Такая Нужная Помощь.

Темные коридоры подвалов встречали затхлым запахом сырости и крови. Из каких-то комнат продолжают доноситься крики, а из других туда-сюда шныряют чистильщики, убирая последствия прошлых пыток. Мужчина лет 40 выходит из пыточной, снимая с себя окровавленные перчатки. Хоть он и был практически весь заляпан в крови, не одна капля не была его. Выкинув уже ненужные перчатки в пакет проходящего мимо чистильщика, Хироцу размял голые пальцы. Для него работа в пыточной была в какой-то мере отдыхом, ведь там не приходилось бегать и уклоняться, как на осаде или же сидеть скрючившись, как над отчетами. Но спина и ноги все равно болели. Пока в коридорах никого не было, он прогнулся назад, разминая затекшие позвонки. Потом он согнул несколько раз ноги, которые болели от долгого стояния над заключённым. Его вызывали сюда редко, а если и звали, то значит надо расколоть очень важную шишку. На этот раз парень сопротивлялся долго, но после трех часов непрерывных пыток все-таки решил все рассказать. Отдав информатора другим людям, которые запишут все его показания, Хироцу мог быть свободен вплоть до вечера, а потом надо будет идти на общее собрания, после которого многих распустят по домам, в том числе и его. Сейчас до ужаса хотелось курить, но за задымление помещений без вентиляции ему «спасибо» не скажут. Пройдя несколько витиеватых коридоров, Хироцу практически вышел к лестнице, которая вела на улицу, но он остановился. Его внимание привлекли тихие всхлипы. Завернув за угол и пройдя немного по ответвлению главного коридора, старик чуть ли не запнулся об того, кто сейчас сидел на полу, заглушая плач руками. - Хигучи? – девушка подскочила, не ожидая того, что ее здесь кто-то найдет. Она подняла взгляд на мужчину, который как и всегда смотрел на нее сверху вниз, не особо понимая, что тот сейчас здесь делает. - Что в-вы здесь делаете? – дрожавшим голосом спросила Хигучи, шмыгая носом. - Я, в отличии от вас, молодая леди, работал. А что же вы тут делаете? – Старик плевать хотел на весь свой этикет и сел на против девушки в позу лотоса. Практически весь пол катакомб был грязным, но что стоит ему потом отряхнуться, когда будет уходить? Он наклонился немного вперед и уперся локтями в колени, складывая подбородок на удачно повернутые ладони. Теперь с Хигучи он на одном уровне. - Я-я – Хигучи опять захлюпала носом. На ее глаза вновь начали наворачиваться слезы, а руки предательски задрожали. Рюро обратил на это внимание и начал рыться по своим карманам. Рука наткнулась на пачку сигарет, но он лишь тяжело выдохнул. Помощь Ичиё сейчас явно важнее его хотелок. Хироцу протянув девушке платок и та сразу же его приняла. Высморкавшись и протерев глаза от слез, она продолжила свой рассказ. – Я опять н-напортачила с отчетами и когда Акутагава-семпай об этом узнал, он меня у-ударил и я не удержала равновесия, скатилась вниз по лестнице сюда. У м-меня уже не осталось сил идти обратно, поэтому я просто переползла с-сюда. Думала отойду немного и пойду наверх, никто меня не з-заметит. Ступенек сюда было явно не мало, об этом знали практически все в мафии. И как только Хигучи не сломала себе ничего, когда падала? У нее даже синяков не было на лице. Но Хироцу не сомневался в правдивости этой истории, ведь Ичиё незачем придумывать это все. Проведя рукой по волосам, старик начал думать как же ему успокаивать девушку. Подобрать слова было сложно, но он хотя бы попытается. - Хигучи, понимаешь, твоей фактической ошибки в тех отчетах не должно быть, ведь, если я правильно помню твои обязанности, тебе нужно было только передать их Акутагаве, ты не должна отвечать за их правильность. Хорошо, конечно, что ты прикрыла тех «счетоводов», но ты не должна из-за них получать увечья. – Рюро запнулся на этом моменте, не зная как лучше продолжить. Ичиё подняла на него взгляд, внимательно слушая старшего.  - Сейчас тебе стоит подняться, найти тех, кто писал те отчеты и заставить их все переписывать с нуля. - Но срок с-сдачи уже после завтра, они могут не успеть – перебила его девушка, протирая нос платком. Хироцу на это лишь поджал губы, потеряв нить своего монолога. - Мера жестокая, но она не хуже того, что с тобой сделал Акутагава за чужие ошибки. Да и я уверен, ты выше их по званию и вполне имеешь право их ругать и заставлять переписывать все то, где они ошиблись. - Да! – Хигучи резко встала на ноги, заставляя Рюро отпрянуть назад. Она вся засияла, сжимая руки в кулаки. – Я не должна терпеть то, за что не должна получать. Я сейчас же найду тех шестерок и накажу их за все. Ичиё сорвалась с места, решительно направляясь вверх по лестнице. Она готова сейчас рвать и метать. - Пожалуйста. Платок можешь оставить себе - сказал Хироцу уже удаляющейся фигуре, зная, что та даже его не слышит. Он уже привык, что здесь не говорят «Спасибо», так что не ждал его даже от Хигучи. Встав, он наспех отряхнул свои штаны, на ходу разминая затекшие ноги. Давно он не сидел в такой позе, вот и забыл, как после этого тяжело. Хрипло выдохнув через зубы, мужчина тоже направился наверх. До собрания осталось около полтора часа, а со всем этим он готов выкурить всю пачку сигар прямо так. *** Спецотряд «Черные ящерицы» был отправлен на склад во владениях группировки «Ястребы». По наводке одного из их информаторов, те утаивали от мафии большую часть прибыли, за что им придется очень долго расплачиваться. Но кто же знал, что информатор подкидной и на месте окажется засада. Ящеры конечно же всегда должны быть готовы к нападению, но они никак не могли ожидать, что противники, в прямом смысле, накинутся на них сверху. Тачихара сразу же выпустил несколько пуль вверх, надеясь что те заденут хотя бы кого-то, а Гин обнажила ножи, убегая вперёд. Хироцу, в отсутствие дальнего оружия, отскочил в сторону своего подразделения, одним прыжком оказываясь в гуще стрелкого отряда. Быстро оценив ситуацию и посчитав видимых врагов, он быстро ринулся вперед, раскидывая врагов при помощи «Увядающей камелии». Но всех отвлек громкий женский крик. Гин сидела на корточках, зажимая рукой раненую ногу, а над ней возвышался человек с арматурой. Парень замахнулся для удара, но оружия так и не достигло своей цели. Хироцу одним рывком достиг подчинённой, выкидывая вперед руку, оплетённую фиолетовыми лентами магии. Он тихо что-то прошипел, получая по руке небольшую отдачу, но арматура была сломлена. Времени на отдых не было и ему пришлось защищать Гин, пока та перевязывала себе ногу оторванным куском плаща. И вот уже подоспел Тачихара, летящий сломя голову в самую гущу событий. Лидер отряда хотел крикнуть ему, чтобы тот не лез в самое пекло, но его заглушил вскрик Мичизу. Пуля прошла на вылет, но его правая рука все равно безжизненно повисла вдоль тела. Он кое как пытался отстреливаться левой, отступая назад большими шагами. Пули сновали туда-сюда, врезаясь в стены и тела, были слышны редкие крики и какие-то обрывки фраз. И только спустя полчаса ожесточённой перестрелки, все более и менее стихло. - Кто живой и не сильно ранен, выходите из здания! – Крикнул Хироцу, придерживая Гин, пока та прихрамывала на левую ногу. – Если вы видите кого-то живого с чужого отряда, помогите ему, не стоит оставлять людей на поле боя недобитыми. На улицу вышли практически все из шестёрок, что было подарком для мафии, ведь перестрелка шла жестокая. Рюро перекинул Акутагаву на целое плече Тачихары, осматривая присутствующих, пока Мичизу гневно бурчал рядом. Сильно раненых было немного, так что до лечебного корпуса можно доехать без особых приключений. Подойдя к Рюноске, который как и всегда не пострадал, старший отдал отчет ему обо всех пострадавших и объявил мысль ехать обратно в порт, пока Акутагава будет ждать подмоги и подсчета товара из склада. Вышей по званию дал добро на поездку, направляясь обратно в здание. Хигучи хотела было ринуться за ним, но боль в руке заставила ее оставить эту затею и сесть в машину к остальным. Как и предполагал Хироцу, доехали они относительно спокойно, за исключением того, что кто-нибудь да вскрикивал на кочках и резких поворотах. Вываливались они из машины всей гурьбой, поэтому матов и ругани было не избежать, та же история была и с дверьми госпиталя. Пострадавших было настолько много, что коек на всех просто не хватало, санитары бегали по помещению как ужаленные, каждый больной требовал большего ухода. Да и весть об их вылазке была настолько громкой, что даже сам Босс мафии решил спуститься и посмотреть на этот балаган. Быстро выслушав короткий отчет об случившемся от Хироцу, который скрючившись, подпирал стену у входа, бывший медик пошёл раздавать указания медсестрам. Рюро же в этом деле не отставал от него. - Господи, заберите уже наконец отсюда Хигучи, она сейчас опять упадет в обморок - Пока Огай отдавал приказы по поводу перевязки, Хироцу распределял людей по тяжести ранения, не скупясь на редкие выражения. – Какого черта у нас стоят раненые в ногу, пока люди со сломанной рукой сидят!? Быстро освободили место! Рюро сжал чужую целую руку, сдергивая того с одной из кроватей, позволяя туда сесть Гин с ее ранением в ногу. Сидящий до этого сразу же начал извиняться, но старший его даже не слушал, ловя взглядом безмолвную благодарность от девушки. Пока Мори умело перевязывал руку Тачихары, Хироцу стоял рядом и подавал ему медикаменты. Рядом хоть и была Элис, старший реагировал быстрее. Время уже клонило к вечеру, когда последний больной был перенесен в палату. На тумбах осталось гореть всего 2 лампы, поэтому в комнате царил полумрак. Медики тоже постепенно начали уходить, оставляя мужчин одних. Мори с Элис и Хироцу совместными силами убирались в помещении, расставляя банки и бинты на свои законные места. Все действия происходили без единого слова, но это не мешало им слажено работать. Но тишина окутывала комнаты лишь до того, пока Рюро не остановился между кроватями и не согнулся пополам, зажимая рот левой рукой. Старик громко закашлялся, прижимая правую руку к животу. На его пальто начало проявляется явное пятно крови, медленно переходящее на уже не белые перчатки. Он уже был бледный до этого, но сейчас он был больше похож на простынь. Мори одним резким броском откинул склянку перекиси на полку и в несколько шагов оказался около подчинённого, придерживая его. Рюро уже начал сплевывать небольшие капли крови, когда Огай положил его на кровать. - Хироцу, почему ты не сказал, что тоже ранен?! – Мори навис над ним, убирая его руки от раны. - Там небольшая царапина, на мне и не такое заживало. – Хрипло ответил старший, позволяя бывшему медику начать снимать с него одежду. По крайней мере Мори пытался оторвать ткань друг от друга, пока та надежно склеивалась между собой не останавливающейся кровью. - Какая царапина?! Тут все в крови! – У Огая наконец получилось оголить рану подчинённого при помощи скальпеля и теперь он рассматривал пулевое ранение, которое не переставало кровоточить. Мори подхватил перекись, которую они еще не убрали с тумбы и начал ей обильно поливать рану, смывая остатки крови. Хироцу под ним тихо замычал. – Тебе повезло, что пуля прошла насквозь, но почему ты не сказал раньше? - Всем остальным помощь явно была важнее, у меня то просто царапина, а у половины из людей пули остались прямо в ранах. Да и если бы я ушёл раньше, мог бы и сам дома обработать. - Ага, конечно, или же упал бы от потери крови где-то в подворотне. – Огай надавил на края раны пальцами, проверяя степень повреждения, на что Хироцу тихо взвыл. Старик повернул голову в сторону, закусывая край подушки под собой – Не важна степень ранения, каждый должен был пройти маломальскую перевязку и осмотр, даже если бы у него просто была подвернута нога. Да и ты бы это не обработал сам! Тут зашивать уже надо! - Если бы я вам бы не помог убираться, шить бы не пришлось – до Мори дошли слова подчиненного, сказанные уже ослабшим голосом. Пока Огай отвлёкся на то, чтобы отправить Элис за медицинской иглой и нитью, Хироцу ворочался на месте, тревожа рану. Он перекинул подушку из-под головы к себе в руки, сильно ее сжимая, пытаясь хотя бы так отвлечься от боли. - Ну ей богу, словно ребенок. Раз понял это, почему же не ушел раньше?  - Малышка вернулась обратно, отдавая медицинские принадлежности бывшему доктору. Дезинфицируя иглу и рану, Мори ругал подчиненного себе под нос. Рюро выгнулся от боли, но Огай уложил его обратно. – Впрочем, не отвечай. Ляг ровно, дыши плавно, не дергайся, шить придется по живому. Мори выждал несколько секунд и сделал первый прокол, прислушиваясь к приглушённому вою. У Огая было много случаев, когда приходилось зашивать без наркоза, но у него такое впервые, когда после фразы «Лежи смирно» человек не подскакивает при первой же возможности. Он делает несколько стежков, плотно их затягивая, пока пациент под ним сипло ругается в подушку. Врач его не слушает, полностью сосредотачиваясь на своей работе. Когда Огай заканчивает, маты из-под подушки затихают, переходя в тихое сопение.  Он завязывает на конце узел, откидывается на спинку стула и начинает наблюдать за поднимающейся грудью подчинённого. Она монотонно ходит вверх-вниз и Мори не удерживается, проводит взглядом ниже, смотря на кубики пресса с огромным количеством шрамов. Еще один его не испортит, видимо поэтому умолчал о своем ранении. - Хей, ты там вообще живой? – Босс вернулся к койке больного, отодвигая от его лица подушку. Хироцу смотрит на него заплаканными глазами, ни в какую не собираясь отдавать свой «Щит». Монокль упал еще в тот момент, когда старший закашлялся и сейчас старик начал щуриться. Мори усмехается, прикрывая рот рукой и поднимается с насиженного места, прихватив с собой все лишнее. - Ладно, домой в таком виде ты явно не пойдешь, так что остаёшься лежать здесь. Завтра дам установку, тебе занесут какие-нибудь вещи, пойдешь домой, считай у тебя выходной. - Огай сам отнёс иголку и склянки на место, поднимая с пола чудом не разбитый окуляр. Он возвращается к койке больного и кидает ему монокль, который тот ловит без проблем - Держи, это твоё. - Я не могу оставить свой отряд, у них завтра несколько сложных заданий, а они ранены! - Хироцу ужасно хрипит, как будто он до этого долго кричал во весь голос. Старик надевает монокль на место, немного приподнимаясь, проверяя свою возможность в движениях. - Ну вот ты как всегда, думаешь о других, а не о себе - Мори трёт переносицу, выпрямляясь. - Все, я пошёл к себе, я и так с вами очень сильно отвлёкся. Перекладывайся на другую койку и ложись спать. Босс портовой мафии скрывается за дверью, предварительно повесив на дверь свой испачканный халат. Хироцу провожает его, сидя на краю койки, светит ноги вниз. Это первый раз когда Хироцу не слушает приказ Босса и отправляется домой, накинув на себя чужой халат, чтобы скрыть кровь. Завтра, он как не в чем небывало будет командовать Ящерами, не говорит о своей ране и ловить на себе злой взгляд босса.