Дуэль на наследство Блэков

Этих двоих объединяла не только многолетняя вражда. Пусть мальчишке магическая война в Британии порой казалась лишь одной из фоновых движух, пока большинство времени он изощрялся в построении стратегий очередного реванша над мордредовым циником, жутковато-непробиваемым Профессором. Отец Сириуса последним из шестнадцати завещаний буквально стравил Лорда Поттера и Лорда Принца. Гарри уже на второй день после случайной находки не раз поймал себя на мысли о маховике времени. Ведь не уничтожь бородатый долькоед эту вещь годом ранее, Гарри не преминул бы ею воспользоваться. Однако сейчас, три месяца спустя, он понимал, что благодарен чертовому склочнику. Удовольствие дразнить черного льва того определенно стоило. На одном из рейдов ордена Гарри задело Секо, и Снейпу пришлось срочно трансгрессировать с геройской тушкой в безопасное место. Он потом так бесился из-за того что его труды по внедрению в ближний круг пожирателей пошли книззлу под зад… Гарри прикрыл глаза, мечтательно улыбаясь воспоминанию. Он тогда очень удачно пришел в себя в тот момент, когда Снейп шипел на Дамблдора. Бывший декан Слизерина силой бешенства и искрами едва сдерживаемой магии наэлектризовал воздух так, что директор счёл за лучшее ретироваться. В ту минуту Гарри почему то очень хотелось смеяться, глядя на прическу а-ля воронье гнездо на голове шпиона-спасителя очкариков. Спасло лишь седативное зелье, притупляя абсурд. С того злополучного четверга Гарри две недели не имел удовольствия наблюдать как бушует Снейп. Профессор скрылся в выкупленном за бесценок разваливающемся особняке Принцев, наложив на логово чары Фиделиуса. Снейп даже пропустил три собрания ордена подряд, чего прежде за ним не было замечено. Через две недели он объявился на Гриммо. Спальня Гарри находилась прямо над столовой, и потому в полвосьмого утра он проснулся с чувством дежавю — снова отчётливо взбешённый голос профессора и флегматичный — директора. Снейп: «…у Блэков всегда было особой семейной традицией! Подобные гены проще похоронить, чем исправить. Если одному из убогих шутов вздумалось влезть в дебри магических контрактов, ничего в этом не смысля, … То зачем, к дементоровой заднице, нужно было вписывать в сраный пергамент МОЁ ИМЯ?!» Директор сочувственно кашлянул. Дамблдор: «Я понимаю, сейчас не лучшее время для непредвиденного, на всех лежат нелегкие обязанности. Но хлопоты, как ты знаешь, часто возникают совершенно случайным образом. И потом… Мфм… Думаю, что ты склонен несколько сгущать краски, мой мальчик. Пергамент уже проверен гоблинами Гринготтса и очевидно, что опасности ни для тебя, ни для Гарри не представляет… Как и само…хм… Завещание.» Снейп, после короткой выразительной паузы: «Вот как? А как насчёт скрытой части в полтора дюйма в конце завещания? Вы считаете, это несущественная мелочь?!» Директор, невозмутимо: «Разумеется, нет. Напротив, я разделяю мнение специалистов по маг контрактам: глава рода хоть и славился вздорным нравом, однако оставался в здравом рассудке до конца жизни и не мог быть заинтересован в том, чтобы род Блэков прервался или чтобы особняк пришел в упадок без присутствия законного владельца. Это маловероятно, учитывая, сколько средств было вложено в усовершенствование дома. Это практически магическая крепость.» Снейп: «Маркус Пятый страдал манией величия, с тех самых пор, когда ему отказала мать моей матери, Сельвин. Я кое-что знаю о истории подобных отсроченных ритуалов. И они не описываются ни в одном труде по белой магии, не относяится к разрешенным. Чуть безопаснее некромагии, директор. Прописные истины не оседают в вашей многомудрой голове?» Глубокомысленный директорский хмык. Директор: «А, вот вы о чем… Ну почему же, напротив, я могу озвучить по крайней мере ещё одну простую истину, Северус. Любая магия, к какому бы цвету ее бы не было принято относить… Хм, скажем так, может привести абсолютно к любому результату, служить любой цели. Истинность этого утверждения ежедневно подтверждают волшебники всего мира.» По голосу Гарри догадался, что Дамблдор хитро улыбнулся в бороду. «Ваша истина сродни маггловской философии, вы оперируете общими суждениями, сэр. Зачем, к мерлиновой заднице, вы приплели сюда магов мира? Сейчас речь о двух конкретных наследниках, которые что, по вашей логике, должны доверить свои жизни прихоти не самого разумного из рода Блэков?! По вашей логике, основанной на философии и сомнительных умозаключениях?» «Не станешь ли ты утверждать, что вы с Лордом Поттером будете в большей безопасности, решив игнорировать магический договор?» — снисходительно поинтересовался старый интриган. «Если собственная безопасность тебя не волнует, подумай о сыне Лили и своем долге.» «НЕ. УПОМИНАЙ. О ней! — угрожающее шипение. — Я опутан непреложными обетами и я помню о каждом из них, Альбус. Ты не сделал ничего чтобы помочь мне, зато собственноручно наложил половину. Я не святой, так что не рассчитывай на ангельское терпение с моей стороны. Я хотел обдумать ситуацию в покое и тишине, но вынужден выслушивать ваши мордредовы философствования, директор!» «Хм… Очевидно, ты уже пришел к своим выводам, Северус. К тем самым, которые, я уверен, подсказала Гарри гриффиндорская натура.» — с флегматичным удовлетворением заключил Альбус Дамблдор, и Гарри услышал удаляющиеся шаги, и едва различимый звук перемещения по каминной сети. Директор, по своему обыкновению, оставил за собой последнее слово.