж сексуальное зрелище. — Не пей слишком много, тебя стошнит. — серьезно сказал он, стоя спиной к подчинённому. Дазай оделся в мятую грязную одежду, всё же лучше, чем выйти голым. Но что он понял за эти часы? То, что ему это понравилось, и не из-за возбудителя в виски, а просто, будто он только этого и желал — позора. Раньше от чувства позора он хотел убиться, а сейчас же он наслаждался этим, так он и стал шутом.