Почему?

Почему? Этот вопрос буквально преследовал Хан Хенджуна с самого детства. "Мама, а почему небо голубое? Папа, а почему мы ходим, а не летаем? Бабушка, а почему дождик капает?". У таких вопросов есть несколько стадий, которые зависят от возраста самого Хенджуна. Первая стадия: детская. Понятно, что детство - понятие растяжимое, поэтому уточню, что в данном случае имею ввиду приблизительный возраст 4-7 лет. Вопросы "почему?" имеют смешанную характеристику. В таком возрасте недоумение может быть по отношению совсем разных вещей: от "почему мы говорим?" до "а почему эта тетя ест того дядю?", но главная их особенность - ребенок не всегда понимает объяснение, ответ на свой вопрос. Поэтому, даже если малыш вдруг спросит, откуда берутся дети, не стоит бояться, уходить от темы или говорить что-то по типу: "от верблюда, иди мультик посмотри". Биологическое объяснение ни вам, ни ему тоже ничего не даст, но если заменить сложные термины понятными словами - все будут счастливы, даже если не совсем допоняты. Вторая стадия: пубертатная. Самая наверное непонятная для взрослых и сложная для самих детей. Возраст этой стадии еще более растяжимая вещь, чем детство. Пубертат для всех людей начинается в свое время, то есть для каждого по-разному, поэтому в этом случае не будет уточнения возраста. Вопрос "почему?" здесь принимает более психологический вид. От "почему трава зеленая?" подросток уходит к "почему меня не слышат и не слушают, почему меня не понимают и не любят?". Самое главное, что у таких недоумений зачастую нет логического корня, откуда взялись вообще такие мысли. Но бывает, что это идет вследствие буллинга в школе, отсутствия друзей, реального непонимания со стороны родителей и тому подобного. Третья стадия: взрослая. В этом возрасте большинство недоумений растет в сторону высокой стоимости света и воды, нежели в сторону любви окружающих. Хотя, такая характеристика будет слишком унылой и банальной. Скорее на этой стадии в голове человека смешиваются все вопросы. Ведь, по сути, даже пожилая бабушка может страдать от низкой самооценки или недостатка внимания. Хан Хенджун сейчас на второй стадии вопроса "почему?". В отличии от некоторых сверстников, что попросту гнались за вниманием, в свои шестнадцать парень имел немало реальных психологических проблем, чтобы не быть здоровым, но и не столько, чтобы его можно было назвать психом или проблемным. Тревожное расстройство, сильное внутреннее напряжение, рпп, а в придачу стресс от экзаменов и как следствие головные боли. В ответ на "от одного до десяти, насколько голова болит?" Хан стабильно отвечал "восемь". Даже когда боль была на все двенадцать. Вопросами Хенджуна были: "почему меня не замечают, почему не любят так, как моих друзей, чем я хуже них?". В то время, как у большинства одноклассников появлялись девушки, Хан оставался один в стороне; пока его друзья гуляли со своими возлюбленными, парень выбирал себе новую диету и думал, как еще больше похудеть. Не веря клянущимся родителям о том, что Хенджун итак красивый и итак худой, Хан все больше ограничивал себя в еде, все чаще очищал желудок после приема пищи и все сильнее думал о собственной никчемности. Даже сейчас, сидя в школьном мужском туалете на четвертом этаже, вопросы "почему?" были рядом. Словно сталкер, они преследовали парня, не отставая ни на секунду. Слезы сами текли по щекам, оставляя за собой красные полосы, словно прожигая нежную кожу подростка. Уткнувшись лбом в колени, Хенджун сидел на холодном полу перед кабинкой и плакал. Снова плакал. Скрип открывающейся двери заставил Хана сжаться сильней. По рукам побежали мурашки от сквозняка. "Наверное сейчас меня засмеют или побьют..." - подумал Хенджун, отвлекшись от созерцания собственных проблем. - А? Эй, парень, ты чего тут сидишь? - ласковый голос было странно слышать от мальчика. Хан поднял голову от колен и попытался всмотреться сквозь слезы в чужое лицо. Кажется это был староста класса на год старше. Блондин выглядел взволнованным, а его лицо выражало немой вопрос. Который впрочем тот поспешил озвучить: - Почему ты плачешь? Ты можешь рассказать мне, что случилось? Хенджун хотел было что-то сказать в ответ, но открыв рот, он лишь еще сильнее заплакал. Тепло и ласка, вот что испытывал Хан в данный момент - увидев, что мальчик снова разревелся, незнакомец тут же поспешил его обнять. Эти объятия были словно луч света в конце темной-темной улицы, словно магазинчик в ливень, словно спасательный круг в озере. Жутко раскрасневшись, Хенджун поспешил прижаться к своему неожиданному спасителю, пока тот не возражал. Чужая ладошка вмиг оказалась на пушистом затылке и начала медленно поглаживать чужую голову, как бы говоря: "все в порядке, тебе не о чем беспокоиться, пока я тут". Так они просидели минут десять, а может и пять - никто из ребят совсем не следил за временем. Блондин был занят утешением Хана, а тот в свою очередь с благодарностью принимал помощь. - Дак почему же ты плакал, эй? - с нежностью спросил старший, когда объятия были разорваны. Парень аккуратным движением пальца вытер слезы с лица Хана и вновь заглянул в чужие глаза. Карие, глубокие и такие красивые, они тянули за собой. С минуту поразмышляв над ответом, Хенджун начал говорить. Но и сейчас его прервали: из коридора послышались крики каких-то ребят. - Сынмин-а, учитель передает, чтобы ты зашел к нему. Там что-то насчет твоего индивидуального проекта. - эти слова заставили блондина на секунду скривиться и обернуться на дверь. - Прости парень, кажется мне нужно идти. Меня зовут О Сынмин. Ты можешь найти меня в мессенджер и если что писать. Когда будешь снова чувствовать себя плохо, например. - Сынмин улыбнулся и поспешил на голос из коридора, что снова позвал его. - Спасибо... - прошептал Хенджун, когда старший уже ушел. Это был первый раз, когда незнакомый человек так нежно и аккуратно, бережно обращался с Ханом. Внутри бушевала буря эмоций, все чувства были словно в перемешку: тут и смятение, смущение и некая вина за свои слезы, радость, что человек был так мил. Живот скрутило и парень поспешил забежать в одну из кабинок. Вовремя - недавний жалкий перекус, состоящий из бутерброда, решил не задерживаться в организме. Все таки, наверное не стоило так легко открываться чужому человеку, никогда не знаешь какие у него мотивы. С этой мыслью Хенджун умылся и направился к классу, где скоро заканчивался электив у его друга. Тот попросил подождать, чтобы ребята вместе пошли домой. Еще пара минут ожидания и прозвенел звонок. На Хенджуна налетел какой-то парень. Длинноволосый, чуть пониже, шумный - это определенно был Ли Джуен. Он был в классе на год меньше, чем Хан, но каким-то странным образом парни очень сдружились. - Привет! Не долго ждешь? А меня похвалили на элективе! Эй, а чего у тебя лицо красное? Ты что плакал? Что случилось? Это тот задира из твоего класса? Ну я ему! - Джуен очень быстро тараторил. На последнем предложении он показал воздуху кулак и попытался принять угрожающий вид. Честно говоря, ничего не вышло, поэтому Хенджун в ответ лишь рассмеялся. - Никто в этом не виноват, кроме меня если только. Сейчас я уже в порядке, поэтому давай просто пойдем домой. Кстати, у меня появился неожиданный спаситель, пока я был в туалете и..да, плакал. - Хан слабо улыбнулся. - Ладно, раз ты говоришь, что ты в порядке, не буду тебя расспрашивать. Сейчас. Но потом я вернусь к этому разговору, - произнес младший и хитро сощурил глаза. - А ты давай говори, что у тебя там за тайный покровитель появился. - Не называй его так. Да и не было чего-то особенного, он просто обнял меня, пока я плакал и мы просидели так минут пятнадцать, успокоил. Парни спускались по лестнице на первый этаж и продолжали беседу. Иногда, из-за внезапных выкриков Джуена, окружающие оборачивались на друзей, но они не обращали внимания. По крайней мере Ли не обращал, Хенджун предпринимал такие попытки. - То есть, вы теперь с ним друзья? Ты хоть знаешь как его зовут? А он - твое имя? Из какого он класса? Как же интересно! - Джуена прямо таки распирало от любопытства, будто шарик, который скоро лопнет. - Не друзья. Да знаю: О Сынмин. Нет, он не знает. Из старшего класса, староста. Очень интересно. - Хан ответил на все вопросы по порядку и задумался. А ведь правда, Сынмин даже не знает, как его зовут, не знает из какого он класса, почему же тогда проявил такую доброту? Забрав свои куртки из гардероба в фойе, парни оделись и поспешили к выходу из школы. Людей было мало, так как закончился уже восьмой урок и большинство ушло около часа назад. - Может найдешь его в Мессенджер, раз он сам назвал имя и разрешил свой поиск. Кто знает, может этот спонтанный спаситель - твоя судьба! - Ли рассмеялся и посмотрел на друга. На его лице было будто написано: "пользователь думает". - Ладно, - Хенджун сдался, - я напишу ему сегодня вечером. Получится общение - хорошо, не получиться - тоже хорошо. В конце концов, я не должен привязываться к первому встречному, верно? - Верно, мистер "я не привязываюсь к первому встречному". Удачи тебе. Кстати, меня же сегодня похвалили на элективе. Я помню, что я говорил это, - произнес Джуен в ответ на недоумение в лице Хана, - сейчас я хочу рассказать, как вообще так получилось. - Ли поднял глаза, мол, это же очевидно, и тут же рассмеялся. Разговор с Джуеном всегда помогал Хенджуну отвлечься от тревожных мыслей. Младший действовал, как лекарство для друга. Хоть парни и были полными противоположностями: Ли шумный и энергичный экстраверт, в то время как Хан тихий, полный загонов интроверт, они все равно хорошо и быстро поладили. Спустя еще два рассказа от Джуена, друзья дошли до развилки. Здесь они обнимались, прощались и уходили каждый в свою сторону. Сейчас на прощание младший еще раз пожелал удачи с О Сынмином, затискал, чуть не задушив, Хана и направился домой. Хенджун распрощался и также пошел к себе. *** Профиль О Сынмина наполовину состоял из фото, которые обычно называют "бойфренд материал". От них веяло уютом и нежностью, теплотой и пониманием. Также были часты фотографии в зеркал, своеобразный OOTD. Смотря уже на такие фото, неосознанно думаешь какой же Сынмин классный и красивый. Поймав себя на такой мысли, Хенджун густо покраснел и отвернул экран телефона. - Ты просто напишешь ему... Но он сказал писать только если я снова чувствую себя плохо... Нет же, он сказал "например, когда чувствуешь себя плохо"... Но это все равно не значит, что я могу просто так писать ему!.. Значит! Все, я пишу ему! - спустя минут пять спора с самим собой наконец решил Хан. Повернув обратно экран телефона, Хенджун открыл беседу с О. Написал: "Привет. Я тот парень из туалета, что плакал.. Сейчас у меня все в порядке, но можем ли мы все равно начать общение?" и вышел из сети, тут же откинув телефон куда подальше. Свернуться калачиком на кровати, выключив телефон, и не задумываться о Сынмине было самым хорошим решением. Но самым сложным, потому что образ старшего так и норовил появиться перед глазами. Его светлые волосы, его карие глаза, его милая и дружелюбная улыбка, его теплые объятия... Короткая трель уведомления вернула Хана в реальность. С бешено колотящимся сердцем и трясущимися руками Хенджун включил телефон и увидел ответ: "Привет! Конечно можем, я буду только рад! Сейчас больше не смогу отвечать - нахожусь на собрании старост, но вечером мы сможем нормально пообщаться.". Кажется сердце пропустило сразу три удара. Время вокруг застыло, пока Хан пребывал в шоке. Из его глаз вдруг полились слезы. Но это были слезы не грусти, печали или горя, они были от радости, нахлынувших эмоций и неожиданных бабочек в животе. Все эти ощущения были для Хенджуна в новинку, но они настолько приятные, настолько ласкающие душу, что ни за что не хочется расставаться с ними.