***
Незадолго до этого
Пока остальные сняли себе номера в гостинице, Флок сказал, что останется в машине, но... они не учли тот факт, что больше всего на данный момент своей жизни, Форсажев мечтал вернуть свою бывшую жену. Дождавшись пока все уснут, он завёл мотор и поехал в Кисловодск за Мэри. Форсажев понял, что самым главным в его жизни порядного революционера-сталиниста была его семья, а не только одни коммунизм и две работы, на которых тот так упорно трудился день ото дня. Приехав на курорт, Форсажев расспросил администратора, и пошёл среди кучи комнат искать свою любимую Мэри. — Я всё понял, родная, мне, кроме коммунизма, нужны только ты и наш сын, — сказал мужчина, когда его бывшая всё-таки впустила в комнату, хоть и неохотно. — Я тоже кое-что поняла, Флок, — начала повествование Форсажева. — Мне никогда не найти мужчину лучше тебя! Давай построим всё сначала! — И коммунизм? — И его тоже, всё ради тебя, любимый, — на последнем слове, девушка подошла к Флоку и поцеловала его. — Мы искореним этих навальнят! Из горла мужчины вырвался рык удовольствия. Наконец-то Мэри его поняла, и теперь никто не помешает им! — Я люблю тебя, Мэри! Также сильно, как коммунизм и Сталина! — Никогда не знала, что наконец-то услышу от тебя эти слова, Флок, — умилилась Форсажева и счастливо улыбнулась. Следующие несколько часов они работали над тем, чтобы наверстать упущенное. Занятие любовью с Флоком было бесподобно. Правда, матрас громко скрипел, но это ничего. Главное, что Форсажевы снова вместе!***
Одеяло скрывало под собой два сплетённых вместе тела, а рыжеволосый мужчина выводил узоры на нежной коже любимой женщины. — А помнишь, как у меня наконец-то выдался выходной? Я тогда с мужиками на рыбалку решил сходить. Вкусные караси были, да? — мечтательно протянул Флок. — Надо как-то повторить, эх! — Да, помню, не караси то были, а настоящий деликатес! — Мэри прижалась ближе к любимому, вспоминая счастливые моменты их совместной жизни — их всё-таки было больше. И чем я думала, когда решила его бросить... Зато теперь мы снова вместе, — подумала Мэри, засыпая под утро.