Нас все ненавидят

Кэнди обратила внимание на настороженные взгляды охраны и поспешила пройти внутрь. Сложно было не заметить, что холл был отчасти занят студентами. Они занимали диванчики, закинув ногу на сиденье, пили чай и кофе для посетителей, кое-кто болтал с менеджером, но Бобби среди них не было. Одногруппники кинули нейтральные приветствия в сторону девушки, и она, приняв их с таким же нейтральным видом, отправилась искать свободное место. Ей хотелось перечитать задание по проекту перед тем, как начнется стажировка. Несколько девчонок, плотно занявшие диванчик целиком, проводили ее ехидным взглядом. -Опять приперлась, как секретарша из восьмидесятых, – проворчала одна из них, намекая на гардероб Кэнди Снайдер. Сегодня на ней был ее любимый брючный костюм: офисный серый пиджак, который с трудом застегивался на две пуговицы, и такие же широкие брюки, плотно сидящие на бедрах. Белая рубашка под пиджаком была настолько облегающей, что между с трудом застегнутых пуговиц образовывались зазоры натянутой ткани. Завершали образ волосы, собранные в хвост на затылке, и туфли на платформе. Девушка знала, что не умеет одеваться, как другие студентки, но не придавала этому особого значения. Она любила свой стиль и считала его неповторимым. А Бобби восхищался ею, всегда говоря, что она, как из сериала "Криминальная лаборатория". -Я же говорила, что Кэнди не станет нормальной к третьему курсу, – вмешалась другая сплетница. -Это было очевидно как бы. -Так давайте ей поможем? – возразила третья, ковыряя туфлей на шпильке цемент между плитками. -Ага, чтобы она потом еще похудела, привела в порядок волосы и стала выглядеть лучше нас? Ты же знаешь, сейчас мода на всех этих естественных моделей. -Ну да, не вариант, – грустно согласилась ее подруга. -Боже, успокойтесь, пока она забывает застегнуть ширинку и читает порно-романы на обеде, она не станет лучше нас. По холлу прокатился девичий смех. Потом разговор перешел в другое русло и потерял ценность для нашего повествования. Уловив какое-то движение, Кэнди подняла глаза от блокнота. Протискиваясь сквозь толпу и бросая неловкое "извините, мэм" через каждые пять секунд, к ней пробирался Бобби. В руках у него был кожаный портфель, которым он защищался, словно щитом, выставив его вперед на вытянутых руках. -Боже, ну и давка, – заметил он, наконец плюхаясь на место, которое Кэнди заняла для него своей сумкой. Бобби выглядел, как ученик Оксфорда или какой-нибудь программист. Растрепанные белокурые волосы, лоб в испарине, очки в тонкой оправе. Он носил бакенбарды, что немного сбивало с толку, и в его лицо было что-то неуловимо французское. Может, тонкий подбородок или тот гордый нос, изображенный на многих монарших портретах эпохи Реннесанса. Или небольшие усики с бородкой, непременно обрамляющие это лицо. На первом курсе его хотели использовать, как исходный материал для преображения в принца, как в американских комедиях, но он тогда заболел ветрянкой, и идею забросили. И сейчас он сидел рядом с Кэнди и уминал свой завтрак. -Спасибо, – чавкая, проговорил он, – не знаю, что бы я без тебя делал. -Не завтракал, – просто ответила ему подруга. Они оба пожали плечами. Эта простота и прямолинейность, казалось, и объединила их в неразлучный дуэт. Студенты заметили, как из глубины холла на них движется внушительная фигура. Клерки и секретари расступались, освобождая дорогу этой сокрушительной силе. Когда этот человек вышел в центр зала, вокруг него образовалась внушительная пустота в радиусе пары метров. -Хьюго Рид, – представился мужчина строго, – здесь все принадлежит мне. Студенты, подойдите ко мне. Группка молодых людей, включая Кэнди и Бобби, боязливо окружила Рида. Теперь его слушали, как зрители, наблюдающие за гладиатором на арене Колизея. -Итак, – продолжил он, – вас ровно двадцать семь, а мне не нужна такая большая группа. -Но... – возразил кто-то из толпы. -Вон, – мягко ответил Рид, указывая жестом на дверь, – здесь каждый сам за себя, и общественные деятели мне не нужны.